Напившись, поняла, что тётя Галя куда-то отошла. Попыталась найти её взглядом. А, вон она, стоит с Вадимом и Сергеем.
– Девчонки, а помните, Марьяша нас братцами называла?
– Ага…
– А мы в начальных классах её часто мамой звали.
– Потом уже – Марьяшей.
– Зоя, ты не обижайся. Мы же любя Марию Алексеевну между собой Марьяшей называли. Сама знаешь, какие у некоторых учителей «имена» были.
– Я понимаю, – кивнула Зоя.
– И ребята, какие молодцы, так всё хорошо организовали.
– А Танька только в морге была, заметили?
– Неужели совесть проклюнулась?
– Кто её знает.
– Слушайте, девки, хватит вам. Вы просто сами к Мерцалову неравнодушны, вот и думаете, что у Таньки совесть появилась.
– Ой! А сама-то как по Аболемову сохла.
– Ну… А он, между прочим, меня в кино приглашал.
– И меня.
– И меня.
– И меня…
– Да?
– Да это же он за компанию с Сергеем. Ведь Мерцалов с этой… Таней был.
– Ну да…
– Вот умники!
– Кстати, у Вадима близнецы. И какая-то неземная любовь.
– Ой-ой! Прям!
– Ну да.
– Что, ЭКО?
– Или суррогатство?
– Девчонки, ну что вы.
– Неужели сама родила? Что же так удачно-то у них, звездатых? У всех – мальчик и девочка. Как по заказу.
– И говорят, действительно, по заказу.
– То есть?
– Оплодотворяют много яйцеклеток, выбирают – мальчика и девочку.
– А остальных?
– В унитаз спускают.
– Тьфу! Да ерунда всё.
– Фигня полная.
– С современными технологиями я ничему не удивлюсь.
– А… моральная сторона?
– Пиар важнее моральной стороны.
– Ещё скажи, что зародышей выращивают до возраста, когда пол определить можно.
– Девчонки, ну хватит вам. Слушать тошно. Вот скажите лучше, вы откуда узнали, что у Вадима двойня?
– Катька их видела, когда они к родителям приезжали.
– Вот. Катя их видела. А так, информации – ноль. Охраняет.
– И года два не снимается. Видите, какой семьянин образцовый.
– А что ему сниматься, у них с Сергеем и так всё в шоколаде.
– Ну да, просто так что ли всё это сделали.
– Крутые они у нас.
– Ну да.
– Видите, все к ним подходят.
Зоя почувствовала дурноту. Вадим с Сергеем во многом помогали. И ни разу не повели себя так, будто они крутые.
– И видите, как сегодня? Только поздоровались со всеми и типа – очень заняты.
– Говорю же – крутизна прёт.
Зоя почувствовала, как запершило в горле. Потянулась за стаканом. Спохватилась было, что пила только что, но бокал оказался полон. И видимо, вся гамма чувств отразилась на Зоином лице.
– Вот и я о том же, Зой. Круто.
– Вы совершенно не правы. Вадим с Сергеем…
– Да ладно, Зоя! Отодвинь в сторону свои святые наклонности.
И тут Зоя не выдержала. Не выдержала, несмотря на понимание…
– Это вы прекратите! Лучше уйти, если считаете, что долг вежливости отдан, – голос Зои прозвучал непривычно резко. – Если бы ни Вадим с Сергеем!.. Мама хоть и не могла двигаться, всё понимала. Это они и лекарства привозили, и врачей для консультации. И мама… могла слушать свои любимые стихи! Книги, какие хотела.
Зоя почувствовала, что чьи-то руки мягко легли ей на плечи. А по выражению лиц девчонок, поняла, что это был Вадим.
– Зоя, думаю, нам пора, – он наклонился к ней так, что кроме неё голос Вадима не услышал никто.
Она кивнула.
Поднялась.
Зоя чувствовала неловкость – наверняка Вадим уловил кое-что из разговора одноклассниц. Поэтому, когда уже встретилась с ним взглядом, почувствовала, что потеплели щёки.
– Любезные одноклассницы, зал остаётся в вашем распоряжении, – Вадим взял Зою за руку и легонько сжал пальцы. – До свидания.
Одноклассницы закивали и нестройное «до свидания» донеслось уже вслед.
– Зой, даже не думай об этом.
– Вадим…
– Всё. Забыли. Собаки лают, караван идёт.
Из ресторана вышли с Сергеем и тётей Галей. И пошли к дому – ресторан был недалеко, а пройтись было кстати.
Мама Сергея взяла Зою под руку.
– Тётя Галя, вы не оставайтесь со мной, – Зое неудобно было, что мама Сергея все дни не отлучалась от неё. – Всё нормально.
– Зоенька, мне не сложно.
– Я нормально, тёть Галь.
– Ну… хорошо, Зой.
– Спасибо за всё.
Тётя Галя кивнула. Она понимала, что Зое надо попытаться начать принимать новую жизнь.
Сергей с Вадимом проводили их до подъезда.
На прощание напомнили, что как и прежде, Зоя может обращаться к каждому из них в любое время суток.
Она кивнула и прошептала едва слышно:
– Спасибо…
Слёзы вновь смазали окружающее…
…Попрощавшись с тётей Галей, закрыла дверь.
Туманность так и плыла перед глазами.
Прошла к маминой комнате. Хорошо, что дверь открыта…
Сначала подошла к столу. Вот несколько томиков со стихами.
А это аудиокниги. Вот такие, в обложках…
Осторожно посмотрела на пустой диван. Все дни старалась не смотреть – боялась непривычной пустоты. Но от действительности не уйдёшь.
Зоя опустилась на пол, вытянула руку, облокотилась и положила голову.
– Мамочка моя… Но почему же так? Нулевое окончание… Пустота, она больнее всего…