***
– Ух ты, извилистая улица, – Сергей открыл карты в своём мобильном. – Всё ровненькое, а вот Городок…
– Я когда впервые поехал туда, проскочил.
– Почему, Вадим? Это же первый поворот налево, если из центра ехать.
– Сейчас увидишь, почему, – улыбнулся друг в ответ.
Подъёмы, спуски и повороты впечатлили Сергея.
– Подмосковье?
– Звенигород! – и в голосе Вадима послышались нотки восхищения.
Но вот свернули на улицу Красная Гора – стало понятно, что приближаются к самой высокой точке.
– Понятно теперь, почему Красная.
Вадим кивнул. И вскоре улыбнулся, услышав недоумённый вскрик Сергея. Конечно, было непонятно, зачем он свернул на какую-то лесную дорогу.
– Говорю же, Серёг, в первый раз – проскочил!
– Это… – Сергей озирался на окруживший их лес. – Это… улица?
– Городок.
А дальше… дыхание перехватило. Они не просто ехали по неширокой грунтовой дороге, идущей по лесу, они оказались на краю отвесного холма. Справа – стена, слева – обрыв. И – по кругу, круто поворачивая.
– Серпантин?
– Не уступающий по ощущениям горному.
– Ну ничего себе, – выдохнул Сергей. – Вот это да…
Лес становился гуще. Дорога поворачивала и казалась у́же.
Помимо движения по кругу, они ещё и вверх-вниз ныряли: небольшие, но крутые перепады.
И вот, наконец… Оказались на прямой аллее – высоченные берёзы будто приветствовали их, указывая дорогу к храму.
Выйдя из машины, Сергей огляделся – вот оно, место первого поселения. Ровное пространство было окружено крутыми валами, поросшими высоченными соснами.
И белокаменный храм. Успенский собор. Он был одним из четырёх Московских храмов четырнадцатого века. С одним куполом, четырёхстолпный храм. Великий – простой, с гладкими стенами. Сказочный – с листами каменной резьбы. Изысканный.
– Грандиозно, – только и смог прошептать Сергей.
Вадим держался на расстоянии, чтобы не мешать другу общаться с этим уникальным местом силы.
Сергей пошёл вдоль ограды.
Вот и вход – к собору вела тропинка.
Не стал сдерживать себя, отдался ощущениям и желаниям. Подошёл и коснулся ладонями стены.
– Здравствуй.
И так просто вдохнулось. Лёгкость. Словно покрывало из лёгкости накинули – спокойно и… стремительно. Наверное, птица так расправляет крылья, мечтая о небе.
В храм вошёл с трепещущим сердцем. И словно воспарил – стены и своды, украшенные нежнейшей росписью, позволили испытать чувство полёта… Приняв это кружение, неспешно обошёл храм. В полнейшем потрясении остановился перед золочёно-бордовым иконостасом.
Позже купил свечи. Поблагодарил. Вспомнил.
И ещё долго простоял – всё взгляд не мог оторвать от лика архангела Михаила… Архангел Михаил… в сияющем лазоревом хитоне.
***
Вадим стоял посередине этого невероятного пространства, окружённого величественными валами. Любовался соснами, всматривался в безоблачно-яркое небо и ощущал лазоревые струи благодати.
Когда почувствовал прикосновение к своему плечу, улыбнулся. Повернулся к Сергею. Тот был в слезах – слёзы принесли покой, счастье искрилось в посвежевшем взгляде.
Слов не понадобилось.
Друзья просто обнялись.
***
– Я, оказывается, два часа в храме провёл, – Сергей изумлённо смотрел на циферблат своих часов.
– Действительно, – Вадим взглянул на свои.
Они подошли к автомобилю, и Вадим достал пару бутылок для воды.
– Пойдём теперь к источнику.
Так спокойно и легко не было давно. Не торопились. Глубоко дышали. Наслаждались жизнью.
Шли по улице Городок, состоящей из нескольких деревянных домов, – удивительное место.
Улица вела вниз, к крутому склону холма. Гравий приятно шуршал под ногами, сентябрь одаривал горячими волнами густого, ароматного воздуха.
Дошли до лестницы. Извиваясь, она показывала дорогу к роднику.
На верхней площадке стояла пожилая женщина. Держала пустую бутыль, видимо, собиралась пройти к источнику. Заметно было, что не решается – ступеней-то сколько надо преодолеть. Она так смотрела… Как на преграду. Видимо, тяжело это для неё было.
– Хотите, мы вам воды наберём?
– Ой… Спасибо, ребятки…
Сергей с Вадимом невольно переглянулись – отчего-то улыбка её показалась знакомой.
Они зашагали вниз, ощущая на себе приветливый взгляд…