Сначала раздался глухой удар, а затем рев, который показался Дэниелл воплем раненого медведя.
Матрас под ней зашевелился, и углом глаза она заметила сзади какое-то движение. Дэниелл так резко повернула голову, что защемила шейную мышцу и из-за слез в глазах ничего не увидела.
– Ты что, хотела, чтобы я потерял сознание? – Голос Дики был хриплым. – А окна на крыше сама будешь оплачивать.
От шока Дэниелл потеряла дар речи. Она уставилась на Дики, который укладывал подушки горкой, чтобы сесть поудобнее. Она никогда раньше не видела его со щетиной на подбородке и темными кругами вокруг полусонных глаз.
Дэниелл спешно опустила взгляд и увидела, что простыня, под которой он спал, сползла до талии, когда он полусидя расположился на подушках, сложив над головой руки.
Мышцы рельефно выделялись на его груди. Дэниелл пыталась удержаться от воспоминаний, когда она видела его мускулистое тело в последний раз. Это было на озере после визита к мисс Фишер, такого, на первый взгляд, безобидного…
Но что он здесь делает? У него шикарная квартира, и Дэниелл готова была поклясться, что он совершенно не собирался заниматься «Веселой вдовой».
– Сколько сил я потратил напрасно, чтобы убедить тебя лечь со мной в постель, – проговорил Дики. – И вот ты со мной в постели без всяких усилий с моей стороны. Какая ирония судьбы, не правда ли?
– А, так вот оно что… Решил воспользоваться… – яростно проговорила она.
– Ну, да, бегом бежал, чтобы испытать сомнительное удовольствие проснуться рядом с тобой! – Дики нахмурился. – И не мечтай.
Дэниелл с усилием глотнула воздух. Действительно, послушать его, она сморозила глупость.
– Твой похотливый сценарий имеет еще один пробел, – безжалостно продолжал Дики. – Я вряд ли мог это все спланировать, как бы ни было волнующе сидеть тут в кровати с тобой и спорить. Но откуда мне было знать, что ты хочешь поселиться здесь. Ты-то сама что здесь делаешь?
Дэниелл пыталась припомнить их вчерашний разговор. Разве она говорила что-нибудь относительно переезда сюда? Вроде нет. Она решила перейти в наступление.
– Как я вижу, это ты здесь поселился.
– Но ведь ты привезла чемодан. – Дики указал на ее вещи, брошенные у кровати. – У меня же только то, что на мне.
Никакая сила воли не могла заставить ее не взглянуть на его тело, которое четко вырисовывалось под простыней, и было совершенно очевидно, что на нем только часы.
Кровь бросилась ей в лицо, но Дэниелл все же заставила себя вернуться к теме.
– Так почему ты здесь?
И вдруг откуда-то снизу раздался голос:
– Эй, наверху! Есть там кто-нибудь? У Дэниелл расширились глаза.
– Ты теперь здесь принимаешь гостей, а не у себя дома? Если бы я знала, что помешаю твоим рандеву…
– Это не рандеву, – спокойно сказал Дики, – это миссис Уинслоу. Гости приехали: она и ее муж. Из-за них я и здесь. – Он посмотрел на часы. – И, между прочим, ждут завтрака.
– Не понимаю. Это что – гости? Но в журнале регистрации никого не было.
– Уверена? – Дики откинул простыню. Дэниелл отвела взгляд и попыталась вспомнить, что было написано в журнале. Кажется, она просмотрела только даты проведения Фестиваля, а не текущую неделю…
– Они зарегистрированы на сегодня, но приехали на сутки раньше, как раз когда я вчера уезжал. А так как я понятия не имею, как ты все тут собираешься организовывать – то ли раздашь гостям ключи, то ли оставишь дом нараспашку…
Дэниелл откинулась на подушки и рассмеялась.
– Значит ты превратился в заложника на ночь? Бедный Дики! Так тебе и надо за то, что смеялся надо мной. Если бы ты не смеялся, то я все еще была бы здесь к их приезду, а ты мог бы преспокойненько слинять.
Вновь раздался добродушный голос, и через секунду из-за перегородки показалась голова в облаке седых волос. Женщина перевела взгляд с Дики, который застегивал молнию на брюках, на Дэниелл, раскинувшуюся на подушках, и обратно на Дики.
– Ой! – слабо вскрикнула она. – Понятно, почему никто не отвечал.
Она исчезла, ее шаги быстро застучали к лестнице.
У Дэниелл сразу исчезло желание смеяться.
Дики надел рубашку.
– Ну, раз уж ты здесь, можешь заняться завтраком.
– Как мило, – Дэниелл резко поднялась с кровати. – Ты мог бы предупредить меня вчера, знаешь ли. А поскольку ты этого не сделал, то готовь завтрак сам.
– Чтобы они предъявили иск за плохое питание? Я пытался предупредить тебя. Я дважды звонил в ресторан вчера вечером. Один раз связь прервалась, а во второй – меня заставили ждать на телефоне, пока у меня не посинело ухо.
– У нас вчера было полно народу, – подтвердила Дэниелл. – Ни у кого не было времени толком отвечать на телефонные звонки и передавать сообщения.
– Охотно верю. Затем я оставил сообщение на автоответчике в доме у твоего отца, но ты, видно, его не получила.
– Я после работы отправилась сразу сюда. А так как папа знал, что я сюда еду…
– Возможно, он подумал, что нет смысла звонить сюда, раз я сказал, что дождусь тебя.
– Значит, ты знал, что я приду, и устроил мне гнусную ловушку, – усмехнулась Дэниелл.
Дики медленно повернулся к ней. Нарочито медленно он застегнул последнюю пуговицу на рубашке, завернул до локтей рукава и заправил рубашку в брюки.
– Если под гнусной ловушкой ты подразумеваешь то, что я спланировал сцену совращения…
Она сказала это не подумав и теперь вся залилась краской.
– Если бы я намеревался сделать что-либо подобное, вряд ли заснул бы, не получив ожидаемого. – Он говорил сухо. – Видишь ли, ожидание и эта дурацкая книжка Джо навеяли на меня такой сон, что я решил поспать немного. Я даже не слышал, как ты пришла.
А она не зажигала света…
– Хорошо еще, что я выбрала эту часть кровати, – криво усмехнулась Дэниелл.
– Правда?
Дэниелл подозрительно посмотрела на него.
– Послушай, если ты думаешь, что я тебя видела и нарочно улеглась рядом, не помня себя от радости… Я видела самовлюбленных людей, Оливер, но таких, как ты…
– Мне это не приходило в голову.
– Ну это уже что-то, – сказала она с некоторым облегчением.
– Ведь если бы ты именно этого хотела, ты бы разбудила меня. – Последние остатки хрипотцы исчезли из его голоса, остался только мед. Теплый мед, который, казалось, обволакивал ей сердце… – Ну что ж, ничья, согласна?
Она развернулась, вышла из комнаты и спустилась по лестнице в кухню. Дики спускался за ней следом.
Внизу он пробормотал:
– Ты не хотела бы опять подняться? С этого угла зрения твоя юбка будет выглядеть более привлекательной.
Дэниелл попыталась пропустить его реплику мимо ушей. Дики же едва сдерживал смех, когда она открывала дверь в кухню.
В кухне пахло кофе и жареной ветчиной. У плиты миссис Уинслоу раскладывала по тарелкам кусочки мяса. Рядом с ней лысый мужчина в очках с толстыми линзами намазывал масло на хлеб.
Оглянувшись, миссис Уинслоу улыбнулась.
– Я подумала, что при данных обстоятельствах вы не будете возражать, если мы сами возьмемся за дело. Хотите ветчины с яичницей? Дэниелл, лишившись дара речи, отрицательно покачала головой.
– Мне вполне подходит. Налить тебе кофе, дорогая? – сказал Дики.
Миссис Уинслоу одобрительно посмотрела на него.
– Вот молодец, что заботитесь о ней. Билл, передай мне корзинку с яйцами.
Дэниелл хотела было отказаться от услуг Дики, но в данный момент кофеин ей был необходим. Она отступила назад, наблюдая, как миссис Уинслоу опытной рукой разбила о краешек посуды два яйца и отбросила в сторону скорлупки.
– Выбор продуктов здесь небольшой. Однако я полагаю, – великодушно продолжила она, – вы не ожидали гостей так рано. И потом молодожены всегда забывают о еде, если им не напомнить.
Дэниелл поперхнулась.
Дики мягко сказал: