Он ушёл? Просто так взял и бросил? И что мне теперь делать? Как быть без него? Как умереть и не чувствовать снова эту чудовищную боль?
Сделала шажок, но ноги больше не подчинялись, а тошнота подступила к горлу. Он не вернётся. Моя любовь вновь предала меня, оставив одну в этих осколках. Рухнула на асфальт, больше не в состоянии держаться и укреплять свой дух. Всё бесполезно. Мою душу расстреляли и выбросили за ненадобностью. А тело? Тело лишь субстанция. Никому не нужная субстанция.
Видимо отключилась. Осенний холод пробирал до кости, но я надеялась, что это смерть сжалилась и пришла за мной.
– Женя?! Женечка, что с тобой? Почему ты здесь? – голос Андрея где-то на периферии между сознанием и туманом в голове. Сильные руки подняли, крепко прижав к себе. Холод в моём мертвом теле дрогнул. – Милая, что с тобой? Ну ответь же. Не молчи! – нежные и заботливые руки гладили по волосам и касались лица. – Жень!
В серость сознания проникли его глаза, подобно дефибриллятору по сердечной мышце. Мизерная, но реанимация.
– Кто смел обидеть, мою девочку? – звучало хоть и ласково, но я знала — за этими словами настоящая опасность для моего обидчика.
Посмотрела в синие глаза и подобно маленькой девочке заревела уже навзрыд. Обняла мужчину за шею и не смогла выпустить из своих объятий, приговаривая:
– Только ты не уходи... Не уходи, пожалуйста!
Андрей обнял в ответ, забрав в свой надёжный омут и, ласково скользил ладонями по волосам, пылко заверяя:
– Я здесь... Тише. Не уйду. Ни за что и никогда не уйду. Тише, милая!
Тема 1
Следующие дни без любимого Льва полностью выпали из моей жизни. Я плохо реагировала на детей, друзей и домочадцев. Несколько раз пыталась связаться с бывшим, но мои звонки и сообщения игнорировались. Няня покинула дом в ту же ночь и даже не пришла за расчётом. И правда, зачем? У неё теперь есть мой Лёва.
Дважды ездила в его старую квартиру, но за дверью царила тишина. За вещами приехал Альберт, чем ещё больше раздосадовал меня. Я до сих пор в замешательстве о причинах его предательства, а бывший решил трусливо прятаться от объяснений.
– Женя, клянусь, я полностью его НЕ поддерживаю...— неуверенно вещал Алик.
– Но выполняешь поручения? – совестливо скривилась в ответ.
– Вы оба мне дороги, – виновато развел руками мужчина.
– Он с ней? Живёт у няньки? – спросила я, а горло наполнил раскалённый свинец.
– Я не знаю. Он заберёт всё у меня с работы.
– Да? Отлично, – ухватилась я за первую зацепку. – Тогда поехали вместе. Мне нужно ещё раз заглянуть в его лживые глаза.
– Жень, я не знаю, когда именно он заедет за вещами. Он просил просто поохранять их.
В досаде пнула стоящий рядом стул.
– У меня начало складываться ощущение, что Лев скрывается от меня, – гневно посмотрела на нашего общего друга. – Дети тоже больше не входят в его планы?
– Женёк, я уверен ему очень стыдно за произошедшее. Дайте друг другу время.
– Какое к чёрту время? – я расходилась всё больше и больше. – Он затащил в нашу постель бабу. Трахал на моих любимых простынях! Понимаешь? Это натуральная измена!
– Жень, в любых отношениях возникают проблемы, – Алик кажется уменьшался в размере с каждой фразой, но держал строй.
– Проблемы? Проблемы решают совместно или со психологом, а не тащат в постель кого попало, с нерушимостью в голосе заявляя, что мы перегорели.
Наумов кивнул, опустив голову, словно это он накосячил, а не его друг.
Дети требовали отца. Особенно Костя. Девятилетний мальчишка довольно сильно проникся к своему родителю и не желал принимать от меня разнообразные объяснения и обещания. Маша просто канючила, постоянно вопрошая, когда папочка вернётся или когда мы ему позвоним. И я бы позвонила, но куда, мать вашу?! Сходила с ума от негодования. Ну ладно я, а дети в чём виноваты?!
Подруги всячески поддерживали меня и костерили Льва на чём свет стоял, кроме одной Есении. Да, конечно же, он ведь её лучший друг.
– Милая, давай я заберу Костю с Машей к нам? – предложила девушка. – Они так любят общаться с Арсенией и Игорем. А ты пока отвлекись. Приди в себя.
– Хорошая идея, – ввернула Тоня, жуя огромный сэндвич. – Гульни. Ты отныне свободная женщина.
Подруги мгновенно осуждающе покосились на толстушку.
– Что?! Им значит можно, а нам нельзя?! Пусть сходит крутанёт задом в клубе, подцепит кого-нибудь или, на худой конец, вон солдафона своего окрути. Не плохой экземпляр для мести.