Вегран торжествовал, когда два голема, несущие драгоценную ношу, вынырнули из-за щита. Перегрузив Найрани и вещи на лошадей, Мелифор уничтожил големов, разровнял снег и вернул себе свою маскировочную личину. Мужчины вскочили на лошадей и соединились с отрядом. Охранники, часто сопровождавшие Мелифора во время охоты за беглыми проводили равнодушными взглядами сверток, из которого торчала темноволосая женская головка. Всего лишь одна из многих за время их службы. Вегран двинулся к повозке, в передней части которой была оборудована специальная будка, закрывающаяся на замок. Именно в нее Вегран сгрузил Найрани прямо в одеяле. Сверток с продуктами был заброшен в грузовой отсек повозки прямо за будкой. Мелифор проверил надежность замка на дверце будки и вскочил на коня. Вегран сел на козлы повозки рядом с возницей. Отряд снялся с места и направился в сторону Великой Долины.
Трясет. Почему так трясет? Найрани съежилась на деревянном полу, едва прикрытом соломой. Очень болела голова. И тошнило. В еще не прояснившемся сознании путались ощущения. Уют знакомого и привычного одеяла не вязался с дорожной тряской и со звуками вокруг. Поскрипывали колеса, кто-то переговаривался между собой. Фраз разобрать не получалось. Найрани помнила, как ходячие глыбы снега ворвались в ее комнату. Помнила, как прижалась ко рту тряпка с резким запахом. Этот запах до сих пор мерещился ей. Ее куда-то везут. Но куда? И зачем? Она открыла воспаленные глаза. Полутьма вокруг. Она в какой-то деревянной коробке. Между досками виднелись металлические кованные прутья. Найрани села и оперлась спиной о стену. Деревянная клетка оказалась настолько маленькая, что разведенные в стороны руки касались противоположных стен, а выпрямленные ноги упирались в дверцу. Потолок тоже низенький. Выпрямиться в полный рост не удастся. На стене слева было маленькое смотровое окошко, закрытое плотной кожаной шторкой, из под которой в клетку просачивался свет. Рядом с собой Найрани обнаружила свое пальто и голубое шерстяное платье, в котором она выходила замуж. На ней самой была одета лишь сорочка и халатик. В клетке холодно. Стыли босые ноги. Найрани натянула пальто и завернулась плотнее в свое одеяло. Что происходит? Совершенно точно ясно, что ее снова похитили. Снова страшно. Снова неизвестность. Почему опять это происходит с ней. Почему она попадает в такую ситуацию снова и снова? Повозка катилась и катилась, иногда подпрыгивая колесом на очередном камне. Нарастала в душе паника. Как ее могли украсть? Таких чудищ, которые пришли за ней она раньше не видела. Как они смогли пройти за щит. Неужели кто-то из оставшихся в деревне мог сделать таких? Казалось, что снежные люди неживые. Кому они служат? Есть ли у них хозяин? Кто из оставшихся в деревне мог желать ей зла? Ведь никто не мог. Ее приняли в клан. Они не могли так поступить с одной из своих. Айгир, любимый, помоги! Где же ты? Он вернется в деревню только через двенадцать дней. Он даже не узнает, что с ней случилась беда. Но Ула и Яра наверняка поднимут панику, когда поймут, что она пропала. Нужно попытаться выбраться. И выбраться нужно быстро, пока ее не увезли слишком далеко. Непонятно, сколько времени она была без сознания. Найрани пыталась отодвинуть занавеску на окошке. Она оказалась крепко привязанной к чему-то. Найрани толкнула ногами дверцу. Дверца громыхнула металлической окантовкой о дверную коробку. Лязгнул снаружи замок. Заперто. Найрани долбилась в дверь, что есть силы, била кулаками о деревянные стены, посылала проклятья на головы неизвестных похитителей. Вдруг повозка остановилась.