— Перемены — это заноза в заднице. — Саша не стала приукрашивать. — Но бороться с ним бесполезно.
Бриа рассмеялась.
— Точно.
Саша заерзала на стуле. Стены медиа-зала словно сомкнулись вокруг нее, и она откашлялась. Бриа вела себя очень мило, и до сих пор Лукас придерживался принципа «не говори, пока не попросят». Это был не отвлекающий маневр, который был нужен Саше. Не слишком дальновидно. Она могла сидеть, кивать головой и делать вид, что слышит каждое слово Брии, в то время как ее мысли неизбежно возвращались к Эвану. Несмотря на его явное отвращение к ее клыкам у его горла, Саша жаждала еще одного укуса. Все в нем должно было ее отвратить. Ее должно было тошнить от него. Невкусный. Отвратительный. Его зловоние, вкус должны были оттолкнуть ее. Вместо этого, ей хотелось вдохнуть его пьянящий мускус. И она жаждала его крови, как наркоманы жаждут следующей дозы. За две встречи ему удалось ее погубить. Он доставил ей удовольствие. Оскорбил ее. Возбудил ее. И причинил ей боль. Это показывало, как мало гордости было у Саши, что единственное, о чем она могла думать, это как она сможет найти его снова.
— Эй. — Саша подняла взгляд и сосредоточилась на обеспокоенном лице Брии. — Ты в порядке, Саша? Ты выглядишь немного озабоченной.
Это еще мягко сказано.
— Знаю, что это грубо, и это сделает меня ужасной хозяйкой, но я действительно чувствую себя не очень. Мне нужно выбраться отсюда, Брия. — Если бы она хоть на секунду подумала об Эване, то сошла бы с ума. — Мне очень жаль, Лукас. Я могу принять приглашение как-нибудь в другой раз?
Брия нахмурилась, но не стала настаивать, чтобы Саша рассказала о том, что ее так взволновало.
— Конечно. Не будем мешать тебе, дышать свежим воздухом, особенно когда он так нужен.
Саше захотелось рассмеяться. Ее жизнь была настолько трагична, что это почти смущало. Она поднялась с дивана, и в то же время что и Лукас.
— Если тебе нужна компания, я пойду с тобой.
Почему она не оказалась привязанной к такому мужчине, как Лукас? Он казался идеальным. Симпатичный, милый, нежный, вежливый. Она сомневалась, что он когда-нибудь схватит женщину за руку и нагнет ее над раковиной в туалете, даже не представившись должным образом. Саша тихонько выругалась, когда дрожь пробежала по ее телу при воспоминании о том, как Эван делал это. Саша была ему отвратительна, и все же она хотела его.
— Я бы не отказалась от компании. — Саше меньше всего хотелось оставаться одной. Она могла бы позвать Эни навстречу, но ей не нужна была лекция. Она не думала, что Лукас был заинтересован в том, чтобы отговаривать ее или высказывать свое мнение. — Если ты не против, Брия?
— Эй. — Светло-голубые глаза Лукаса весело блеснули. — Мне не нужно ее разрешение, чтобы прогуляться.
Ха! Саша улыбнулась. Похоже, мягкий, тихий Лукас не был таким уж кротким. Ей нравилось, что в нем есть какая-то тайна. Ее взгляд скользнул к Брии, которая широко улыбалась.
— Он прав. Вы двое веселитесь, а я догоню вас позже.
Брия встала с дивана и направилась к двери в медиа-зал. Перед уходом она помахала Лукасу на прощание. Саша не могла не задаться вопросом, был ли это ее план с самого начала — свести их вместе. Жаль, что Брия не знала, что Саша уже привязана, да это и не имело значения.
Саша повернулась к Лукасу. Ей нужно было отвлечься и немедленно.
— Ну, Лукас? Готов к небольшим неприятностям?
Он сверкнул широкой улыбкой, которая была не такой невинной, как она ожидала, и продемонстрировал двойные кончики клыков.
— Абсолютно.
Идеально.
Глава 10
Несколько дней назад Эван мог считать себя счастливчиком, что вампирша исчезла. С глаз долой — из сердца вон и все такое. Хотя, на самом деле, Саша могла бы поселиться на другой планете, и этого было бы недостаточно, чтобы не думать о ней. Эван мало что знал о Саше, но одно знал наверняка: она гонялась за острыми ощущениями. Он не найдет ее ни в ночном клубе, ни в кафе. Она не будет тусоваться ни на концерте, ни в баре, ни в каком-либо другом обыденном, переутомленном, уставшем месте. Саша жаждала опасности. Волнения. Она хотела раздвинуть границы своей зоны комфорта и, возможно, даже попугать себя немного. Она хотела чувствовать себя живой. Он знал, потому что у него были те же желания и потребности. Это было частью того, что отправило его на арену битвы. Он найдет ее. В итоге. Ему просто нужно найти нужное место.