— Еще раз узнаю, что кто-то из вас пропустил урок без уважительной причины — буду жестоко карать! — выкрикнул я на одном из уроков, заставляя учеников не только заткнуться, но и внимательно выслушивать мою разъяренную речь, а она таковой и являлась. Все смотрели на меня, словно видели впервые в своей жизни, учитывая мою практически постоянную жесткость на уроке. Не помню, чтобы я когда-то был мягок с учениками, но, видимо, они думали иначе.
— А как карать, Станислав Родионович? — спросила Потапова со второй парты, стреляя накрашенными глазками в меня. Хорошо, что подружка не подключилась к этому, иначе вряд ли бы мои слова понравились вам обеим.
На самом деле я хотел ответить ей что-то о монашеском наряде или парандже, о том, что такие короткие юбки носят не в школу, а в стриптиз-клуб, но не стал. Это намного бесполезнее, чем разговор о прогулах. Тем более я знал, что эти малолетки поймут все с точностью наоборот, принимая мои замечания за комплимент. Замкнутый круг, мягко говоря. И с этим ничего не поделаешь.
— Тебе лучше не знать, Потапова, — ответил я слегка грубовато, но, кажется, девчонка восприняла мою информацию как-то иначе, судя по дальнейшему ответу.
— А если я хочу на себе испытать вашу злость? — в голосе слышалось кокетство. Только вот мысленно я хотел стукнуться об стену, дабы больше не слышать этот противный флиртующий писк. Она хотела привлечь к себе внимание? Пожалуйста! Сама напросилась!
— Ведро с тряпкой стоят в углу. Вперед и с песней, — спокойно проговорил я, смотря на ее резко изменившееся выражение лица. Кокетливые глазки сразу же округлились, а губы обиженно надулись.
— Ну, Станислав Родионович! — недовольно пробормотала Потапова. И куда же делось кокетство и наигранное обаяние? Правильно, исчезло, стоило только подумать о грязной работенке! Но я не собирался забирать свои слова обратно, особенно после заливистого смеха в классе.
— Тебе что-то непонятно, Потапова? — окликнул я ошалевшую ученицу. — Раз подписалась — иди работать! — рявкнул я напоследок, хотя поднимать на нее тон не стоило — все-равно бы пошла выполнять мое требование. Почему? Потому что в принципе не смогла бы отказать.
Она не сразу проследовала в угол класса и ушла набирать воду, кинув напоследок обиженный взгляд, полный разочарования. Мне равным счетом было плевать — нечего прогуливать уроки и язвить мне в неподобающей форме. Однако на этом я не закончил свой воспитательный процесс. Меня ждет десерт.
— Что касается остальных. Не испытывайте мое терпение, иначе без родителей можете в школу не возвращаться! — посмотрев строго в глаза каждому ученику, произнес я более тихо, но вкрадчиво, делая акцент практически на каждом слове. Некоторые действительно перепугались, а вот кое-кто удерживал мой взгляд стойко, будто оловянный солдатик. Сафронова. Научилась все-таки не бояться меня. Хотя после нашей прогулки она вряд ли будет сторониться меня.
Как я и предполагал, а точнее надеялся, она слегка преобразилась. Краем глаза, стоило мне завидеть девчонку на уроке, я старался наблюдать за ней со стороны, дабы удостовериться в ее нормальном самочувствии. Все проходило практически идеально. Она так же улыбалась, общалась с подругами, не подавала признаков своего внутреннего беспокойства. И я радовался, что мои методы прошли успешно. Возможно, в ту субботу я изменил ее взгляды на жизнь, перевернул страницу и дал понять, что любую проблему можно решить. Я тоже верил в эту гипотезу. А верю ли сейчас? Черт его знает.
Звонок с урока прозвенел неожиданно, когда я заканчивал читать нотации ребятам. Как злой папочка, серьезно. Именно таковым я себя и ощущал. Думаю, они усвоили урок. Им придется много что обдумать, пока я соберу свои вещи и отправлюсь в качалку, забыв об этом адском дне в чертовой школе. Затем заберу Аню из садика и отведу в какое-нибудь кафе. Наверное.
Но все мысли развеялись, стоило мне завидеть застрявшую в дверях девчонку. Нет, не буквально. Она просто слегка задержалась там, выходя последней из класса. Та же довольная улыбка, тот же хитрый взгляд, будто только мы вдвоем владели одним и тем же секретом. Сафронова только слегка улыбнулась мне и вышла, будто ничего не произошло. Как это происходило за последнюю неделю, и я знал причину таким действиям.