Челюсть Гейджа сжалась.
— Нет.
— Гейдж, выйди!
— Нет, Веда, — выплюнул он, указывая на спортивную сумку на кровати рядом с ней. — Я вижу, твои друзья были достаточно любезны, чтобы собрать для тебя сумку, поскольку ты останешься у меня на время своего выздоровления.
— Я остаюсь с Линком, — сказала Веда.
Гейдж вздрогнул, как будто она выстрелила в него.
Глаза Джейка расширились, когда он перевел свой смущенный взгляд с Веды на Гейджа и обратно, словно готовясь к взрыву, который, как он знал, был на горизонте, но понятия не имел, с какой стороны.
Веда глубоко вздохнула, увидев уязвленное выражение в глазах Гейджа.
— Я уверена, что твоя новая подружка, Стефани, будет в восторге, узнав, что ей не придется беспокоиться о том, чтобы делить особняк с любовницей своего парня.
— У нас со Стефани все кончено, Веда. Я ушел от нее в тот момент, когда... — Гейдж сделал паузу и посмотрел на Джейка, похоже, осознав, что разбалтывает свои личные дела и дела двух своих врачей перед самым большим сплетником больницы. — Можно нам, уединиться, пожалуйста?
— Нет, — закричала Веда.
Глаза Гейджа метнулись к ней. Сначала в них вспыхнул гнев, но он мгновенно исчез, сменившись раскаленным добела отчаянием.
— Детка, как только я получил твое голосовое сообщение, я порвал со Стефани, понимаешь? Я бросил все и помчался к тебе домой, но к тому времени, как я добрался, тебя уже не было, — запнулся он, изучая ее, как научную книгу, затем настала его очередь обвиняюще заговорить с ней, сменив позу с мягким взглядом. — Линкольн Хилл забрался к тебе в голову и убедил тебя, что это сделал я? — в его голосе появилась боль, брюки натянулись, когда он засунул руки в карманы. — Я бы никогда так с тобой не поступил, Веда. Я верил, что ты знаешь это, лучше всех остальных во всем мире.
Глаза Веды сузились.
Тишина.
Хоуп и Джейк стояли, уставившись в пол, как будто оба молились, чтобы им каким-то образом удалось растопить линолеум своими неловкими взглядами и выскользнуть из комнаты.
Когда молчание затянулось слишком надолго, что-то в Гейдже разбилось вдребезги.
— Веда, я бы никогда не навредил тебе. Я никогда не причинил бы боль своему ребенку.
— Твоему ребенку? — произнесла Веда.
Гейдж запнулся.
— Да. Моему ребенку. Нашему ребенку.
Казалось, он пытался подобрать правильные слова, какие бы то ни было, чтобы стереть боль, которую он видел в ее глазах.
Веда сжала губы, когда почувствовала, что у нее начинают стучать зубы. Было так много ядовитых слов, которые она хотела извергнуть в его адрес прямо сейчас, но ни одно из них не казалось таким смертоносным, как ей хотелось в тот момент. Поэтому, вместо того чтобы заговорить, она потянулась к прикроватному столику и схватила свой сотовый телефон. Она постучала по экрану дрожащими пальцами, прекрасно понимая, что все взгляды в комнате устремлены на нее.
— Мой телефон вчера весь день был уликой, — ее голос стал высоким и дрожащим. — Но Линку удалось вернуть его сегодня утром, и я, наконец, получила возможность прослушать все голосовые сообщения, которые ты оставил...
Лицо Гейджа вытянулось. Он что-то бормотал, явно пытаясь оправдаться за действия, которые она еще не объяснила, но его голос прервался, когда она нашла то, что искала, в своем телефоне и включила громкую связь. Заиграло голосовое сообщение, которое он оставил накануне вечером, и он, съежившись, закрыл глаза, когда его голос, разъяренный с самого первого слова, зазвучал в трубке.
— Веда. Я здесь. Ты ― нет.
— Веда, — взмолился Гейдж, стараясь перекричать звук собственного рассерженного голоса. — Я думал, ты меня бросила. Я думал, ты издеваешься надо мной...
Веда прибавила громкость, оборвав его на полуслове.
— Очевидно, тебе нравится сознавать, что ты можешь играть на мне, как на скрипке. Очевидно, что ничто не доставляет тебе большего удовольствия, чем трахать мое сердце... Черт возьми, ты психопатка. Да поможет Бог этому ребенку. Да поможет Бог любому ребенку, которому в конечном итоге ты станешь матерью.
Оба, и Джейк, и Хоуп съежились, глядя на телефон, с каждым новым словом выражение их лиц становилось все более страдальческим.
— Я ненавижу тебя. Я ненавижу тебя, Веда. Пока не родится этот ребенок… если у тебя вообще будет ребенок.
Джейк зашипел.
Гейдж уронил лицо в свои руки.
— ...если он даже мой...
Верхняя губа Хоуп приподнялась, когда она искоса посмотрела на Гейджа.
— ...держись от меня подальше, черт возьми. Просто... держись от меня подальше, Веда.
Телефон Веды издал звуковой сигнал, показывая, что сообщение подошло к концу. Телефон задрожал в ее руке, выдавая ее эмоции, прежде чем она уронила его на кровать рядом с собой.
— Ты ненавидишь меня? — повторила она слова его послания, каждое из которых было пронизано болью. — Ты ненавидишь меня? Да поможет Бог этому ребенку, если он даже твой?
Гейдж упер обе руки в бока и закрыл глаза, его грудь вздымалась в десять раз быстрее.
Веда продолжала повторять его послание, слово в слово, с каждым последующим ее голос повышался.
— Ты хочешь, чтобы я держалась от тебя подальше, Гейдж? Что ж, ты добился своего. Убирайся из моей палаты.
— Веда, мне так жаль...
— Убирайся к чертовой матери.
На этот раз ее требование было достаточно громким, чтобы потрескалась штукатурка на стенах. Достаточно громким, чтобы заставить нескольких сотрудников, проходивших мимо по коридору, прекратить все, что они делали, и заглянуть в палату, проверяя, все ли в порядке. Вида Веды и Гейджа внутри было достаточно, чтобы взволновать любопытную медсестру, заглянувшую внутрь, которая широко раскрыла глаза, глядя на кого-то еще в коридоре, как бы говоря: «Сейчас начнется».
Гейдж запнулся, глядя на Веду: умоляющие глаза, опущенные губы, слишком сильно сжатые, чтобы говорить. Он попытался подойти ближе, но Джейк шагнул вперед, заставив Гейджа остановиться и посмотреть на него. Все, что сделал Джейк, это тихо покачал головой, и Гейдж с горькой усмешкой отвернулся, проведя дрожащими пальцами по подбородку.
— Пошел вон! — закричала Веда.
На этот раз Гейдж прислушался к ее словам, хотя все в его глазах кричало о том, что у него еще есть силы бороться. Вспышка недоверия промелькнула в его глазах, прежде чем он отвернулся от кровати с тяжелым вздохом, плечи поникли, когда он медленно направился к двери. Оказавшись там, он снова остановился, хлопнув рукой по дверному косяку и сжав его с такой силой, что чуть не согнул раму, когда оглянулся через плечо.
Они с Ведой снова встретились взглядами, и что бы он в них ни увидел, его собственные наполнились влагой. Тихий вздох сорвался с его губ, прежде чем он оттолкнулся от дверного косяка и исчез за углом.
В тот момент, когда он вышел, каждая грудь в комнате высоко поднялась: Веда, Джейк и даже Хоуп сделали свой первый настоящий вдох за последние несколько минут.
Глава 9
Веда отделалась от больницы, но не от своих безумных мыслей. Ее сердце колотилось сильнее, чем она когда-либо предполагала, что оно на это способно. Она вышла из пикапа Линка, который он только что припарковал в гараже своего многоквартирного дома, и провела липкими ладонями по джинсам и свитеру. Схватив с пола машины свою огромную спортивную сумку, она повесила ее на предплечье, такую тяжелую, что ей пришлось держать ее обеими руками. Она захлопнула дверцу со стороны пассажира задом, каждый сантиметр ее тела гудел, трепетал и болел.
Жизнь с Линком. Она понятия не имела, чего ожидать. Храпел ли он? Он казался ей храпуном. Вероятно, к тому же громким. От такого храпа могло треснуть стекло. Был ли он помешан на чистоте или был полным неряхой? Она не могла решить, что было бы хуже. Был ли он одним из тех мужчин, которые оставляют мокрые полотенца по всему полу в ванной? Ожидал ли он, что она уберет их или, что еще хуже, будет ли он ожидать, что она будет готовить в обмен на разрешение оставаться у него?