– Постой, – ответила Ханна. – Дай себе передышку. У тебя слишком много забот. Ты выглядишь усталой.
Она наклонилась к Тому и прошептала ему на ушко:
– Эй, послушай, ты ведь дашь своей маме передышку? Ей нужно поспать.
– Вот увидишь, – заметила Кейт, – твой малыш окажется беспробудным соней, у тебя с первого дня все будет под контролем.
Ханна рассмеялась.
– Посмотрим.
Кейт взглянула на Тома, чье внимание было приковано к гуляющей рядом собаке. Когда ему надоедало следить за ней, малыш переводил взгляд на раскидистые деревья, растущие на склоне Парламентского холма. Она вдруг вспомнила свой сон, в котором царили руины и разруха.
– Хан…
– Да?
– Мне вдруг стало страшно.
– Чего же ты боишься?
– Всего. Будущего.
Кейт потерла ладонью татуировку с пауком, то и дело попадающую под рукав.
– Я все время думаю о Люси. О том, где она сейчас.
– Неужели? Где бы она ни была, с ней в любом случае все в порядке. Кейт, соберись, у тебя есть Том. У тебя есть Сэм. У тебя своя жизнь.
– А что если это не моя жизнь?
– Что это значит, черт возьми?
– Я просто чувствую…
– Что? – в голосе Ханны послышалось нетерпение. – Что ты чувствуешь?
Одинокойодинокойодинокойячувствуюсебяодинокойвсечертововремя.
– Кейт!
– Они предложили сидеть с Томом раз в неделю. Тамсин, сестра Сэма. Мама Сэма.
– Но это же здорово. Бесплатный уход за детьми. Разве не поэтому ты переехала туда?
– Возможно, – согласилась Кейт и снова посмотрела на сына. – А что, если он станет таким же, как они?
Кейт видела, что Ханна словно отстраняется от разговора, складывая руки.
– Кейт, послушай меня, – сказала наконец Ханна. – Воспользуйся этой помощью. Посвяти этот день себе, поспи. И я думаю, тебе нужно обратиться к психологу.
– Зачем?
– А вдруг у тебя депрессия? – ответила Ханна. – Ты можешь себе помочь. Сходи к врачу, попей таблеток. Тебе нужно… поправляться.
Она подняла Тома и положила его обратно на колени Кейт.
– Ради Тома, если не ради себя. И еще, ему холодно, – заметила Ханна. – Тому холодно. Пойдем внутрь.
Лисса
По адресу на обложке сценария Лисса приехала на пятнадцать минут раньше назначенного. Это была подвальная студия в Далстоне, спрятавшаяся в переулке между двумя турецкими ресторанами. В этот утренний час они были еще закрыты. Режиссер был на месте, он сидел в углу комнаты и с кем-то разговаривал. Лисса догадалась, что его собеседница – художница. Слишком уж сосредоточенно она склонила голову к масштабной модели декораций. Она оказалась ниже ростом, чем в первую встречу, с немного коренастой фигурой и легкой проседью в волосах. С десяток стульев были уже расставлены по кругу в студии для актеров. За ними располагался еще один ряд стульев для технического персонала. На столике дымился чайник. Молодая женщина с хорошо ухоженным лицом подошла и пожала Лиссе руку, представившись как Поппи.
– Рада познакомиться! Вот кофе, выпечка – угощайтесь.
Лисса бросила сумку на стул и подошла к столу.
– Гостеприимство вечным не бывает. Грех им не воспользоваться, – прозвучал голос.
Она повернулась и увидела мужчину примерно ее роста, стоящего рядом с ней.
– Бог знает, когда мы снова получим такое предложение.
В рычащем басе незнакомца слышался слабый северный акцент. «Ливерпулец?»
Он был чисто выбрит, лет пятидесяти, с проседью в каштановых волосах. У него были необыкновенно голубые глаза, и она его определенно откуда-то знала. Должно быть, видела на сцене, только не помнила, где именно. Лисса хотела уже что-то сказать в ответ, но он повернулся и пошел к своему месту с круассаном в руке.
– Лисса?
Она снова обернулась. На этот раз перед ней стоял гораздо более молодой человек, худощавый, с далеко посаженными глазами и толстыми губами. Она элегантно пожала его протянутую руку. «Где же я его видела?»
– Лисса Дэйн, не так ли?
– Да. Мне очень жаль, но я…
Лисса уже хотела сказать про забытый бейджик, но молодой человек рассмеялся.
– Видел тебя на фотографии, поэтому узнал.
– Вот как?
– Это не ты встречалась с Декланом Рэндаллом?
– Да, я.
– Мне нравятся его работы.
Она кивнула.
– Да, он талантливый.
– Его последняя работа – в фильме, где действие происходит в тюрьме. Кажется, там французский режиссер… Потрясающий фильм.