Он обернулся к засевшим на верхнем ярусе бойниц стрелкам. Старший отрицательно покачал головой.
— Далеко. На самом излёте достанем, только стрелы переводить.
— Даже сверху вниз?
— Так точно…
Барон пробурчал себе под нос что-то неразборчивое и продолжил всматриваться в происходящее.
— У них должна быть волшебница. Ей нужно будет подобраться к воротам. С такого расстояния ей их не повредить.
Он повернулся к стрелкам.
— Когда она подойдёт — не промахнитесь.
— Будьте покойны, ваша светлость, выцелим…
Бриан стоял этажом ниже, в каземате надвратной башни, и слушал барона вполуха, от нечего делать разглядывая лебёдки подъёмного моста.
За спиной кто-то робко кашлянул. Рыцарь обернулся. Возле неловко топтались несколько солдат.
Заметив его вопросительный взгляд, один из солдат заговорил.
— А вы, правда, из Ордена будете?
— Правда.
— И за нас будете сражаться?
— Собираюсь. Что-то не так?
— Да нет. Ничего. Просто с вами оно спокойнее… А то про этих, — он кивнул головой в сторону отделявшей их от врагов стены, — всякое рассказывают…
— И что же про них рассказывают? — поинтересовался Бриан.
Солдат чуть смутился.
— Ну, всякое. Что у них чернокнижники есть сильные, которые демонов поднимать могут…
— Это ерунда. Всё, что у них может быть — много о себе возомнившая деревенская знахарка, — заверил его рыцарь.
— А ещё рассказывают, — вмешался солдат помоложе, — что с ними безголовый волхв идёт…
— Кто?
— Да это сказки всё, — перебил его первый солдат, мрачно сверкая глазами на молодого сослуживца.
— Интересно, — оживился Бриан, — и что же в них говорится?
— Ну, — солдат несколько растерялся, — был в здешних краях волхв, да поймали его за чернокнижием, хотели арестовать, но он отбиваться стал, и его убили. Голову забрали, а тело бросили в лесу.
— И что?
— Ну и стали люди поговаривать, что он ожил и по лесам теперь без головы ходит. А другие говорят, что один кузнец ему железную голову заместо настоящей сделал…
— Точно сделал, — вмешался молодой, — мне старший брат рассказывал, он когда мальцом был, видел того волхва. Только тот без головы ещё тогда ходил…
— А если он без головы, то откуда же твой брат может знать, что ему железную сделали?
— А вот и может…
— Это всё суеверия! — чуть повысил голос Бриан, — даже волхв не может ходить без головы. Или с железной головой. Ни один человек этого не может.
Солдаты притихли.
— А если он демон? — всё-таки не удержался совсем уж щупленький солдатик пристроившийся совсем позади.
— Ну, посуди сам, откуда здесь демоны? — ровным тоном ответил Бриан, и улыбнулся, давая понять, сколь легкомысленно было это предположение.
— И то верно, — кивнул солдатик, — ниоткуда…
— Так что всё в порядке, нам противостоят обычные люди, а не колдуны, демоны или оборотни, уж поверьте мне, — снова улыбнулся Бриан.
Солдаты облегчённо закивали.
— Что вы тут лясы точите? — загремел совсем рядом голос барона, — эти проходимцы вот-вот на штурм пойдут.
Бриан повернулся на голос, и неожиданно обнаружил рядом с бароном несчастного капитана, так печально лишившегося роты. Бедняга потерянно торчал недалеко от бойницы облачённый в пехотное облачение и с луком в руках. Шлем и кольчуга были ему велики, и придавали вопиющее сходство с огородным пугалом.
Барон тоже его заметил.
— Ты ещё здесь? А ну живо к бойнице. Будешь искупать свою вину чужой кровью. И не вздумай мазать, за каждую стрелу ответишь!
Несчастный офицер мелкими шагами подошёл к бойнице и осторожно выглянул наружу.
— Видишь мятежников? — хмуро спросил барон.
— Ага. Вон там стоят… проклятье!
— Что такое? — удивился Бриан.
— Это же мои солдаты!! Вот гады! Штурмовать нас пришли!
— Что ты несёшь? — рыкнул барон, — ослеп что-ли? Кто же будет ставить только что переметнувшихся людей на самый ответственный участок?
— Постой, не горячись! — остановил его Бриан, и обернулся к капитану, — ты уверен?
— Конечно. Я их знаю. Вон там мой фельдфебель Климп, а вон тот, долговязый, это…
— Ничего не понимаю, — барон тоже выглянул в бойницу, — не могут же эти мятежники быть настолько дураками, чтобы поставить самые ненадёжные войска на самое ответственное место? Если так, то я не пойму как они смогли хоть одну крепость взять…
— А может быть дураки-то как раз не они… — пробормотал Бриан, холодея.
Барон посмотрел ему в глаза, и рыцарь увидел в них понимание и ужас.
Мольфи ухватилась за нависавший куст, и, держась за него, подобралась к самому краю рва. Тинистая чёрная вода оказалась в каком-то вершке от её сапог.
— Не высовывайся, — пробурчал Кралог.
— Далеко, а я маленькая, не попадут… — беззаботно отмахнулась девушка.
— Я знал человека, который с большего расстояния попадал в мелкое яблоко, лежавшее на голове раба, не причинив тому ни царапины, — буркнул тот, — и заработал кучу денег, заключая на это пари.
Куст затрещал, и Мольфи неохотно отступила выше на берег.
— И он никогда не промахивался? — с любопытством спросила она, — ну вот ни единого разочка?
— По крайней мере, рабов он менял довольно редко…
— Готово! — провозгласил Укен тонким от волнения голосом.
— Начинай, — скомандовал Родгар и, обернувшись к стоявшей пехоте, добавил, — как ворота упадут, те, кто с лестницами сразу перебрасывают их через ров, и первый отряд идёт на штурм. Остальные в это время быстро наводят основной мост. Всё как на учениях. Приготовились.
— Думаю, людям будет лучше залечь, — добавил Укен, — всё-таки первый раз испытываем…
— Ты же раз пять делал пробы?
— Я имел в виду в бою, вдруг что случится…
— Давай, не тяни.
Укен сглотнул, и поднёс фитиль.
Бриан услышал отдалённый раскат грома, и ему показалось, что каменная громада замка чуть вздрогнула.
— Лесные ворота! — простонал барон, — они провели нас как котят… Там же едва человек пять в дозоре, и они наверняка всё проспали, идиоты! Думали, их туда отдыхать отправили!
— Отвлекающий манёвр, — пробормотал Бриан, — кто бы только мог подумать. А ведь простые крестьяне…
— Живо все за мной, нужно успеть пока они не сломали ворот! — барон метнулся к выходу из башни.
Прогремел второй удар грома, а потом все отчётливо услышали хруст и гулкие удары падающих тяжёлых предметов…
— Поздно… — прошептал Бриан.
Родгар в развевавшемся чёрном плаще и чёрном шлеме с небольшими полями выглядел довольно эффектно. Мольфи это отметила ещё когда они только направлялись к Бычьему Лбу. Тогда она сочла это франтовством, но теперь своё мнение изменила. Людям и даже ей, он внушал твёрдое убеждение в собственной силе и безошибочности, и заслуга внешности была в этом не последней.
А сейчас в уверенности была острая необходимость. Пехотинцы сгрудились в узком, ведущем во двор, проходе, укрывшись за кромками стен. У входа в расположенную чуть дальше караулку уже лежало несколько тел.
— Они будут метить нам в спину, почти в упор… Мы не сможем прорваться через двор. Нужно срочно с ними покончить. Каждая секунда на счету, Мольфи. Как только остальные смогут отступить в цитадель, нам придётся всё начинать сначала. Давай, девочка, на тебя вся надежда. Нам к ним быстро не прорваться, проход слишком узкий, только на одного, а они колют сбоку, через бойницы…
В голосе Родгара звучали надежда и просьба.
Девушка прикусила губу и, выглянув из-за угла, посмотрела на узкую сводчатую дверь в каменной стене. Из прохода торчали чьи-то ноги, и тонкими струйками змеилась по булыжникам кровь.
— Мы уже потеряли троих…
Девушка глубоко вздохнула и попробовала выйти из-под защиты арки. Родгар дал знак, и пара солдат прикрыли её своими щитами. Из бойницы вылетела стрела, но целить под таким углом было слишком трудно — она срикошетила от края стены и, переломившись, отлетела во двор.