— Что же ты забрала из хижины Момби, Цветочек? — прошептал он.
Пролистывая каждую книгу, он не находил ничего удивительного. Заклинания темной магии для того, зелья темной магии для сего. Но тут его взгляд упал на сумку Озмы, лежащую в фургоне. Она словно звала его. Не стоит. Стоит. Торопливыми движениями он расстегнул клапан и вытащил несколько записок. Заклинания… А потом записка, написанная от руки.
Украсть ребенка, растущего в утробе Лурлины.
Использовать магию, чтобы изменить личность ребенка.
Найти серебряные туфельки, чтобы выкачивать магию из ребенка.
Создать бессмертие.
— Что за чертовщина? — прошептал он. Речь шла о Типе… об Озме? Какая личность была настоящей? И кто такая Лурлина? Туфельки и бессмертие наверняка относились к Волшебнику, как Озма и объясняла раньше. Изменение личности ребенка объясняло и то, как Тип стал Озмой.
— Что ты делаешь? — спросила Озма. Она стояла в дверях с охапкой одеял, широко раскрытыми глазами глядя на записку в руках Джека.
Джек повернул бумагу так, чтобы она могла видеть текст.
— Почему это у тебя?
— На… на случай, если это поможет уничтожить Волшебника.
Лгунья. Или, если не ложь, то она явно что-то утаивала.
— Кто этот ребенок?
Озма запрыгнула в фургон, бросила одеяла и быстро выхватила записку и страницы с заклинаниями из рук Джека.
— Откуда мне знать? К тому же, не вежливо рыться в чужих вещах.
Джек молча наблюдал, как она прячет страницу обратно в сумку.
— Нам пора спать.
— Верно, — осторожно сказал он. — Спать.
Этой ночью он ни за что не смог бы отключить мозг, но тело умоляло его попробовать. Поэтому он последовал за Озмой обратно в хижину и устроился перед камином, чтобы она снова могла занять его комнату.
Тип.
Озма.
Момби и Волшебник…
Он мысленно пытался собрать пазл, пока веки не стали невыносимо тяжелыми. Ни одна деталь не подходила — пока что. Но он не перестанет пытаться, пока они не сойдутся.
Сон ничуть не стер безумные мысли, роившиеся в голове Джека. Он надеялся, что утро вернет ему рассудок. Надеялся, что странные идеи в его голове — лишь следствие истощения после битвы с Момби. Озма была Типом. Она не могла им быть… но она была. Он был почти уверен. Если бы он только мог заставить её признаться…
Джек сидел на шатком стуле и наблюдал, как Озма перебирает его скудные полки в поисках чего-то, кроме домашнего эля, складывая всё съестное в мешок для путешествия в Оркланд. Она двигалась иначе, чем Тип. Плавнее и менее неуклюже. И ей не нужно было вставать на цыпочки, чтобы дотянуться до верхних полок. Могла ли Момби изменить рост фейри? Он нахмурился. Если она могла изменить в человеке всё остальное, стоило ли вообще задаваться этим вопросом?
— Если бы я не знала тебя лучше, я бы сказала, что ты горький пьяница. — Озма повернулась к нему и замерла. — Что это за взгляд?
Джек забарабанил пальцами по столу.
— Если бы ты не знала лучше?
Она должна была знать. Лучше, чем кто-либо другой.
— Я тебя не осуждаю. Жизнь с Момби практически требовала затуманенного разума, — сказала она, пожав плечами.
— Но с чего бы тебе знать «лучше»? Почему бы тебе не предположить, что я и есть пьяница?
Озма не могла знать, пьет он раз в год или каждую ночь, если она была в зеркале Момби. Тип знал бы, что Джек пил только в по-настоящему тяжелые дни, но это уже не совсем соответствовало истине. Каждый день был тяжелым с тех пор, как Тип умер.
Или не умер.
Был ли Тип заперт в теле Озмы, или это была её истинная форма? Любое проклятие, наложенное Момби, должно было разрушиться с её смертью. Если только не использовалась темная магия… Так был ли Тип всегда Озмой? В записке говорилось об изменении личности ребенка, значит, младенец должен был родиться Озмой. Он закусил губу.
Какая же это выносиловка мозга.
— Я не понимаю. — Озма нахмурилась. — Ты пытаешься сказать мне, что ты действительно пьяница? Прости, но в этом путешествии тебе нужна ясная голова. Все бутылки остаются здесь.
Джек подавил разочарованный крик. Неужели она настолько хорошая актриса? Он и так знал, что она лгунья, но это уже за гранью. Почему бы ей не сказать ему, если она была Типом?
Потому что она застукала тебя с членом в ком-то другом.