— Спи, родная... Ты самое прекрасное, что могло случиться в моей проклятой жизни.
Но сказав это, испугался, что взболтнул лишнего и вызову вопросы. В ответ услышал тихое сопение. Вновь улыбнулся, прижимая Женю к себе с такой заботой и любовью, на какую ещё никогда не был способен.
Ты — моя! Ты сама сказала... Значит, ни за что не отпущу! Не отдам! Тем более ему!
Глава 15
ЕВГЕНИЯ
Из сонной неги мягко, но настойчиво выводили нежные и тёплые ладони. Нехотя перевернулась на бок и край нашего общего покрывала соскользнул с бедра. Движение ближе. Дорожка поцелуев от уха к плечу. Властная рука прошлась по бедру и нырнула глубже. Спину обжигало крепкое мужское тело, а между ягодиц терся его утренний подъем. Под ложечкой засосало, мгновенно вспомнив сегодняшнюю ночь. Губы до сих пор горели от поцелуев, а между ног сладко саднило. Чёрт, ненасытная, неужели я снова его хочу?
Пальцы настойчиво врезались в плоть, начав феерическое вращение.
— А-Андрей, — выдохнула его имя со стоном.
— Доброе утро... Моя королева, — толика насмешки в голосе и поцелуй за ухом.
Господи... Его руки... Пальцы... Как они умеют!
Судорожно свела бёдра и пискнула в подушку. Тысяча искр в голове пульсировали от нагнетающих движений между ног, сильнее и туже скручивая пружину напряжения внизу живота. Вторая рука подлезла к шее, взяв в плен. Мужчина развернул меня, уложив спиной на себя. Преступные пальцы настойчивее добывали из меня нужный эффект, а я, неистово желая этого, буквально насаживалась на них, широко раздвинув бёдра и ёрзая попой по его члену вверх-вниз.
— Детка, по утрам только ты царица... Не шали, — зарычал он, но я мстительно продолжала. — Блядь...
Сиплость его голоса и желание подстрекали мой оргазм всё сильнее. Застонала громче и ярче. Поймала губами пальцы его второй руки и сладко присосала, продолжая работать бедрами внизу.
— Блядь... Маленькая негодница, — почти простонал он и резко перевернул меня обратно на живот. Чудодейственные пальцы ушли с моего клитора. Едва успела разочароваться, решив, что осталась без обещанной муки, как он тут же заполнил меня собой.
Утопила вскрик восхищения в подушке. Андрей явно мстил мне за мою дерзкую игру с ним, потому что в этот раз не позволил привыкнуть к себе. Твёрдая и горячая плоть растянула меня до предела, проникая на впечатляющую и сладкую глубину. В глазах чуть поплыло от наслаждения, и я стиснула в ладонях простынь, тщетно ища у неё поддержки. Интенсивные и размашистые хлопки его бёдер о мою попку заполнили спальню. Стыдно, порочно и до безумия возбуждающе.
Пружина внутри меня сорвалась, мучительно разливаясь по всей нижней части тела. Взвыла в перину подушки, чувствуя судорожный танец в бёдрах и ногах, подбадриваемый парой его шлепков по ягодице. Я бы возмутилась, но место шлепка он тут же покрыл нежными и сочными поцелуями.
Не успела отойти от первого оргазма, как следом нахлынул следующий, когда его пальцы вернулись к возбуждённой плоти на пару с языком.
— Ты меня убьёшь, — в эйфорическом шоке задохнулась я, окончательно теряясь от широкой гаммы его ласк.
— Как убью, так и воскрешу, — довольно рыкнул он, не прекращая своё тёмное дело. — Лежи там и кайфуй молча... Можешь покричать, но не сильно, детей разбудишь.
Хотела уже рассмеяться тому, как он лихо переходит с пошлых словечек к обычным домашним любезностям, но этот паразит не позволил, вновь растянув меня собой.
Теперь лёжа на спине, я могла видеть, как он возвышается надо мной и как неприлично красив и мужествен. Господи, и как я могла столько времени это игнорировать? Он двигался во мне, погружаясь глубоко, методично и размеренно, задевая и пробуждая собой каждый миллиметр внутри меня. Раздражая и нагнетая новую волну, но в этот раз утяжеляя и умножая её собой.
Видела, как сладкая мука искажает и напрягает его лицо и мышцы на теле. Капли пота змейками струились по сильному загорелому торсу, а звуки нашего слияния будоражили каждый нейрон в голове. Изогнулась под ним в дугу, вновь судорожно и болезненно кончая. Но он не дал пережить мне это чувство спокойно, так как сам был близок к такому же эффекту. Хлопки стали чаще и яростнее, а я всем своим видом болела за него.
— Детка... Блядь, как хорошо, — Андрей застонал, мучительно изливаясь. Чувствовала его взрыв внутри себя и получала очередную и необычную дозу кайфа.
Мне нравилось всё, что он делал со мной. Нравились слова, что шептал. Нравилось наблюдать, как возбуждаю его. Да, я и правда была его царицей, но и он раб с королевской выправкой и умением.
Андрей покинул мою спальню первым, не желая компрометировать меня перед домашними, хотя мне впервые было плевать. Я вчера сказала ему «да» и не намерена отказываться от своих слов. Тем более принадлежать ему оказалось так приятно и оживляюще.