Первое выступление прошло успешно. История о том, как Ледяная Ведьма похитила прекрасного юношу, а его отважная подруга детства, после множества приключений — спасла, пользовалась бешеной популярностью. И как книжная сказка, и как представление.
Ида благополучно отметилась во всех необходимых сценах. На ногу никому не наступила, парик не сполз — уже успех.
— А ты хорошо держалась, — одобрительно сказала рыжая «селянка». — Здесь тяжело, это только со стороны кажется, что мы ничего сложного не делаем.
Это точно. Стоит только научиться делать что-то хорошо, как окружающие сразу заявят, что тебе это почти ничего не стоило. То ли дело те, кто пашет в поте лица, а им все равно не дается. То, сколько для этого отпахала ты, мало кого волнует, ведь сейчас-то тебе легко.
— Как тебя зовут?
— Ида.
— Я Эмма, это Метте и Клара.
— Надолго к нам? — спросила Клара.
Ида пожала плечами.
— Как пойдёт. Но здесь время подходящее, я же еще учусь. Хотела в контору какую-нибудь попробовать, но там везде столько условий…
— Точно, — подхватила Метте. — Я тоже сначала хотела куда-нибудь устроиться, на пишмашинке стучать, так они сказали, что стричься нельзя, приходить за час, уходить только когда все остальные уйдут. И свидетельство о благопристойном поведении от хозяйки квартиры. И еще немного убираться в конторе, потому что «девушки любят наводить уют».
Все помолчали.
— Зато здесь начальству наплевать на всё, что творится, — сообщила Клара. Она же раньше отпустила замечание про зарплату, наверное, официально главный циник и долгожитель кордебалета.
— Ты давно танцуешь, Ида?
— Занималась в балетном училище с детства, потом оказалось, что нужный вес для большой сцены удержать не смогу — толстею от одного взгляда на булочки. И выворотность подкачала.
— Ничего, здесь попроще. Мы когда заканчиваем, ходим в кофейню. Хочешь с нами?
— Не смогу сегодня. Надо в институт, зачет поставить.
— А где ты учишься?
Ида пожала плечами.
— В Шишках.
«Шишкодробилки», они же — Техническая Академия имени Э. Торна. Приют для всех, неодобряющих магию. Или для тех, кому родители запретили поступать куда-либо еще.
— Цернн принимает? — проявила осведомленность Эмма. Ида кивнула, — Тоже к нему попала как-то. Он вообще не у нашего потока вел, а тут преподаватель заболел, и его поставили. Валил всех.
— «Не каждый профессор способен понять, чему тут учат, а вы — и подавно».
— Вот-вот! Час зудел про наши пустые головы. Я плюнула и ушла. С его лекции и из Академии. Ладно, в следующий раз тогда, удачи.
— Спасибо! — Ида помахала всем рукой. Ей ответили вполне дружелюбными кивками.
В Академии было оживленно. Иногда Иде казалось, что большая часть преподавателей и студентов бегает с таким озабоченным видом, чтобы никто не догадался — ничего они не понимают. Или она просто надеялась, что не одна такая тут.
Дальгрия, как и прочие страны, все время балансировала между магией и наукой. Оба направления почетны. Но больше ста лет назад ученый Эмиль Торн заявил, что магия — для слабых духом. Не стоит, мол, прибегать к чудесам, если хочешь считаться настоящим человеком. Нельзя подражать альвам и троллям, у нас свой путь.
Кто-то повозмущался и забыл, а кто-то принял слова Торна всерьез. Его ученики основали Академию и объявили, что пойдут тем самым, особым путем. Почему особый путь обязательно усыпан шипами и ты ни в коем случае не должен получать удовольствие от него, Ида не понимала. Но, так как ее семья относилась к потомкам самого преданного ученика профессора, выбора у нее не было. Никакой магии, усердный труд, только технические специальности. Говорят, какой-то двоюродный дядя заикнулся о том, что хочет заниматься живописью — и про него больше не упоминали, только бабушка тайком рассказала. Выгнали, прокляли, стерли из семейной хроники.
Профессор Цернн смотрел в ее зачетку минут пятнадцать.
— Фрекен Ида, — наконец сказал он. — Ваши успехи за последний семестр…
— Ужасны, — согласилась она.
— Именно. Вы принадлежите к славной фамилии Магнуссен, я имел честь слушать лекции вашего деда. Ассистировал вашему отцу во время экспериментов с магнитными полями. Вы, пусть и не слишком способны, также могли бы принести пользу в своем скромном, но уважаемом направлении — теоретические расчеты и обслуживание оборудования. Тем не менее…
— Никаких успехов, — Ида закивала. — Вас не затруднит поставить мне незачет, я же заслужила? Возможно, я смогу перевестись…
— Куда?
— Кафедра метеорологии? Хотя бы в институте Глимма.