Бобби сверкнул на меня глазами.
— Кто из нас руководит отделом, ты или я? По-моему, я не обязан отчитываться перед тобой, Вики.
Его исступленная ярость буквально потрясла меня. Я поняла, что он прибыл сюда не по своей воле. Я задумчиво смотрела на Сериз. В чем дело? Почему Сериз, точнее ее смерть, подняла на ноги чикагскую полицию?
— Где ее нашли? — резко спросила я.
— На строительном участке, недалеко от Нейви-Пиер. Ночной сторож обнаружил ее в шахте лифта, когда совершал обход. И сразу позвонил в полицию. Смерть наступила незадолго до этого, — сказал Мак-Гоннигал.
— А, так это там, где строятся башни Рапелек? А что заставило сторожа заглянуть в шахту?
Мак-Гоннигал пожал плечами:
— Видишь ли, так иногда бывает. А вот почему она там оказалась, этого мы, возможно, никогда не узнаем. Место для убийства, разумеется, превосходное, но зачем ее туда понесло?
— Ну хорошо, что же все-таки заставило вас вспомнить обо мне?
Бобби кивнул Фери, тот вытащил пластиковый пакет, а оттуда — квадратик, тоже завернутый в пластик. В левом углу моя фотография; на ней я похожа на помешанную, как на снимке, сделанном нынче утром.
— Ага, — задумчиво произнесла я, — похоже, это мои водительские права.
— Ладно, Вики, хватит ходить вокруг да около, — с яростью сказал Мэллори. — Ты знаешь эту девушку? Да или нет?
Я нехотя кивнула. Как и Бобби, я не очень люблю делиться информацией. Особенно если меня к этому принуждают.
— Ее зовут Сериз Рамсей.
— Как к ней попали твои водительские права?
— Она их стащила у меня вчера утром.
— Ты сообщила в полицию?
Я покачала головой. Бобби хлопнул ладонью по краю каталки так, что вокруг все задребезжало.
— Почему, черт побери?
Я наконец подняла на него глаза:
— Потому что думала… что это работа Элины.
Гнев его сразу угас. Он обернулся к Фери и Мак-Гоннигалу:
— Подождите меня в машине, ребята!
Они вышли, а он снова повернулся ко мне.
— Ладно, Вики, — в голосе его появились отеческие нотки, — расскажи все, с начала до конца, не только то, что, как ты полагаешь, я и сам могу узнать. Тони сказал бы то же самое, верно?
Да, это правда. Только я уже слишком стара, чтобы делать то, что велит мне отец. С другой стороны, кого я защищаю? Почему бы не рассказать ему то немногое, что мне известно о Сериз? Конечно, не в окружении трупов.
Служитель проводил нас в крошечную комнатенку, где обычно медики перекусывают между вскрытиями. Там я рассказала Бобби все о Сериз, включая Кэттерин и Церлину.
— Если нужно, я могу подписать все бумаги. У ее матери больное сердце, вряд ли стоит ее беспокоить.
Бобби кивнул.
— Хорошо. А теперь выкладывай, что ты делала на Одиннадцатой улице, почему так занервничал Роланд Монтгомери?
Он проделал это очень искусно — небрежно и почти незаметно сменил тему. Но меня-то не проведешь.
— Я и сама не могу понять, — серьезно ответила я. — А что?
— Он сегодня весь кипел от гнева, явился ко мне и потребовал, чтобы тебя забрали, если ты еще раз появишься вблизи «Копьев Индианы».
Бобби говорил нарочито нейтральным тоном, он не осуждал и не принуждал, просто сообщал информацию, давал понять, что не сможет меня защитить от таких влиятельных людей. И в то же время намекал, что, подскажи я ему, в чем тут дело, почему «Копья Индианы» стали такой горячей темой сразу после пожара, тогда… К сожалению, — я ничем не могла ему помочь. Но он этого не понял. И опять разозлился. Ему почему-то казалось, что я все делаю из упрямства, только бы ему насолить. Он называл это синдромом бунтующего подростка и ждал, когда я это перерасту, как переросли шестеро его детей.
В два ночи, после сумасшедшей и безмолвной гонки по пустынным улицам, Фери доставил меня домой. Я не делала попыток к примирению ведь я же не виновата, что он увидел меня с Робином. И вообще, я не Дездемона, и все это больше похоже на фарс, чем на трагедию.
Я вошла в подъезд и подождала за дверью, пока он уедет. Мой «шеви» стоял напротив, через улицу. Я села за руль, развернулась и поехала пустыми улицами по направлению к Нейви-Пиер.
Строительный комплекс Рапелек — это, я вам скажу, настоящий монстр. Он, конечно, расположен не на самой Нейви-Пиер: здесь пока строительство не разрешено — члены городского управления никак не могут решить, как поделить этот лакомый кусок. Фактически участок находится на Лейк-Шор-Драйв и лишь обращен к улице Нейви-Пиер с ее складами-развалюхами и служебными помещениями. Теперь вдруг она неожиданно превратилась в предмет вожделений для строителей и будущих домовладельцев.