Глеб еще находился в том возрасте, когда свиданием считается провести время в компании в многолюдном месте, где не требуются душевные разговоры и уединение. Они встретились в клубе, и Дана с удовольствием согласилась угоститься коктейлем.
– Глеб рассказал, что ты устраиваешь ему выставку, – начал разговор один из приятелей парня.
– Да, она будет в январе, – рассказала Дана.
– Я тоже рисую. Посмотришь мои работы?
– Боюсь, что нет, у меня сейчас очень много работы, – вежливо отказалась девушка.
– У тебя нет особых привилегий, бро. Смирись! – усмехнулся другой парень из компании.
Дане стало неприятно от подобных намеков, но к этому моменту вернулся Глеб, и его приятели перевели тему. Вокруг звучала громкая музыка, молодые люди смеялись и выглядели такими беззаботными. Рядом с ними и Дана обычно чувствовала себя менее напряженной, но не сегодня. Окружавшее веселье казалось таким посторонним, фальшивым, словно ее вырвали из каких-то других декораций и поместили сюда. Несмотря на толпу, Дана почувствовала себя до боли одинокой, и душевная пустота стала почти физически ощущаемой. Ее сердце отказалось наполняться искусственной беззаботностью, которой хозяйка пичкала его последний месяц. Оно было разбито и больше не собиралось прятаться за хрупкой ширмой.
***
Тае нравилось писать краткие новостные тексты, они удавались ей без особого напряга. Коллектив был небольшой: еще две девушки-журналистки, один менеджер по рекламе и один дизайнер. Все сотрудники сидели в одном кабинете. Если бы Тая согласилась на должность младшего редактора, сидела бы в отдельном, более просторном кабинете, вместе с Софией Андреевной.
– Так, девочки, у нас есть три темы, которые мы должны обязательно осветить. И, пожалуйста, расскажите Тае о требованиях к статьям. Они посложнее новостных текстов, но, уверена, ты справишься, – ободрила сотрудницу женщина, – итак, нужны статьи о пчеловодстве, многодетной семье и музыкальном фестивале.
– Я, чур, беру пчеловодство! У меня у дедушки пасека, я все про это знаю, – моментально застолбила тему Надя.
– Хорошо, вот тебе данные пчеловода, – София Андреевна протянула журналистке листок, – кто возьмет статью о музыкальном фестивале?
– Тае это подойдет. Она работала с рок-группой! – закричала Надя.
– Как интересно! Тогда держи телефон одного из организаторов.
Когда листочек с информацией оказался у Таи в руках, она прочитала имя и в изумлении воскликнула:
– Сергей Козырев?!
– Да, в его баре будет проходить фестиваль. Ты его знаешь? – спросила София Андреевна.
– Нет, просто уточнила имя, – соврала Тая, да и имеет ли смысл их знакомства, если последний раз они виделись, когда ей было восемнадцать лет, – знаете, я бы лучше взяла статью о многодетной матери. Эта тема мне более близка.
– У тебя же даже нет детей, – подозрительно покосилась на коллегу третья журналистка Оля.
– У меня есть две крысы, – нашлась с ответом Тая.
– То есть ты сравнила крыс и детей? – поразилась Оля.
– Ну крысы же тоже чьи-то дети, – растерянно проговорила Тая.
– Крысы – дети крыс, – озвучила неоспоримый факт Оля, – и статью о многодетной семье буду писать я, у меня хотя бы есть ребенок.
Спорить Тая не стала, не хватало еще завести конфликты на первой же неделе работы. Придется погрузиться в прошлое, а, может, Сережа ее даже не вспомнит. А, может, удастся провести интервью по телефону. Для большей конспирации она изменит голос, и молодой человек, точно, не догадается, с кем разговаривает.
– Сергей, здравствуйте, это беспокоят из редакции «ГородИнфо», – пробасила в трубку Тая и похвалила себя за качественную голосую фальсификацию.
– Добрый день, рад вас слышать, – прозвучал приятный мужской голос. Акустическая память Таи сразу оживила давние воспоминания и нарисовала в голове образ Сережи десятилетней давности.