Маргарета помахала патрульному, который перестал свистеть, кивнул ей и вернулся к своей работе.
А напарник меж тем продолжал свою воспитательную речь.
— … так что сейчас мы либо оформляем тебя в участке, либо возвращаем украденное и спокойно идем обратно в приют, и там ты обещаешь мне и фру Кляссель, что больше бегать не будешь.
Ленни перестал рыпаться и скосил глаза на Вальтера, чуть прищурившись.
— Но я знаю, что ты врун, Ленни, и обещания твои стоят недорого, — продолжал спокойным тоном сыщик, — Так что я уж попрошу фру Кляссель запереть тебя в чулан на недельку-другую, чтобы ты подумал, как плохо сбегать, а еще хуже воровать. И если я тебя еще раз поймаю, ты уже отправишься прямиком в полицию, а дальше сам знаешь куда.
При слове «запереть» пацан побледнел, отчего на носу и щеках его выступило несколько веснушек. Когда Вальтер своей недрогнувшей рукой повлек мальчишку в сторону лотков с пончиками, тот снова уперся ногами, засопел, забился… Всё это молча, стиснув зубы.
— Эх, Ленни, ничему-то жизнь тебя не учит. Ну что ж, если ты такой непримиримый, придется нам применить магию. Фрекен, будьте добры…
Маргарета хлопнула глазами, потом кашлянула и улыбнулась, стараясь придать улыбке побольше кровожадности, что на такой погоде было совершенно нетрудно. Подняла руку в перчатке и зловеще пошевелила пальцами. Ладонь окутало слабое голубое мерцание.
— Не надо! — тут же хрипловато крикнул мальчишка, — Не надо магии, пожалуйста! Я… Он… там… Не запирайте, он же умрет…
И тут же затих, только глазами испуганными туда-сюда водил. То на Маргарету, то на Вальтера, то шарил кругом, ища возможности к бегству.
Вальтер так же спокойно поднял брови и взглянул мальчику в лицо.
— Кто он? И почему умрет?
— Ханс?.. — неуверенно спросила Маргарета, — Его зовут Ханс, верно? И ты украл эти пончики для него. Это твой друг, и вы с ним попали в непростую ситуацию.
Она все еще с удивлением переводила взгляд со стаканчика глинтвейна на вторую свою руку, мерцающую магическим светом. Она-то знала, что кроме мерцания в этой магии ничего не было.
Ленни сглотнул и теперь смотрел на нее с почти суеверным ужасом. Впрочем, как и Вальтер.
— Как вы узнали… Вы…
Маргарета улыбнулась, все еще стараясь держать впечатление.
— Ты когда волнуешься — очень громко думаешь. И от тебя пахнет… Ну-ка…
Она резко наклонилась к нему, мальчик отшатнулся, аж пальто затрещало. Сейчас ее лицо мало напоминало человека, и стараться было не надо. Даже Вальтер вздрогнул от неожиданности, но ворот не выпустил.
— Точно. Тот же запах. Так, давай немедленно рассказывай, как вы с этим Хансом попали под артефакт, а лучше веди-ка нас к нему. Ты прав, он действительно может умереть, если ему вовремя не помочь.
Бедняга Ханс оказался парнем чуть постарше Ленни, но ему досталось гораздо сильнее. Когда Вальтер и Маргарета забрались в подвал заколоченного магазинчика через две улицы от площади Нюстед, куда их таки привел невезучий похититель пончиков, они сперва услышали тихое поскуливание, а потом и голос, произнесший «Уэнни… эуо уы?..»
— Ох-хо-о… — только и вырвалось у Маргареты, когда они подошли ближе и она увидела, что стало с лицом юноши, лежащего на груде старого тряпья. Особенно пугающе выглядели глаза — абсолютно белые и неподвижные.
Как и ожидалось, от пострадавшего шел крепкий мертвый дух той же магии, что ударила по бедолаге архивариусу, и в то же время она чуяла нотку какого-то неизвестного боевого заклинания, профессионального, точного, не чета кустарным поделкам для дешевых артефактов. И весь этот букет на самой грани восприятия был приправлен тонким морозным налетом зимней стихии, той самой, что убила Поульсена, и той, что в избытке гуляла по закоулкам «Погоды для вас». Похоже, разговор с Хансом и Ленни предстоит долгий и обстоятельный. Пончики точно пригодятся.
Из дневника Роберта Макалистера, антрополога и этнографа.
Сегодня договорился с местным сотрудником съездить в поселок, где живет настоящая альва. Подумать только, здесь до сих пор в ходу приношения от людей волшебному народу и доброе соседство. Ах, если бы наши фейри остались такими же, как в сказках и легендах. Еще каких-то сто лет назад жизнь на острове была совсем иной. Слушая рассказы местных, и встретив в городе нескольких настоящих альвов, я остро ощущаю ностальгию по тем временам, которые не застал. Мы много потеряли с уходом народа холмов, и задача моя и моих коллег-ученых разобраться в истоках этой беды. Интересно, что накопает Джонатан в своих болотах…