На неромантический лад.
То время, которое мы провели вместе до его отъезда, каким бы коротким оно ни было, кое-что значит для меня – пусть я и не знаю, что именно. Все, что я знаю, – я наслаждалась этим временем, проведенным с ним. И я надеюсь, что смогу увидеть его снова.
Скоро.
Марица-официантка!
Не знаю, с чего ты взяла, будто у меня здесь бывает «свободное время», но хотел бы разъяснить этот вопрос. Я работаю по двадцать четыре часа, шесть, а иногда и семь дней в неделю. Когда я не работаю, я занимаюсь стиркой, чищу свою обувь, ем или сплю. Иногда, время от времени, мы играем в карты, но в основном работаем.
И позволь мне прояснить вот что: какой-то тип прицепился к тебе и ты «терпела» светский разговор с ним? Либо ты лжешь, чтобы утешить меня, либо ты пытаешься вызвать у меня ревность. То и другое – совершенно напрасная трата времени, потому что ты не моя девушка.
Я знаю, что ты это знаешь. Просто хотел напомнить тебе.
Так что – на здоровье, я надеюсь, ты будешь развлекаться и не будешь сдерживать себя только из-за того, что ждешь возвращения какого-то грубого солдафона. И я надеюсь, ты взяла номер у этого немца, потому что, похоже, тебе не помешало бы сбросить напряжение с кем-нибудь в постели.
Ах да, и прекрати так нервничать из-за выбора специальности. Это не какой-то вопрос жизни и смерти, который тебе нужно решить прямо сейчас. Что тебя интересует? К чему тянется твоя душа?
Возвращаюсь к работе.
От всего сердца –
Капрал Торрес.
P.S. Я тебя ненавижу.
P.P.S. И не пиши, что ты по мне скучаешь. Такого рода штуки – просто мины-ловушки. Опасная территория. Если ты хочешь от меня реакции, пришли мне фотку своих сисек, но, ради всего святого, не говори, что ты по мне скучаешь. Это не входило в соглашение.
Сложив его письмо, я возвожу глаза к потолку и беру ручку, моя рука подергивается от желания перенести мысли из головы на бумагу, прежде чем они разлетятся, словно осенние листья на ветру.
Глава 20. Исайя
Дорогой капрал Торрес!
Только что получила твое письмо…
Если бы ты знал, как сильно мне сейчас хочется выплеснуть тебе в лицо ледяную воду…
Если мой почерк немного трудно разобрать, это только потому, что сейчас я на тебя так зла, что меня трясет. Тот факт, что ты даже с расстояния в тысячу миль считаешь нужным дать отчетливо понять, что ты не хочешь встречаться со мной, меня просто бесит. Сколько бы раз я ни говорила, что это нежелание взаимно, ты, похоже, убежден, что я вру.
Я не одна из тех девиц, которые играют в хитрые игры, притворяясь, будто не хотят ничего, и говоря тебе то, что ты, по их мнению, хочешь услышать, – лишь бы удержать тебя.
Я говорю только то, что имею в виду.
Всегда.
И мы договорились – никакой лжи и фальши, и я воспринимаю этот договор очень серьезно.
Говорю тебе в последний раз: я тоже не хочу свиданий с тобой.
И из этого следует дальнейшее: мы – друзья.
Я знаю, ты не хочешь в это верить, но это так. Мы – друзья. Скажем вслух: Марица Клейборн и Исайя Торрес – друзья.
А если мы друзья, значит, мне позволено скучать по тебе, мне позволено говорить тебе, что я скучаю по тебе. Так что перестань быть таким черствым, холодным, сухим, отстраненным, потому что этот трюк мог работать с другими девушками, которых ты знал, но со мной он не работает.
Прими тот факт, что я скучаю по тебе, Исайя, потому что это не изменится. По сути, если говорить честно, это ощущение становится сильнее с каждым днем.
Ты чертовски классный и занятный, и мне кажется, что мы на многое смотрим одинаково. Ты меня заинтересовал, иногда ты меня раздражал, иногда возбуждал, но в конечном итоге мне дико нравится, что ты есть в моей жизни.
Надеюсь, что ты чувствуешь то же самое и когда-нибудь сможешь по-настоящему принять это.
Лучшие друзья навсегда.
Марица-официантка.
P.S. Я тебя ненавижу.