— Сюда все, быстро! — его голос был таким же резким, как порыв ветра, с хрипловатым оттенком, который заставил всех вокруг замереть.
Несколько секунд всё было тихо, а потом бойцы, словно под гипнозом, начали моментально собираться. Они оставили свои дела и бросились к нам, каждый шаг – быстрый и точный, как у подготовленных стрелков. Зрелище было одновременно пугающим и захватывающим.
— Сегодня наконец-то бьём рейдеров! — Артём произнёс это с такой решимостью, что его слова эхом прокатились по территории хаба.
На мгновение всё вокруг замерло, и в воздухе повисла тишина. Люди, которые не были в этой «игре», замерли, ошеломленные таким поворотом событий. Некоторые поежились, а на лицах других читалась не то тревога, не то облегчение. Они сжимали оружие, готовые к действию, но в их глазах всё ещё были сомнения.
В то время как рабочие и грузчики, тихо переговариваясь, останавливались, я мог видеть, как напряжение медленно охватывает всех. В них была какая-то растерянность, что-то неизведанное, что заставляло их смотреть на нас с опаской. Некоторые женщины с тревогой смотрели на своих детей, пытаясь скрыть свою беспокойность, но глаза их всё равно выдали страх.
Один из бойцов, скорее всего, новобранец, немного отстал, подойдя осторожно. Он неуверенно взглянул на меня, словно раздумывая, как спросить, и наконец произнёс:
— А этот… железный… уж извините, не знаю, как к вам обращаться… вы с нами?
Я посмотрел на него, и в глазах новичка я увидел столько неопределенности и любопытства, что сам почувствовал, как неприятно мне стало от этого странного взгляда. Что же я собой представляю? Робот? Или всё-таки человек?
Ответить было не трудно. Я кивнул, и это вызвало у парня облегчение. Словно мы все говорили на одном языке, и теперь сомнения были оставлены за дверью.
На мой взгляд, ситуация на какой-то момент изменилась. Артём, как и всегда, почувствовал момент, когда надо было укрепить уверенность всех присутствующих.
— Час на сборы. Через час все должны быть у БТРов, — его слова не терпели возражений. Его голос был прямым и чётким, как команда, от которой не уклониться.
Бойцы, все до единого, кивнули и тут же разбрелись в разные стороны, каждый спешил к своим делам. Кто-то рвался за патронами, кто-то метнулся к своим близким. Никаких больше вопросов, только рука на оружии и взгляд, устремлённый к цели.
Я не мог не заметить, как это зрелище заставляло меня чувствовать себя немного чужим в этой картине. Люди, спешащие, теряющие связь с миром вокруг, они — как пчёлы в улье, занятые своим делом. Но вот я, со своими мыслями и планами, — внешним, чуждым им. Они искренне верят, что мы идем с ними, что мы идём в бой вместе. А я… Не так уж и уверен, что моё присутствие здесь — это то, что им нужно.
Артём опять был в своей стихии. Он уверенно двигался вперёд, его шаги резкие и уверенные. Для него это было всего лишь ещё одной частью жизни, ещё одним шагом к решению проблемы. Я наблюдал за ним с некоторым недоумением. Как он так легко справляется с этим? Как ему удается оставаться уверенным, когда каждый его шаг может стать последним?
Я сам почувствовал, как от одного его спокойствия моя неуверенность только усилилась. Всё это казалось немножко странным, но я не мог остановиться. Я должен был идти в бой. Это не вопрос выбора, а вопрос необходимости.
Артём оглянулся и заметил, что я немного отстал, запутавшись в своих мыслях.
— Ну что, поехали? — его голос был ровным, но с лёгким оттенком ожидания. Он знал, что мне не хватает уверенности, но он не ждал от меня других слов.
Я кивнул и сжал кулак. Слова не нужны, когда нужно действовать.
Мы подошли к БТРу, и я оглянулся ещё раз. Люди разбегались в разные стороны. Всё казалось на своём месте, но мне было всё равно тревожно. Мы шли в бой, и этот момент уже нельзя было откатить назад. Рейдеры не ждали нас. Они даже не представляли, что мы в состоянии пойти на них с такой силой. Но всё равно, я был готов — неважно, что стояло впереди. Хотя в глубине души я планировал идти в штурм в одиночку, решение мэра и Артёма о совместной атаке было непростым, но всё же окончательным. Да и, честно говоря, умел бы я вообще нормально говорить и выражать свои мысли... Как это работает? Почему всё так получилось?
Пока я был в раздумьях, вдруг ощутил решительный хлопок по плечу. Я обернулся и увидел Артёма с чем-то длинным в руках, завернутым в ткань.
— Вот тебе, чтобы с голой жопой на окопы не лез! — сказал он с улыбкой, разворачивая ткань.
Из-под неё выпал пулемёт КПВТ, чёрный и тяжёлый, как сама судьба.
— Держи и пошли к Палычу. Придумаем что-нибудь, — добавил он, резко откинув ткань и махнув мне, будто не сомневался, что я возьму это оружие.