-Король не стоит над законом!
-Верно, король создает его и может отменить или поменять по своему желанию. И мы казним.
-Люди умирают от голода и холода, люди гибнут в войнах, мы что, устроим резню еще среди выживших?
-Эта резня позволит спасти народ!
Споры шли по кругу. Арахна не могла сопротивляться воле короля и, ругаясь, препираясь, осуждала на смерть и казнила. После же – пила, надеясь забыться, а по утрам, видя свое отражение в зеркале, поражалась тому, что не узнает своего лица. Не могло у нее быть такого молодого лица! Не могло у нее быть такой юной кожи. Вот глаза – опустевшие, серые, выцветшие – это похоже на правду.
***
-А ведь я знал, что все так кончится, - сказал Мальт спокойно. – Еще до того, как были убиты другие советники короля Мираса, да будут дни его долги, знал. Готовил преемника.
-И я знала, - Арахна тряханула своими волосами и медленно, словно сквозь сон, коснулась прутьев решетки, - только не готовила преемника.
-Это не помогло мне, - усмехнулся Мальт, наблюдая за ней. – Мой преемник со мной ожидает казни.
Арахна даже не взглянула на него.
***
У них была власть, но шла она из крови. У них была сила и энергия. Идея, преданность – да все, что угодно, кроме времени.
Советники уходили один за другим. Граф Сонор – благороднейший человек, обвиненный в предательстве короля Мираса, начинавший вместе с ним. Что ж, благородные уходят первыми.
Атенаис – красивая женщина, отвечающая за городское правление, но, как оказалось, слабая. Она поняла всю суть давно, и приняла яд, испугавшись, сама. Ушла, струсив.
Велес – мясник, каратель, из числа самых презираемых людей королевства, но такой необходимый в смуте. Он был подлым, и Арахна жаждала его смерти больше других, зная, что он творил, но он, благодаря своей подлости, продержался еще долго.
А потом имена стали сменять друг друга.
Барон Боде, граф Моран, Эжон, Фалько, Корсар, маркиз Шенье, Медер… король Мирас не жалел ни казначеев, ни полководцев, ни интриганов, ни жрецов – никого. Он избавлялся от тех, кто уже отстроил фундамент своей ответственности и выводил на места прежних новые лица.
Арахна и Мальт как-то пришла на заседание и обнаружили, что из прежних остались только они вдвоем. Оставалось лишь переглянуться и готовиться. Но за ними вскоре пришли – их работа в самой сложной своей части, в наведении первичного после смуты порядка, была закончена. Теперь было кому все подхватить и началось тяжелое следствие – почему, когда и как они вдвоем вершили кары над теми, кого осуждал сам король Мирас?
Зачем они казнили тех, кого осудил Его Величество? Зачем лишили его советников, и плохо провели следствие над ними?
Хотя и Арахна, и Мальт знали прекрасно, что следствие от них не зависело – король распорядился сам, они молчали – отпираться было уже бесполезно.
***
-Жалею лишь о том, что больше не увижу своего сына. Он и так редко видел меня, - Мальт украдкой взглянул на Арахну.
-А я говорила! – мгновенно напомнила она. – Я говорила тебе, что ты как мои родители! Они не думали, вступая в заговор, что могут оставить меня сиротой, и ты тоже не подумал! Что теперь с ним будет?
-О нем позаботятся.
-Уверен? Ты же уже не проверишь!
Теперь молчал Мальт. Слова Арахны были справедливы. Она предупреждала, да. И сам Мальт не мог верить в безоблачное будущее своего сына.
***
А с какой идеей он вступал в ряды Дознания когда-то! Как рвался, как желал получить место в Секции закона, и как завидовал тем, которым, как Арахне, все далось лишь по заступничеству-рождению-или обитанию в Коллегии Палачей с пяти лет.
И только потом Мальт сообразил, насколько политичен закон, и как давно уже не значит он ничего для всего королевства, как далеко ведет казнокрадство и взяточничество, как бледны тени правосудия и как шатка справедливость.
Из лучших своих побуждений он присоединился к Мирасу, который обещал благо и закон.
-Это ничего,- говорил тогда еще принц Мирас, - что путь наш не всегда честен. Когда придет время моего правления, закон будет торжествовать!
И Мальт верил. Ввязывался в интриги, переговоры, хитрости, убийства и подлости. Он марал свои руки, чтобы привести в королевство закон и в итоге стал сам вне его. Слишком грязные руки, выпачканные чужой кровью и слезами не могут удержать светлое благо справедливости.
***
Дрожат железные решетки, пропуская к преступникам гостя. Это Персиваль – заговорщик, в прошлом дознаватель, соратник короля Мираса, и…теперь преемник Мальта.