Вика что-то ответила мне тихим голосом, но я не совсем расслышал ее, выходя из класса за руку с ней. Казалось, я ни на кого и ни на что не обращал внимание. Это бесполезно. Не нужно. Излишне. Меня сейчас не волновали какие-то вздохи на фоне моих мыслей, не трогали заинтересованные и шокированные взгляды учеников, когда я выходил на улицу. Я переживал лишь за мою малышку, которая покорно шла за мной, одновременно пытаясь привести меня в чувство и найти хоть какие-то ответы на свои вопросы о нашем маршруте. Но и не будет. Я не отвечу ни на один ее вопрос. Потому что сам не знаю, куда можно направиться, как только мы сели в машину. Главное — уберечь свою малышку.
Я вырулил на трассу, прежде чем сюда начала бы собираться толпа школьников, хотя, как мне казалось, они и так все увидела из окон школы. Но мне плевать. Срать я хотел на этих школьников, на любопытных учителей! На мать! На всех срать! Пусть только попробуют задеть мою девочку! Убью!
— Мы уедем отсюда, ты поступишь в университет. Мы будем жить счастливо втроем. Аня к тебе уже привыкла, а ты к ней. Я никому тебя не отдам, — убеждал я перепуганную Вику, которая вот-вот вновь сожмется в маленький комочек. Однако у меня складывалось впечатление, что убеждаю я больше себя, чем ее — моя малышка в любой момент готова пойти за мной хоть на край света, иначе не позволила бы приволочь ее сюда и увезти в разгар школьного праздника. Она любит меня, а я люблю ее. Мы будем счастливы. Я сделаю все, чтобы у моей девочки было будущее.
— Стас… — прошептала малышка, хватая меня за свободную правую руку. Ее ладонь за это время стала прохладной, слегка влажной, однако через наше прикосновение я чувствовал уверенность в своих действиях. Знал, что поступил правильно, укатив из школы и забрав ее с собой.
— Я всегда буду рядом с тобой, — вновь произнес я, стараясь смотреть на дорогу, а не на любимое, еще не высохшее от слез лицо.
— Стас, сбавь газ, пожалуйста, — если бы не ее просьба, я бы вряд ли заметил, как стрелка на циферблате перескочила за отметку сто километров в час. Она права. Нужно сбавить скорость. Ради нашей безопасности. Пусть мы доберемся до места назначения. Только куда мы ехали? Я видел лишь пустую трассу перед глазами, не осознавая, куда держал путь. Хотя какая разница? Главное быть подальше от злых языков.
— Я люблю тебя, Вика, слышишь? — не выдержав, я повернулся к ней, с трудом кидая взгляды на пустующую дорогу. — Очень сильно люблю. Ты мое все, — я готов шептать эти слова вновь и вновь, лишь бы Вика верила мне. Лишь бы доверяла. Сейчас это самое главное для нас. Для нашего прекрасного будущего.
Мы всегда будем счастливы. Я видел это самое счастье в малахитовых, покрасневших глазах любимой. Видел свое будущее рядом с ней. Наше будущее. Но всего лишь мгновение, пока зрительный контакт не разорвался…
— Стас, красный! — пронзительно выкрикнула моя малышка, отрываясь от меня. Блядь! Я не заметил светофор! Как когда-то давно в начале сентября. Эти события будто произошли в прошлой жизни, однако ощущение ностальгии не покидало меня ни на секунду, пока я со всей силы жал педаль тормоза и вытягивал ручник.
Но это бесполезно. Поздно реагировать на мою невнимательность, когда машины с перекрестка начали свое движение. Нам не хватило всего пары метров, чтобы избежать столкновения. Если бы я не отвлекся. Если бы нажал на газ чуть раньше, чем подумал об этом. Можно вечно предполагать, что бы произошло в том или ином случае, однако мы не изменим текущий бег времени. Текущих последствий. Последнее, что я помню, это резкий толчок с моей стороны, который мгновенно погрузил меня в какое-то другое пространство. В темноту, где нет выхода и входа.
Но даже в тот момент я умолял всевышнего, чтобы он спас от ужасной участи мою малышку…
Внимание! Через несколько минут выложу официальный анонс нового романа! Подробности в моей группе ВК! Не пропустите!
Глава 25: я найду тебя
Наше время.
— Лишь бы с моей малышкой было все хорошо… — произнес я вслух собственные мысли, которые пронеслись в голове год назад перед тем, как впасть в кому, наблюдая за реакцией отца после рассказа всей истории. Молчание в палате после долгого монолога отца сильно затянулось, а все потому, что я не мог отреагировать на его слова правильно. Точнее не так — не в состоянии воспринять информацию. Мысли, которые крутились вокруг той аварии, оказались правдивыми. Это я виноват в нашей разлуке, я виноват, что в состоянии шока подверг свою малышку опасности. Однако один вопрос оставался открытым. — Что с ней произошло? — наконец-то спросил я, боясь услышать самое страшное, что могло произойти по моей вине с девушкой, которую так сильно любил. И люблю до сих пор.