Настроение и так очень не очень, ее комментариев тут только не хватало. В зеркало увидел, что руки вернулись на место, снова полностью закрывая курносое лицо.
— А полиция что? — озадачился Виталик.
— Слушай, там типы́ с такими ксивами, что им полиция ехало-болело.
— Мда, дела. Макс, а у меня вопрос… что вообще происходит?
— Откуда ж я знаю. Вон сейчас на свет выйдем, может ясность появится, — кивнул я на приближающуюся впереди стену света, до которой оставалась пара километров.
Проехали их не слишком быстро — машин на трассе становилось все больше, несколько раз приходилось пробиваться. После последнего раза с одной стороны сорвало бампер, и он сейчас болтался с неприятным скрежетом по асфальту.
Лес по краям трассы кончился, впереди-справа показались многоэтажки — заметно яркие даже сквозь сумрак, находятся на светлой стороне за границей купола. Но увиденное не сильно обрадовало — прямо перед нами большой затор. Объезжая его, я выехал на обочину и начал разгоняться. Правый борт скрежетал о заграждение магистрали, левой скулой грузовик то и дело отбрасывали многочисленные легковушки.
Я уже, на низкой передаче, жал на педаль в пол, двигатель ревел, грузовик кое-как пробивался. Виталик вдруг испуганно вскрикнул, когда его стекло лопнуло мелкими осколками из-за деформации сминаемой двери.
— Едем-едем-едем! — ободряюще закричал я.
Причина пробки скоро стала понятна — почти перекрыв трассу, на дороге лежит перевернувшийся грузовик длинномер с прицепом. В него врезалось несколько десятков машин, дальше никак, но рядом съезд с трассы, на который я и повернул.
Машин здесь не меньше, их так же пришлось расталкивать — только уже прижимаясь к левому борту ограждения.
Макс! Макс! — закричал вдруг Виталик, показывая направо.
Обернувшись увидел, что в нашу сторону, догоняя и разгоняясь, стаей бежит целая толпа обратившихся демонов — она выглядели бы словно атакующие орки Саурона, если бы не оранжевые и салатовые жилетки со светоотражателями на большинстве.
— Впереди! — вдруг закричала важная персона.
Как-то я разогнался и отвлекся — влетев в косо стоящую машину. От удара нас повернуло правее, хлопнуло взорвавшееся от удара в бордюр переднее колесо. Перескочив через узкий тротуар, мы вылетели в глубокую канаву-кювет. Я еще сильнее жал на газ — грузовик накренился вправо градусов на сорок, но все еще ехал по большой канаве вперед, ко все приближающейся стене купола, за которой виден свет.
Не доехали до границы света совсем чуть-чуть, буквально пару метров. Левые колеса все же оказались в воздухе, правым бортом окончательно легли на край высокой канавы. Из дверей не выбраться — справа лежат на земле, а слева смотрят почти в небо, просто не успеем, там нас жилеты догоняют. Поэтому я завел руки назад, схватившись за оголовье сиденья, изогнулся и выпрямляясь, словно пружина, ударил подошвами в лобовое стекло. В обычной ситуации вряд ли бы разбил, но у меня сейчас есть странные дополнительные силы, так что лобовое вылетело целиком и улетело далеко вперед.
Закряхтел выбирающийся Виталик, выкатившись колобком, взвизгнула от боли бело-розовая тян — схватив ее за руку, я выкинул ее вперед, так что она покатилась в сторону границы, исчезая там со вспышкой. Следом вытянул важную персону и вместе с ней — уходя от накатывающей на нас клацающей зубами и воющей массы оранжевых и желтых жилеток, мы врезались в границу купола.
Словно в натянутую пленку попали, но через краткий миг по глазам ударило неестественно ярким светом, заставляя невольно зажмуриться.
Глава 2
Звуковой сигнал в салоне самолета ворвался в сознание, рывком возвращая в реальность. Гудят двигатели, набирая силу, чтобы стронуть в разгон махину лайнера, сидит рядом команда, вернулись привычные, обычно незаметные элементы дополненной реальности перед взором.
Это мне что, все привиделось?
Не успел я даже обдумать догадку, сложить в кучу все воспоминания образы неслучившегося, как совсем рядом раздался пронзительный вопль. Кричал Ваня — он держался за шею, и сейчас забыв про ремень пытался отстраниться от тренера. Сам тренер на Ваню внимания не обращал — приоткрыв рот и закатив глаза, безвольно опал в кресле, теряя сознание.
Расстегнув ремень, я вскочил и обернулся. Женщина, которая с хрипом недавно тянула ко мне руки, громко и сипло дышит, положив ладони себе на середину груди, в глазах недоумение. Обычные глаза, нормальные.
— Макс, что происходит? — неожиданно тонким голосом спросил Ярик. Губы трясутся, рот приоткрыт, глаза как блюдца. Да, он с сиденья так и не встал, его же прямо тут загрызли.