Гейдж отвел взгляд, а затем снова наклонился вперед, ручка выпала из его рук, и он впился ногтями в дерево. Он посмотрел на восходящее солнце, которое теперь направляло луч света прямо на него. Гейдж вглядывался в него, позволяя свету обжечь его радужки, надеясь, что каким-то образом сможет вдохнуть в себя немного этого света, чтобы рассеять тени, которые копились в нем неделями.
― Моя семья... ― Гейдж замолчал, прикрыв рот рукой, а затем снова перевел взгляд на Линка. ― Они сказали, что были на ужине в тот вечер, когда Веду столкнули с лестницы. Сказали, что они не имеют к этому никакого отношения.
― Я знаю это. Их алиби подтверждено, и они больше не являются подозреваемыми.
Гейдж заскрежетал зубами.
― Я не верю им.
Брови Линка поползли вверх, и он снова повернулся к Гейджу.
Ноздри Гейджа раздулись, когда он скосил на него глаза.
― Думаю, ты тем более.
Не в силах отказаться от приглашения, которое он только что получил, Линк бросился вперед с головой.
― Твоя семья ― это сборище профессиональных лжецов, у которых достаточно денег, чтобы заплатить нужным людям за то, чтобы они держали эту ложь в секрете. Они ничем не отличаются от Аль Капоне или Берни Мэдоффа. Их место в тюрьме. Конечно, я им ни хрена не верю, но их ложь и деньги послали меня биться головой прямиком в кирпичную стену, как они всегда и делают. Мы закончили?
― Что, если я помогу тебе разоблачить их? ― голос Гейджа повысился, когда Линк снова взялся за дверную ручку.
Линк вздрогнул, а затем, прищурившись, стал изучать Гейджа краем глаза.
Гейдж облизнул губы.
― Я не верю, что они столкнули Веду. Я не верю, что они убили моего ребенка. Но верю, что они знают, кто это сделал. И с меня хватит... ― его голос прервался, и он закрыл глаза, на мгновение задержавшись, прежде чем снова посмотреть на Линка, чувствуя, как жар застилает ему глаза. ― С меня хватит.
Линк казался невозмутимым, но Гейдж видел, что ему стоило больших усилий, в основном из-за комка, подступившего к горлу.
― О чем ты говоришь, Блэкуотер?
― Годами ты преследовал моего отца. Обвиняя его в том, что он как-то причастен к тому, что случилось с твоей женой. Намекая, что это было нечестной игрой, потому что она пропала на одном из наших круизных лайнеров...
Гейдж увидел, что маска, которую Линк пытался сохранить, рухнула в одно мгновение, и что он больше не в состоянии скрывать свои истинные эмоции, свою ахиллесову пяту, которую, как давно поняли все в городе, могли пробудить только мысли о его пропавшей жене.
― Что, если… Что, если бы я мог убедить своего отца дать мне должность в круизной компании... и использовать ее, чтобы помочь тебе получать информацию?
― Я тебе не доверяю.
Линк съежился, одно упоминание о его пропавшей жене не оставляло места для любезностей.
― И никогда не буду.
― Я предлагаю возможность, которой у тебя, в противном случае, никогда не будет. Возможность иметь глаза и уши внутри компании. Получить в свои руки информацию, которую ты никогда не увидишь без ордера. Я уверен, ты заметил, как трудно добраться до тех, кто причастен к этому. Я мог бы прямо сейчас составить список всех судей и окружных прокуроров, которые работают на моего отца, и это было бы только начало. Ты даже представить себе не можешь, сколько у него людей на этом острове. Людей, которые умрут, не успев заговорить. Людей, на которых тебе и в голову не придет взглянуть без моей помощи.
Гейдж сделал паузу, когда стало ясно, что Линку нужно услышать это без обиняков.
― Я предлагаю стать твоим конфиденциальным информатором.
― Почему?
Гейдж опустил голову и на мгновение задумался, медленно качая головой.
― Я мог закрыть глаза на то, что они портили жизнь другим людям. Я не горжусь этим... но я мог обманывать себя, полагая, что они где-то в глубине были хорошими людьми. Хорошими людьми, которые работали в интересах семьи единственным известным им способом. Но никто...
Гейдж сжал руки в кулаки.
― Никто, причинив ей вред, не уйдет без последствий, даже они.
― Ты уже много лет добиваешься места в круизной компании, а твой отец все еще не сдается. Почему ты думаешь, что теперь он согласится?
Гейдж сглотнул.
― Когда ты допрашивал меня по делу Веды, когда ты объявил меня подозреваемым, я немедленно отправился к своим родителям и потребовал рассказать, что произошло. Они отрицали свою причастность. Я притворился, что поверил в их бред, а потом сказал им, что ты будешь там, чтобы допросить их в следующий раз. Я сказал им, чтобы они подготовили своих лучших адвокатов, потому что ты придешь с оружием в руках. Я рассказал им о каждом вопросе, который ты мне задал в больнице.
― Итак, ты вступил в сговор против полицейского управления, предупредив своих родителей. И это должно заставить меня доверять?
― Ты не понимаешь. Я предупредил их, чтобы завоевать их доверие и доказать свою преданность. Если бы они поверили, что я питаю к ним хоть каплю подозрения или неприязни, о работе в круизной компании не могло бы быть и речи. Но на данный момент они считают, что я виню Веду в случившемся. Что я никогда не прощу ее за то, что она разрушила нашу помолвку, скрыла от меня свою беременность и потеряла нашего ребенка, когда я мог бы быть рядом и защитить ее. Они верят, что я презираю ее... и так и должно быть, если я когда-нибудь собираюсь убедить их принять меня в круизную компанию. Я буду убеждать их, что никогда не прощу ее, заставлю их нанять меня и буду работать твоим тайным осведомителем изнутри.
Линк усмехнулся, его взгляд скользнул к солнечному лучу, пробивавшемуся сквозь окно. Он тоже уставился прямо на него, заставив Гейджа задуматься, не делает ли он в точности то же самое, что пытался сделать минуту назад. Пролить немного этого света в самые глубокие, темные закоулки его души.
Гейдж практически видел тот момент, когда Линк понял, что свет не достигнет его самых сокровенных глубин. Момент, когда он понял, что ничего не достигнет. До тех пор, пока он не нашел способ заделать дыру, которая разверзлась внутри него пять лет назад.
― Почему я должен верить, что ты не играешь со мной так же, как, по твоим словам, играешь с ними?
Взгляд Линка метнулся к Гейджу, и под лучами солнца его зелень его глаз стала еще ярче.
― Почему я должен верить, что ты сделаешь это для меня?
Настала очередь Гейджа усмехнуться.
― Я делаю это не для тебя.
Линк повернулся к двери.
― Прости, если я не слишком воодушевлен. Сосредоточься на том, чтобы убедить своего отца дать тебе эту работу, и, возможно, нам будет о чем поговорить.
― Я хочу ее увидеть, ― крикнул Гейдж, когда Линк повернул ручку двери.
― Я думал, план состоял в том, чтобы вести себя так, будто ты ее презираешь? Не уверен, что навестить ее у меня дома ― лучший способ для начала.
― Мои родители не имеют дел ни с кем в твоем доме, так что до них никогда не дойдет слух о том, что я там был. Если все получится, ты прав. Мне придется устроить шоу, из-за которого я не смогу с ней видеться. Поэтому я должен увидеть ее сейчас. Я должен увидеть ее в последний раз...
Линк опустил голову. Он смотрел на свою руку, лежащую на дверной ручке, как будто был готов уйти, не дождавшись ответа. Он обратился к двери.
― Она не хочет тебя видеть, мужик.
― Я знаю.
Гейдж глубоко вздохнул, когда этот факт заставил его сердце сжаться.
― Но она слушает тебя.
Линк бросил на него взгляд через плечо.
Гейдж пожал плечами.
― И все это пройдет намного легче, если я буду знать, что мне есть за что бороться.
Линк изучал его через плечо, воцарилось долгое молчание, пока воздух не наполнился только тяжелым дыханием, вырывавшимся из их быстро вздымающихся и опадающих грудных клеток.