– Мне кажется, это только все усложнит.
– Усложнит для кого?
Странно, но любопытство Деи, ее вопросы Кейт не раздражали.
– Кстати, – сказала Дея, когда они подходили к границам сада. – Ты так и не сказала, что тебя пугает. Если я займусь любовью с женой, что сделаешь ты?
Кейт задумалась.
– Честно? Меня пугает мой дом. Распаковка коробок после переезда. Я до сих пор этого не сделала, настолько это меня пугает.
– Прежде всего позволь мне сказать, – начала Дея, – что я считаю давление на женщин по поводу идеального дома одним из величайших обманов со стороны позднего капитализма. Я этому давлению ежедневно сопротивляюсь из принципа, как ты наверняка заметила по состоянию моего дома. Но раз тебя это так пугает, думаю, тебе стоит посмотреть своему страху в глаза. Распакуй коробки, разберись с этим. Позови нас с Зои в гости. Пусть Сэм нам что-нибудь приготовит. – Дея подмигнула. – Вдруг мы все снова забеременеем.
Вечером, услышав, что Сэм вернулся с работы, Кейт выбралась из кровати и спустилась в гостиную, где он уже устроился на диване с пивом и ноутбуком.
– Привет, – сказала она и устроилась в противоположном кресле.
– Привет, – ответил он, снимая наушники.
– Что смотришь?
– Какое-то старое дерьмо.
– Как работа?
– Утомительно, скучно, как и всякая готовка не для себя.
– Я хотела спросить… – начала Кейт.
– Да?
– Я кое-кого встретила.
– Что? – на мгновение он оторвался от ноутбука. – Кого же?
– Еще одну маму. В той игровой группе, куда посоветовала сходить Эллис. Куда ты посоветовал сходить – чтобы я могла бы завести друзей. Я хотела спросить, могу ли я пригласить ее к нам в гости? Может быть, ты мог бы что-то приготовить?
– В гости? Какие такие гости?
– Сэм, пожалуйста.
– Когда?
– Не знаю. Через пару недель. Я подумала, можно позвать еще Ханну с Нэйтаном. Устроить небольшой дружеский ужин.
Он нахмурился.
– Не знаю. Ближе к делу мне нужно посмотреть, в какую смену я работаю.
– Сэм, – сказала Кейт. – Ты же сам говорил, что я должна встречаться с людьми. Я встретила хороших людей – Дею и Зои.
– Подожди, они что, лесбиянки?
– Да.
– В Кентербери есть лесбиянки?
– Очень смешно.
Сэм сделал большой глоток пива.
– Так я могу сказать им, что мы их приглашаем? Ты приготовишь нам ужин?
– Ладно, но тогда позовем еще Марка с Тамсин.
– Неужели?
– А почему бы нет? Мы все равно задолжали им ужин. Марк давно не ел мою стряпню. Это может вдохновить его на инвестиции.
– Отлично, – сказала Кейт.
«Вот же черт!»
Лисса
Он ей не звонил. Она ему тоже. Он ей не писал. Она тоже ему не писала. Она постоянно проверяла телефон. Держала его в кармане, ожидая вибрации сообщения, но сообщение не приходило.
Лисса уже забыла, как это бывает. Как покоряешься мужчине после секса. Похоже, это универсальный закон природы. Как за несколько быстрых движений переходишь от здравомыслия к сумасшествию, даже если это муж твоей лучшей подруги.
Муж. Твоей. Лучшей. Подруги.
Подумай об этом.
Предпремьерный показ прошел неплохо, хотя труппу и приходилось немного дотягивать до пьесы. У текста был свой внутренний двигатель, своя жизненная сила. За занавесом Лисса чувствовала оживление, видела его в глазах коллег – химия работала, пьеса ожила, они все стали частью чего-то значительного.
После в баре шептались, что на показе было много журналистов, значит, можно было ожидать рецензий. Эти новости вызвали у Лиссы хорошо знакомое чувство одновременно облегчения и ужаса.
К утру субботы онлайн вышли четыре обзора. Газеты «Телеграф», «Индепендент» и «Таймс» поставили четыре звезды, а «Ивнинг Стандард» – все пять: «Где все это время был Джонни Стоун?! С таким редким талантом он давно должен был стать известным. Для того, чтобы его талант засиял, потребовался местечковый театр и малоизвестный режиссер».
Хелен назвали «молодой актрисой, стоявщей на пороге огромного успеха».
О Лиссе написали, что она «самая томная, потерянная и чертовски опасная Елена, какую мы когда-либо видели».
В субботу Лисса отправилась прогуляться по парку, оставив телефон дома. В базарный день у нее были все шансы столкнуться либо с Ханной, либо с Нэйтаном, либо с ними обоими, покупающими хлеб, бекон, круассаны или рыбу. Они все еще занимаются сексом, Ханна и Нэйтан? И что они сейчас делают? Она могла бы пойти к ним в гости. Просто постучать в дверь и остаться на утренний кофе. «Эй, Ханна! А Нэйтан соблазнил меня. Да, в четверг, в собственном кабинете! Ты когда-нибудь занималась там с ним сексом? На его диване? И этот его трюк с большим пальцем? Так он тебя ласкает?»