Пацаны в Африке (СИ)

�ав зоопарковских медведей до икоты. Вслед за медвежьим рёвом из-под шкуры тихо прошепелявило - " Сли бы вы на куй, витязи былинные. Спал себе ведмедь, никого не тлогал - так нет зе, млять, честный бой им подавай в обеденный перерыв...". Этого уже Муля вынести не смог ! Кинувшись на Вжика, он по дороге отвесил ползающему по поляне Баламуту такого пинка под "медвежий" зад - любо дорого было посмотреть. По сей день воспоминания о бешеной скачке галопирующего медведя в глубину лесного массива, мелькающего из-под шкуры чёрными заскорузлыми человеческими пятками, греет моё сердце. В крайнем случае, я теперь точно знаю, что медведь способен догнать скачущую лошадь. Благодаря Мулиному поджопнику, Баламут потом недели две предпочитал разговаривать стоя. В это время на поляне разворачивалась основная сцена охоты. Немцы затаили дыхание, наблюдая схватку Мули с медведем, сошедшихся в рукопашной. Вошедший от злости в раж Муля, душил медведя, не обращая внимания ни на доносящийся из-под шкуры полузадушенный сип Вжика, ни на глубокие царапины, которыми разукрасил ему всю спину Вжик, судорожно размахивающий медвежьими лапами.
В общем, Мулю еле-еле оттащили. Мося уволок осчастливленных немцев, а мы кинулись откачивать Вжика.
Завезя Мулю домой переодеться, я стал свидетелем ещё одного чуда. Учитывая, что нас не было дома двое суток, Мулина супруга кинулась хлопотать вокруг мужа. И тут произошло ЧУДО. Как только Муля повернулся к ней разодранной спиной, я узрел мгновенное превращение милой домашней женщины в буйное негодующее чудовище. От тактильного непосредственного знакомства со сковородкой Мулю спасла его реакция и моё красноречие.
А, вечером, отмечая вместе с немцами удачную охоту, неугомонный Вжик умудрился опять-таки подсунуть нам всем огромадного размера "свинью".
Вечером в кабак набилось человек под сотню народу отмечать удачное окончание медвежьей охоты. Как всегда, народ ел, пил и веселился. И тут мой взгляд случайно зацепился за увеличивающуюся компанию в углу зала, в которой двумя парами прожекторов начали разгораться глаза наших немецких гостей, с жадным интересом внимающих Мосиному переводу речей Вжика, впавшего в очередной раж нетрезвого красноречия. Я подошёл поближе и сам заслушался. Вжик рассказывал немцам о своих приключениях в Африке. Если бы древние скальды викингов , в своё время повествовавшие о подвигах норманских героев, в одиночку захватывавших города и десятками убиваших драконов, могли бы услышать Вжика, я думаю, что они выстроившись гуськом, дружно строем пошли топиться в свои знаменитые фьёрды, рыдая и стеная по дороге в приступе чёрной зависти.
Вжик, как всегда, был великолепен. Его эпическое повествование отличалось красочностью деталей и просто захватывало дух. Как живые перед глазами, стояли дрожащие перепуганные носороги, подобно страусам закапывающиеся в песок, при виде приближающегося Вжика. Представление об африканских слонах , осваивающих воздушное планирование на ушах, благодаря "поджопникам" Вжика завораживало воображение. Рассказ Вжика о попытке создания кавалерийского отряда наёмников верхом на страусах ( реальная история ) вообще привёл немцев в дикий восторг.
Когда же Вжик добрался до рассказа о подземном городе, у меня сложилось впечатление, что это я валялся в посёлке масаев, а не Вжик. Учитывая, что рядом старательно поддакивал, кивал головой и честно пучил глаза такой же "правдолюб" Баламут, глаза немцев горели восторгом. Тут ещё, ко всему прочему, к компании присоединился и Мгопо, накануне вернувшийся в Ригу, всем своим видом подтверждая исключительную правдивость Вжиковых инсинуаций. Да ещё и Дрюню чёрт не вовремя дёрнул за язык с рассказами про явление Бога Поебухи и неимоверной популярности наших друзей среди женского населения Африканского континента ( что , в принципе, было недалеко от правды). Пацаны, знающие реальность описываемых событий, ржали, как застоявшиеся кони, но немцы....! Немцы-то всё это потребляли за "чистую монету" !
Глядя на их разгорающиеся глаза, моя "чуйка" начала проявлять беспокойство и как выяснилось - не зря. И, как на зло, ещё и Мгопо прямо во всеуслышанье заявил, что нам наконец-то добыли информацию о месторасположении главного сортировочного лагеря работорговцев "белым товаром", которых мы активно розыскивали ещё со времён вывоза нами девчонок-рабынь из Нигерии. Пацаны взревели, вопли " Даёшь !" и "писец сутенёрам..! " огласили зал кабака. А, болтливый суки сын, по кличке "Вжик", уже рассказывал немцам о своём грандиозном вкладе в дело борьбы с работорговлей в Африке. Между делом Мгопо умудрился мне тихонечко шепнуть, что Старый прислал мне в подарок координаты ещё одного затерянного города.
Две недели пацаны не давали мне ни минуты покоя - " Когда собираться..?". Моя жизнь начала неумолимо превращаться в тихий кошмар. Мало того, что я, как добропорядочный папаша Гамлета обзавёлся постоянной тенью, так эта тень, к тому же, ещё и оказалась двойной и немецкоговорящей. Эти два кентервильских фантома не давали мне покоя ни днём, ни ночью. На мою беду, они ещё и умудрились заручиться поддержкой пацанов, объявив, что все расходы по экспедиции они берут на себя. Личная жизнь трещала по всем швам, т.к. мало какой женщине, заглянувшей к тебе на ночь "послушать музыку и попить кофе" в самый разгар любовных прелюдий нравиться прослушивать, раздающийся под окном, скуляще-просительный немецкий "рэп", сдобренный басовитыми голосами Мули и Моси - " Гризли, ну чё ты, мля, в натуре...? Нормальные же пацаны. Гля, какие фашисты упитанные, если чё и с голоду не пропадём..!".
В общем - ДОСТАЛИ ! Муля и Мося занялись физической и тактической подготовкой немцев к экспедиции, в результате чего через две недели фразы " Куда, мля, пополз..?", " Ты чего это жопу отклячил..?" и "куда ты, на куй, весь рожок высадил..?" цитировались Гансом и Робином практически без акцента.
И через месяц сто два человека и почти десять тонн груза водружались на борт сухогруза, идущего к берегам Африки.
Плаванье наше к Африканским берегам проходило тихо и сосредоточенно, временами, я бы даже сказал, не лишённым некоторой приятности. Солнышко светит, океанская вода за бортом журчит. А, воздух...? Вы когда -нибудь чувствовали вкус воздуха над океаном ? Его же есть и пить хочется.
Народ молчаливо занимался подготовкой снаряжения и оружия. Учитывая, что Африка чуть -чуть не дотягивает до России по уровню коррумпированости чиновников, выяснилось, что лагерь работорговцев охраняет целый батальон регулярной армии, да ещё и щедро разбавленный французскими наёмниками и инструкторами. Вот за что французов не люблю - если где куча дерьма образовалась, то там обязательно ещё и французами припахивает. У моей семьи к французам вообще огромный незакрытый счёт наблюдается. Мало кто у нас помнит, что Франция сколько существует, столько России и гадит где только можно. Ещё при набегах крымских татар за "ясырём" на Русь, в рядах татарского воинства мелькали корыстолюбивые французские рожи. А, с учётом того, что и по материнской, и по отцовской линии немало моих предков отметилось службою государевой в порубежных полках, где не мало их покропило Дикое Поле собвственной кровью, - не знаю кто как, а я это французам помню. С десяток моих предков улеглись под дёрн во время Русско-Турецких войн, которые Турция вела с Россией по прямому наущению и при активной поддержке Франции. Не стоило бы забывать как долго Франция натравливала и науськивала поляков на Русь ! Недаром поляки поголовно воевали за Наполеона в составе корпуса Понятовского. Ну а уж Крымскую войну и оборону Севастополя, где легло трое моих пращуров, я французам и вовсе забыть не способен. Мой прадед , который в Первую мировую воевал в русской бригаде на территроии Франции, которая считалась самой боеспособной и стойкой частью на франко-германском фронте, рассказывал, как после революции часть солдат потребовала возвращения на Родину, а французы без суда и следствия просто расстреляли их из пулемётов.За Наполеоновское вторжение, горящую Москву и Смоленск - промолчим, но запомним. Так что, у моего рода к этой жабоедящей нации счёт не маленький, так же,как впрочем, и у всей нашей страны. А то временами, как послушаешь наших "дурынд" - "Ах, шарман ! Париж, Франция, Монмартр...", меня аж в поросячье ухо заворачивает. " Ах, французская кухня..! Ах, эти устрицы..! Ах, эти улиточки..!". Это какой же дурой надо быть, чтобы предполагать, что люди могут жрать жаб и улиток от хорошей жизни ? "Ах, французская культура ! Ах, французская косметика..! ". Тьфу Вам три раза под ноги ! Какая там, на хрен, вековая культура, если ещё наша французская королева Ярославна их королей грамоте обучала ? Опять же, косметику изобрели, чтобы от, отродясь не мытых тел, вонь отбивать, когда кавалеры на королевском балу в припадке нежности дамам блох из причёсок вылавливали. Но что-то я отвлёкся, извините.
В общем всё бы было совсем хорошо, но уже у берегов Африки угодили мы в небольшой шторм и чтобы нас не очень укачивало решили мы с Дрюней и Мулей поддержать организмы некоей толикой коньяка. То ли мы с дозировкой лекарства просчитались, то ли на нас как-то странно подействовал свежий океанский воздух, но на следующий день выбравшись на верхнюю палубу, я стал замечать какую-то странную реакцию окружающих на наше появление. Народ нам похрюкивал в спины и откровенно тянул губы к ушам . После недолгого разбирательства выяснилось, что слегка превысивший привычную коньячную дозу Муля, часа в четыре ночи по внутренней корабельной связи дозвонился до капитанского мостика, где на вахте стоял сам капитан, и категорически потребовал от местного сутенёра срочной доставки к нам в каюту шести дам "для проведения развлекательного досуга в этом чёрт-те как болтающемся корыте". Капитан, не будь дурак, взял и переключил разговор на громкую связь по всему судну, перенаправив "заказ" на боцмана в машинном отделении. Одним словом - экономические переговоры Мули с боцманом по части оказания интимных услуг явно скрасили будни штормовой вахте корабля. Когда Муля, крайне удивлённый неуступчивостью дамы и басовитостью её голоса, в конце концов потребовал " Показать ВСЕХ..!", на мостике и в машинном отделении началась истерика. И вдоль берегов Африки сквозь штормовые волны шёл корабль, сотрясаясь всеми заклёпками от гомерического хохота в полтораста голосов. И всё бы ничего, если бы через час на капитанском мостике не раздался звонок телефона, который моим голосом не пытался бы срочно вызвать такси "с целью срочного убытия к чёртовой матери из этого бардака, в котором и коньяк закончился, и мляди шибко басовитые". Крайне удивлённый тупостью "диспетчера таксопарка", я оказывается предрёк капитану на завтра добровольно-принудительное "рандеву" без цветов и конфет, после чего долго и красочно описывал ему все интимные подробности предстоящего нам с ним свидания. Последней каплей, как оказалось, было вступление в разговор Дрюни, который заплетающимся языком решил поставить точку в затянувшемся разговоре - "Да, да..! И ВСЁ это - без вазелина..!". Как Вы наверно понимаете, восторгу населения корабля не было предела. Капитан тоже был нескучный парень и собрав весь запас своего ехидства, решил у меня поинтересоваться "И куда прикажете Вас доставить..?", получив в ответ закономерное - "Ты, мля , извозчик не умничай..! Рули давай ! Я там дальше покажу где сворачивать...". Вой и стон пронеслись по кораблю, что чуть было ни привело к самым фатальным последствиям. Кораблём управлять было некому. На капитанском мостике бились в агонии, хрипя и задыхаясь, люди, слегка непривычные к нашей форме дружелюбного общения.
Через два дня мы подошли к месту высадки.
Корабль подошёл к дикому безлюдному берегу, где прямо у берега начинались джунгли и мы на шлюпках начали перебираться на берег, перетаскивая на горбу несколько тонн груза и снаряжения.
Каково же было моё удивление, когда я, глядя на ухмыляющуюся рожу Мгопо, узрел встречающего нас на берегу Старого с двумя десятками масаев и с полусотней мулов. Старый прямо радостно светился от встречи. Мы обнялись и я услышал - "Здравствуй, друг..!". Поверьте, услышать подобное от этого человека - дорогого стоит ! Мы с ним вообще, во время наших совместных похождений, как-то незаметно сдружились и частенько просиживали ночи у костра, любуясь и наслаждаясь видом звёздного африканского неба. А, уж, поверьте, вид этот того стоил. В Африке ночью небо усыпано звёздами, словно натёртая чесноком горбушка , посыпанная крупной солью ( мля, всё время тянет на борщ ), а Луна, такое чувство, что висит прямо над головой и до неё рукой подать. А как он рассказывал ? В человеке умер гений рассказа. И истории его я помню по сей день все до одной. А уж, порассказать ему было что. Богатую на события жизнь человек прожил. Больше всего окружающих удивляло, как мы с ним общаемся. Мы умудрялись с ним разговаривать на дичайшей смеси всех известных нам языков с красочным украшением речи русским матом, которого он нахватался от Мгопо, преданного поклонника "русской изящной словесности". И самое главное - мы прекрасно друг друга понимали. Для меня этот факт так и остался доказательством того, что люди всегда находят общий язык, когда качаются на "одной волне". Но что-то я отвлёкся....
Высадились, распрощались с командой сухогруза. Надо заметить, что весь экипаж к нам относился исключительно тепло, я бы даже сказал - предупредительно. Нас это сначала удивляло, а потом вдруг выяснилось, что история с нашим "шумством" в Нигерии и последующий вывоз девчонок достаточно широко разошлась среди флотского племени и экипаж был о нас наслышан. Раскидали груз, разбились по группам и пошли. Людей, что представляют движение по джунглям сродни парковым прогулкам, вынужден жестоко разочаровать. Вот даже врагу не пожелаю этого удовольствия. Жара неимоверная, на тебе полсотни килограмм груза, не считая оружия и боеприпасов ( а как известно - лишних патрон не бывает..), впереди пацаны тропу прорубают, да и сам мачете машешь, как заведённый. Ноги в траве и папоротнике норовят всё время заплестись. И всё время какая-нибудь тварь об тебя бьётся, в попытках укусить, ужалить или поцарапать. За мух - промолчим. Эта стайная летающая сволота , как только ты откроешь рот, с радостным жужжанием норовит устроить в твоей ротовой полости свингер-вечеринку в тенёчке. Вы уж мне поверьте, все эти удовольствия счастливого путешествия способны неподготовленного человека укатать за сутки в лёжку. Но, невзирая ни на что, идём хорошо, ровно, никто не отстаёт. Смотрю на новичков - ничего, идут со всеми вровень, ноги никто не сбил. Уже - радость. По сторонам смотреть, конечно, не успевают, хотя смотря по вспугнутым птицам, за нами явно кто-то увязался. Дело к вечеру, народ вымотался не слабо - пора бы и на ночёвку определятся, а что-то неспокойно на душе, щемит где-то у сердца, что-то чуйка никак не угомонится. Смотрю и Старый с Мгопо что-то волнуются, а уж их чуйкам - грех не верить. Масаи быстренько смотались глянуть - что там сзади. Прибежали взволнованные - за нами сотни две народу, самого бандитского вида, телепаются. И намерения у них, судя по всему, далеко не самые дружественные. Явно настроены произвести с нами перераспределение имущества и ценностей, причём, очевидно, что желанием облагодетельствовать своим имуществом нас - явно не горят. В принципе, я не очень жадный человек, но когда посередь африканских джунглей какой-нибудь местный любитель лесного гоп-стопа норовит устроить мне душераздирающее прощание с моим же, непосильным трудом к месту "рандеву" доставленным, имуществом, у меня почему-то зелёный жабенюк срочно начинает исполнять "джигу" на грудной клетке. Сам себе удивляюсь - вот душит "жаба", как Отелло Дездемону в безлунную ночь.
Неожиданно вдруг выяснилось, что "жабы" это стайные твари, поскольку скакать они начали не только по моей груди, а словно группа ирландских танцоров, дружным строем принялись отбивать чечётку на притомившихся торсах всей нашей дружной компании. Мы посоветовавшись, решили посидеть тихонечко в ближайших кустиках и подождать торопящихся сзади товарищей. Чего, собственно, излишне утруждать малознакомых нам людей ? Вдруг они торопятся, несут что-нибудь нам нужное и необходимое ? А мы, твари неблагодарные, чешем по джунглям, словно нам и ничего не надо.
Распределились по кустам, масаи ушли встречать передовой дозор наших ещё малознакомых приятелей, а Муля повёл "отсечную" группу в кругаля, дабы возможные свидетели нашего дружелюбия, не могли бы потом смущать умы местного населения всякими "глупостными" рассказами.
Одним словом - торопящихся за нами ребят, мы встретили со всей широтой русского гостеприимства. Сотней стволов в упор. Вечеринка, хоть и была короткой, но, как выяснилось, достаточно плодотворной. Муля с пацанами пригнал отбитый у супротивника обоз в несколько навьюченных быков, у которых от тяжести поклажи - аж спины трещали. К нашему величайшему удивлению, во вьюках быков нашлось почти две сотни килограмм золотого песка, невесть где и кем добытого. Как нам рассказали ещё временно живые пленники - они за два дня до этого поубивали и ограбили артель "чёрных" старателей, что возвращались с добытым металлом в ближайший городок. Чего эти идиоты к нам-то привязались - загадка. Видать, охренели напрочь от собственной "крутости", что для Африки не редкость, ибо в тех краях каждая голожопая "макака" с автоматом - уже Аника-воин и ближайший родственник Чапаева. К тому же нам в наследство ещё досталось с полсотни вполне приличных стволов. Таскать всё это богатство на себе по джунглям - как-то ни разу не улыбалось, поэтому всё это "безобразие", сотворив тайник, доверили на сохранение земле, заложив аккуратно дёрном. Переночевав, потопали дальше. Путь был не близкий и нам ещё было - топать и топать. Описывать все удовольствия пешего путешествия по джунглям, я думаю, не имеет смысла - и Вам не интересно, и мне вспоминать - не в радость. Чудные воспоминания о сбитых кровоточащих ногах, о изумительном вкусе хлорированной обеззараженной воды, которая абсолютно не спасала народ от всеобщего обезвоживания, о в кровь стёртых плечах лямками рюкзаков - вряд ли Вам будет интересно читать. На восьмой день пути мы вышли на берег большой реки, название которой по известным причинам позвольте мне всё-таки утаить и расположились лагерем на берегу, т.к. всем требовался длительный отдых. Умотались, честно признаться, ОЧЕНЬ. Масаи тут же рванули на охоту, народ начал ставить палатки, Бугай с Мотей взялись готовить ужин. Я Вам так скажу - приготовить пожрать на сотню с лишним голодных мужских ртов - это не кот чихнул. Благодаря этому умению, Мотя с Бугаём до конца жизни впоследствии пользовались в нашей компании непререкаемым авторитетом по части приуготовления пищи. Поели, выставили часовых и дозоры, вырыли санузел и повалились где кому понравилось. Кто у костра сидит , трепется, кто в реке стирается, ибо у всех камуфляж соляными разводами пошёл. В общем - отдыхаем. Слышу, у костра Мгопо взахлёб рассказывает о способах охоты на крокодилов жадно внимающих ему Вжику и Баламуту. Глядя на загоревшиеся глаза этих двух недоумков, моя чуйка пыталась подать мне тревожный сигнал, но была остановлена навалившимся на меня сном. Моим читателям, которые читали все мои воспоминания, не имеет ни малейшего смысла напоминать об особенностях характера и мышления этих двух моих замечательных друзей. Это воистину - великие люди. Если на площади ста квадратных километров вырыть одну единственную выгребную яму и туда , простите, насрать, то можете даже не сомневаться, что эти два утырка обязательно и безошибочно в эту яму и приземлятся. Причём, обязательно затащат туда и всех окружающих. А уж, по части неугомонности и живости характера - я других таких людей, не то, что не знал - даже не слышал, что подобные им где-то существуют.
И вот настала ночь. Спим все, как убитые и вдруг - где-то кто-то жалобно поскуливает. Я терпел, терпел и не выдержал - встал и пошёл на звук. Вышел на берег и опупел ! Сидят близ берега два идиота, один - держит собаку, а второй - ей хвост крутит. Собака норовит вывернуться в попытках избавиться от мучений, но Баламут в неё вцепился, как в последнюю в жизни женщину, а Вжик при этом щипает собачку, хвост ей крутит.
Где эти два великих охотника на крокодилов умудрились посередь джунглей раздобыть собаку - поверьте, для меня самого по сей день так и осталось загадкой.
Я не выдержал и заорал - " Вы чё, недоумки , совсем на хрен одурели ? Вы чё, млять, творите...?".
Пацаны, уставившись на меня обиженно-невинным взором, разъяснили мне, тупому и непонятливому, что Мгопо научил их приманивать крокодила на собаку. А в силу острой потребности этих двух "денди" в крокодилловых туфлях, они в силу сложившихся обстоятельств, вынуждены добывать сырьё себе на туфли самостоятельно.
Пока я выслушивал эту незамысловатую галиматью, собачка вывернулась из потерявших бдительность Баламутовых рук и тут же выразила своё отношение к своему участию в охоте, цапнув Баламута за ляжку со всей своей собачьей дури.
Баламут взвыл во весь голос, перебудив своим истошным воплем весь лагерь. Народ вскакивал и хватался за оружие.
И тут из воды метнулся крокодил, мигом схватив пастью собаку и мгновенно нырнул обратно в воду.
В лагерь я бежал с экскортом в виде несущихся за мной на четвереньках двух перепуганных идиотов. Набежавший на шум народ, глядя на порванную штанину Баламута и кровоточащую ногу, услышав его жалобные причитания - "он меня,мля, укусил..!", как-то странно на меня начал поглядывать.
Муля, взявшись перебинтовывать Баламута, вдруг в полной тишине среди замершего и притихшего народа глубокомысленно выдал - " Не Гризли, я, конечно, с твоим характером не первый год знаком, но сдаётся мне, что это уже перебор..!".
Вжик при этом несчастно-обиженно молча хлопал глазами, а недогрызенный безвременно погибшей собакой Баламут только постанывая смотрел на меня глазами, полными слёз и немой укоризны.
И тут я, признаюсь честно, просто осатанел. Меня минут десять пацаны от этих двух охотничков оттаскивали. В чувство пришёл, только услышав Дрюнино - " Чего Вы в него вцепились ? Видите же - человек не доел. Пусть ещё хоть кусочек откусит - не убудет от Баламута...".
Разобравшись в ситуации , народ веселился от души. Мгопо, как любитель русских поговорок и афоризмов, похлопал меня по плечу и выдал, ставший впоследствии в нашем кругу дико популярный, вывод -
" В здоровом теле - здоровый прикус..! ".
Через два дня мы двинулись дальше, но чувство лёгкой мстительности по отношению к двум величайшим африканским добытчикам крокодилловой кожи я всё-таки затаил.
Через неделю мы вышли к цивилизации, которая выражалась в наличии сарая с окошечком "касса" и уходящими вдаль рельсами узкоколейки.
Причапал паровозик, ровесник Ленина, еле-еле волоча с десяток вагончиков. На станции обретались даже местные стражи порядка в количестве пяти человек при двух ружьях, на которые охочий до антиквара Мося, тут же заточил свой глаз, при том, что доблестные блюстители законности старательно делали вид, что в упор не могут разглядеть сотню с лишним вооружённых до зубов людей, "затерявшихся" среди шумной толпы пассажиров, коз и курей.
Вежливо попросив пассажиров первого вагона уступить нам место, что они суматошно и срочно проделали, мы набились в вагончик в надежде хоть немного отдохнуть.
Однако, наши надежды вскорости приказали долго жить.
Через четыре часа безостановочной тряски и болтанки, со стороны джунглей, стеной тянувшихся вдоль дороги, раздались истошные вопли и редкие выстрелы. В вагонах раздался вой и причитания. Паровоз экстренно тормозил перед завалом из деревьев, красовавшегося посередь пути.
Я выглянул в окно и оторопел. Наверняка Вы когда-нибудь да смотрели фильмы-вестерны ? Вот и представьте себе нападение индейцев на поезд, но только индейцы все вымазаны с головы до ног чёрным обувным кремом. Из джунглей к тормозящему поезду неслась орава человек в пятьсот, завывая на все голоса и потрясая копьями и топорами.
Зрелище было настолько диким, что я даже сначала не понял, что это всё всерьёз. Изредка из этой оравы раздавались выстрелы из каких-то допотопных "слонобоев", в результате чего в стенах вагона начали появляться дыры размером с мой кулак.
Старый и Мгопо быстренько прояснили нам ситуацию, сообщив, что на нас , по всей видимости, лихой красногвардейской атакой надвигается какой-то очередной Освободительный Фронт кого-то от чего-то.
Надо заметить, что манера африканцев учреждать посередь джунглей различные Освободительные Фронты, является прямо-таки национальной традицией. Соберётся кучка недоразвитых идиотов, найдёт где-нить выход синей глины и давай копать алмазы. Через полгода наменяют у французов алмазы на оружие и ВСЁ...! Они уже не банда, а вполне себе респектабельное движение с политическим уклоном. Если год продержатся, то потом их оттуда ладаном не выкуришь, потому как добрые французские дяди готовы за алмазы поставлять что угодно, вплоть до вертолётов и танков.
А вот если такую , пардоньте, компанию турнут с месторождения правительственные войска или какой-нибудь конкурирующий Фронт, то тогда и начинается основное веселье. Носится по джунглям, подобно кочующим муравьям, такая банда, обрастая постепенно солдатами-дезертирами, бандитами и контрабандистами-неудачниками, и нет никому от них спасения, ни встречному, ни поперечному - убивают, грабят и насилуют, оставляя после себя мёртвую территорию.
Мося, любящий обо всём иметь своё собственное мнение и суждение, поинтересовался у Мгопо - "Чем эти Фронтовые члены отличаются от простых незамысловатых бандитов..?".
Мгопо призадумался, почмокал губами, закатив под лоб в великом раздумье свои глаза и через полминуты выдал - "Ничем...!".
Накатывающую волну незванных гостей встретила сотня стволов, с очевидно звучащим русским акцентом. Услышав это гостеприимное русское "Здрассти...", весь этот чернокожий кагал немедленно попадал на колени и задрав руки в гору начал демонстрировать исключительное дружелюбие.
Самое удивительное то, что эти борцы за перераспределение социальных благ все дружно начали блистать белозубыми улыбками - мол, чего это Вы, ребята ? Да мы тут просто мимо пробегали, Вы нас , мол, не так поняли.
Вот и представьте себе эту ситуювину. Посередь чужого континента, в глубине джунглей, не имея ни то что вьездных виз, а и вообще ни единого документа, окромя автомата на плече, Вы оказываетесь владельцем толпы пленников в полтыщи рыл. И что прикажете с ними делать ?
Согнали их в толпу, посадив на землю, после проведения восстановительных работ на путях, смотрим на них, в головах чешем - что с ними делать ? И тут из этой толпы вываливается здоровенный бугай с ослепительно-заискивающей улыбкой и спрашивает - "Белые господа, мои товарищи интересуются - а когда нас будут кормить...?".
Российский таёжный лось во время весеннего гона исдох бы от зависти, наблюдая с какой прытью и энтузиазмом способны носиться по джунглям перепуганые африканские аборигены.
Так они у нас и бежали, аки юные пионеры, впереди паровоза все 60 километров до ближайшего городка.
Встали мы лагерем возле городка, пленников сдали местным властям, носимся с закупками припасов, пацаны оттягиваются понемножку.
А у меня полное ощущение, что вокруг киносьёмка вестерна проистекает.
Старательский городок, всякой твари по паре - старатели, шахтёры, контрабандисты, бандиты и наёмники. Да ещё и Интернационал во всей красе - кого только нету. В городке два салуна-бара, полные придурковатых "ковбоев", с ежевечерним обязательным развлечением типа - "Драку заказывали..?", со всеми отсюда вытекающими последствиями.
Пока я занимался обустройством лагеря и подготовкой к дальнейшему вояжу, чудная компания из скромных и миролюбивых пацанов в составе Мули, Моси, Бугая, Моти, Мгопо,Самоделкина,Тотоши и Вжика с Баламутом отправились вечерком тихо посидеть в местном злачном заведении.
Конечно моя "чуйка, норовила подать тревожный сигнал, но я занятый всевозможными хлопотами, сподобился пропустить этот сигнал мимо своих ушей.
Умаявшись за день до состояния перехода на четыре кости, мы с Дрюней попытались разместиться в палатке, дабы заполучить свою норму заслуженного отдыха и отдаться в нежные и ласковые руки Морфея.
Как вдруг из городка раздалась суматошная пальба, дикие крики и заполошный женский визг.
Похватав лучших друзей русских путешественников в виде изделий ширпотреба с брендом Калашников, вкупе с дежурным десятком бойцов, мы рванули на шум.
Добежав до середины городка, мы уткнулись в праздничную картину разгорающегося салуна и разбегающегося кто куда народа. Посреди всего этого великолепия два любителя пулемётно-ювелирного искусства, Муля с Мгопо, старательно дырявили стоящие на улочке джипы, приводя их в состояние дуршлага. Остальная часть компании старалась от них не отставать, весело и задорно постреливая по сторонам.
Из-под одного из джипов торчала чья-то, пардоньте, откормленная задница, которую Вжик с Баламутом в две ноги с неистощимым упорством старательно пытались целиком упихать под днище машины. Задница и сама, судя по всему, была бы не против там оказаться, но как прокомментировал сие действо Мося - " Пацаны, завязывайте, ноги отобьёте..! Она застряла и не хочет..!".
Вид разбушевавшегося Мгопо был ужасен. Как я понимаю, для его тонко чувствующей и легко ранимой натуры, две ленты по 200 патрон являлись плохой заменой валерьянке.
Его дикий рёв - " Кто хотел тут чёрного русского тела...? ", вообще привёл меня в состояние полного недоумения.
Как мне быстренько удалось выяснить очередное пацанское веселье началось с того, что пацаны вломившись в бар с самыми мирными и безмятежными намерениями умудрились нарваться на гуляющую там компанию ни то родезийцев, ни то юаровцев, которые, самым высокомерным тоном белых господ, и сообщили пацанам, что " кафрам в салун вход воспрещён..!". Пацаны, давным давно воспринимающие Мгопо, как часть нашего исконно русского коллектива, просто отмахнулись, а Вжик походя сообщил - " Охренели , залётные..? Смуглого русского пацана от кафра отличить не можете..?".
То ли эти ребята, реально никогда не видели шибко загоревшего русского, то ли реально считали себя шибко крутыми яйцами в местном "курятнике", но факт остаётся фактом - один из них хлопнул Мгопо по заднице с криком- " Ха ! Вот и попробуем наконец русскую жопу...!".
Нууу, в общем, зря он это, конечно, сморозил. Ну да, о покойниках - либо хорошо, либо никак.
Беда в том, что местные "ковбои" оказались тоже не дураки в плане пострелять, в результате чего праздник начал разрастаться и у нас появились первые раненые. Из окон домишек всё чаще начинали постреливать недружелюбные жители.
Дрюня метнулся в лагерь, откуда уже и так набегали во всеоружии пацаны, торопясь не пропустить разгорающееся веселье, а непричастное к веселью местное население со всех ног торопилось покинуть территорию городка. И тут в полной красе началась вырисовываться картина полной неготовности местных лёгких построек к встрече с такими изобретениями российской оборонки, как крупнокалиберные пулемёты и станковый гранатомёт.
А уж, когда Самоделкин явил ЧУДО своего больного изобретательского гения, о котором я рассказывал в своих первых рассказах, выкатив его на прямую наводку, городок неумолимо начал свой неуклонный путь к стремлению исчезновения своего присутствия на картах Африки.
Я Вам скажу так - когда по тебе начинает почти в упор плеваться гибрид роторного пулемёта и авиционных пушек, впечатление из серии - ЖЕСТЬ !
Короче, ночь прошла неспокойно и суетно - к утру городок практически весь догорел. Поскольку вместе с ним дымом улетучились и мои надежды на пополнение припасами, с утра я уже разговаривал ИСКЛЮЧИТЕЛЬНО используя фольклёрно-русские выражения крайне осипшим голосом.
Смотрю, среди дымящихся развалин Старый с Мгопо что-то активно обсуждают. Подошёл, прислушался. Старый, ленивым взглядом окидывая окрестности, восхищённо вещает - " Вот что мне больше всего нравится в наших русских друзьях, то это неприятие канонов красоты. Столкнулись с отвратительной архитектурой - раз, не откладывая, и поправили..!".
Сплюнул и пошёл собираться в дорогу.
Я стою обалдевший, Мгопо ржёт.
Чуток пошумев в городке, внезапно прекратившем своё существование на африканских картах, мы снова занырнули в джунгли. На третий день смотрю - что-то наши масаи беспокоятся, зачастили бегать к Старому на доклад, да и у того лицо какое-то стало нервное, озабоченное.
К вечеру у костра на привале Старый подсел ко мне - "Гризли, за нами идут...".
"Кто ?" - естественно поинтересовался я.
И тут меня Старый сильно удивил. Таким смущённым я его видел впервые. Личность, как Вы понимаете, это была неординарная и смутить-то его было мудренно, а тут сидит, глаза прячет. Поворошил угольки в костре, задумался - " Мы не можем понять. Понимашь, мой белый друг,кто-то за нами идёт, а кто - понять не можем. Это явно белые, но с очень хорошими проводниками, знающими джунгли, как свой родной дом. Мы пробовали на тропе посадить засаду, на них посмотреть - они два раза обошли засады. Мы пытались встать на их след - они от нас уходят. Очень грамотные и очень умелые. Могут стать проблемой. И, судя по всему, прекрасно экипированы и вооружены.".
После этого разговора, мы четыре дня уходили от преследования. Мы меняли темп движения - за нами шли. Мы резко меняли маршрут - за нами шли. Мы продолжили движение ночью, не вставая на ночлег - за нами шли. Мы сажали засады на тропах - они их обходили и снова за нами шли..!
Настроение в отряде становилось нервным, все понимали, что просто так никто за нами сотни километров наматывать по джунглям не будет, а друзей у нас, собственно, в Африканских джунглях отродясь не водилось. Народ начал срываться, изредка постреливая по подозрительно шевелящимся зарослям.
Кто-то за нами шёл, как привязанный, с абсолютно непонятными нам целями, а мы, как Вы наверно догадываетесь, не имели ни малейших оснований считать, что кто-то норовит нас догнать с неописуемым желанием расцеловать в "уста сахарные".
За четыре дня безостановочной гонки мы вымотались вусмерть, еле-еле ноги таскаем. Дышим - как клячи на ипподроме, перед сдачей на колбасу. Мулы и быки, что составляли наш мини-обоз и тех шатать начало - чего уж там про людей говорить.
Встали лагерем и вечером у костра состоялся наш традиционный курултай. Усилили караулы и дозоры, а оставшийся народ подтянулся к костру в центре лагеря.
Старый, как полноправный член нашего содружества (он и сам себя временами начал величать "пацаном" ) и, как наиболее умудрённый жизненным опытом высказался первым - " Братья, мы от них не оторвёмся. У нас груз и раненые ( с десяток народу легко зацепило в городке ), а они идут за нами налегке. И идут хорошо. С ними надо что-то делать..! ".
Картина этого курултая и сейчас стоит перед моими глазами. Поляна в орущих на все голоса джунглях, огромный костёр, стреляющий снопами искр и звёздное африканское небо над головой. И вокруг костра рядами мои друзья. Чёрные и белые, в камуфляже и разгрузках, в леопардовых шкурах и набедренных повязках, с АКМ-ми в руках, с копьями и ассегаями.
И не было между нами НИКАКОЙ разницы, потому что вокруг костра сидели МУЖЧИНЫ. Мужчины, которым ВСЁ было по большому африканскому тамтаму, которые пришли сюда для того, чтобы на белом свете стало на несколько сотен подлецов, торгующих телами женщин и детей, МЕНЬШЕ. Мужчины, которым не всё-равно, когда убивают и насилуют женщин. И, по большому счёту, насрать нам тогда было - на каком континенте всё это происходило. После Нигерии, мы обещали рассчитаться . Мой дорогой читатель, ты наверно помнишь мой рассказ про то, с чем мы столкнулись в Нигерии. Разве РУсский мужчина может ТАКОЕ забыть и простить...?
А рядом с нами, плечом к плечу, сидели такие же мужчины, у которых образовались свои счёты с сутенёрами и работорговцами на родном континенте. Чёрные мужчины, для которых понятия чести и достоинства стоят неизмеримо выше, чем страх за свою жизнь.
И , поверьте мне, эти МУЖЧИНЫ для меня навсегда останутся БРАТЬЯМИ.
Народ долго молчал, покуривая и размышляя. Притихли даже вездесущие и шубутные Вжик с Баламутом. Общее мнение выразил многомудрый Мося в своей излюбленной подчёркнуто-инти
ллегентной манере - "Короче, пацаны, нехер бестолковки, в натуре, без толку чесать.Нам до точки чухать пять дней осталось, а мы с хвостом телепаемся. Нам этот сюрприз на жопу надо ? Гризли, давай без новых веяний обойдёмся. Подгребай под себя Старого и Мулю и банкуйте..! ".
Ещё до рассвета пятёрка снайперов с масаями и во главе с Мосей тихо ушла в джунгли, чтобы обойдя вероятного противника, выйти им в тыл и сесть в засаду. А с рассветом мы группами рассыпались в загонную сеть шириной километров в пять, вырубили радиосвязь и пошли широкой облавной цепью по джунглям , потихонечку заворачивая фланги, в попытке выгнать непрошенных гостей под стволы Мосиной засады.
Где-то справа пару раз вдруг громыхнули подствольники, короткими очередями начали подавать голос АКМ-ы. Стрельба постепенно начала смещаться к центру и в воздух взлетела красная ракета.
Пацаны сообщали, что подняли зверя, встали на след и гонят на засаду. Командиры фланговых групп ускорили охватывающее движение, чтобы окружить и не дать уйти нашим неизвестным пока ещё "друзьям".
И вот сидит у меня гвоздём в голове какая-то мысль. Вроде пилим всё, как по нотам, словно скрипач Моня на еврейских похоронах, но, ссука, - тромбон фальшивит. Что-то, млять, не так..!
И только минут через десять до меня доходит - ни одного единственного выстрела в ответ. Пацаны поливают чуть ли ни от пуза, а в ответ - тишина.
Старый, Дрюня, Муля и я шли с резервной группой по центру. Вдруг от передовой группы - зелёная ракета, что означало - "Мы их видим ! Сидим у них на хвосте..!". Мы дружно рванули вперёд.
Не в пример нынешним денёчкам, бегал я тогда значительно шустрее и не норовил посыпать за собою песчаную дорожку. Да и вообще, был значительно выше ростом, гораздо шире в плечах, блондин - голубые глаза, а трава была зеленее, солнце ярче, а девки, соответственно, гоорааздо
привлекательней и желанней. Минут через пятнадцать бега впереди стали мелькать сквозь заросли чужие силуэты.
Взвилась над кронами деревьев сдвоенная ракета. Всё...! Круг замкнулся.
Добежали почти до места засады - выстрелов НЕТ. Засада молчит, демонстрируя кладбищенскую тишину в полночь.
Выскакиваем по тропе на полянку и тихо впадаем в ступор.
Почти три десятка народу, половина которого в чужом навороченном камуфляже, катаются по земле в диком припадке смеха. Вы представляете, КАК людей надо развеселить, чтобы они в подобной ситуации бились в развесёлой истерике, щедро разбрасывая вокруг себя оружие и амуницию ?!
Я всмотрелся в развернувшуюся передо мной картину и меня СРУБИЛО. Сидя на родной и удобной пятой точке, тупо икая и подхихикивая, я имел счастье наблюдать наиредчайшую картину - АБСОЛЮТНО БЕСПОМОЩНОГО МОСЮ.
Мося висел примотанный к дереву шестиметровым питоном, который явно и очевидно был крайне заинтересован вкусовыми качествами Моси, поскольку его рука по самое плечо уже была в пасти питона и тот старательно точил зубы о броневую плечевую пластину Мосиного заказного бельгийского бронежилета, которым наш друг очень гордился ( и как оказалось - не зря..! ).
Но самое весёлое оказалось не в этом. Под деревом расположился громадный муравейник, население которого в данный момент проявляло активный повышенный гастрономический интерес к обоим участникам воздушной гимнастики.
Два незнакомых аборигена при помощи троих незнакомых бойцов, вцепившись в хвост питона, где у него, как известно, расположена его мужская краса и гордость, пытались стащить его с дерева и с Моси, который осознав, что молчание уже - не золото, издал такой дикий рёв, что если бы его мог услышать легендарный Тарзан ( не путать с мужем Королёвой ), то побочный сын обезьяньей любви просто удалился бы тихо писать в кусты, с видом нашкодившего пуделя.
Я Вам доложу, картинка была ещё та...! Двухметровый стокилограммовый бугай, с рукой в пасти питона, завывая и матерясь нос к носу с питоном, норовит выплюнуть в наглые питоньи "зенки" всю горечь и унизительность своего положения. Судя по обтекающей морде питона, со слюноотделением у Моси всё было в порядке. Как говаривал впоследствии Вжик - " Хера ли нам та Африка...? Мы носорога затоптали и питона заплевали..!".
Когда орущего Мосю наконец-то избавили из питоньего полона, я осмотрелся. На поляне, среди великолепно экипированных бойцов, двух местных аборигенов и двойки явно сугубо штатских граждан -
стояла ОНА. Валькирия...! Одна из САМЫХ красивых женщин, что довелось мне увидеть за свою богатую на события жизнь.
Женщина немыслимой красоты. Здесь, сейчас, в джунглях Африки - стояла и улыбалась, непринуждённо опираясь о снайперскую винтовку, БОГИНЯ КРАСОТЫ, ШАРМА и ОЧАРОВАНИЯ...!
Вернулись мы в лагерь уже вместе со спасителями Моси. Познакомились, сели у костра и в процессе общения начала вырисовываться вот такая картинка. Свела нас беспокойная судьба с бельгийскими наёмниками, которых нанял присутствующий здесь же работодатель, у которого ошалевшие от безнаказанности негритосы умудрились украсть дочерей-близняшек по 14-ти лет от роду. Мужик сильно обиделся и в складчину со своими родственниками нанял неслабую команду профи, которые и "подняли" всю инфу по группировке работорговцев и отследили местонахождение искомых дочерей. Оказалось, что они уже сбегали к основному лагерю группировки и, уткнувшись в целый батальон охраны, отходили к упомянутому мною ранее городку с целью поискать помощи и союзников. Вышли из джунглей, а городка-то и нет !
Зато мы - как на блюде, во всей красе. Они, оказывается, долго вокруг нас кружили, слушали радиообмен и разговоры у костров.
Уяснив себе кто мы, куда мы и зачем, решили упасть нам на хвост, а дальше - уже по обстоятельствам.
Экипированы были ребята - нам и не снилось. По тем временам - просто на уровне фантастики. Когда, убитый горем отец и его брат, попросили разрешения влиться в наш отряд, честно говоря, я не смог найти слов, чтобы им отказать.
Вы когда-нибудь видели, как плачут мужчины ? Нет, не особи в штанах, а настоящие мужчины...? Зрелище, я Вам доложу, довольно жуткое, намекающее на вероятность пожара от горизонта до горизонта и немалое количество скоропостижных кончин в ближайшее время. Любящий отец и дядя, пошедшие в джунгли вместе с нанятым ими отрядом, спасать своих детей - по мне, так это свято и заслуживает искреннего мужского уважения.
А тут ещё и эта Валькирия. Чуть выше среднего роста, голубые-голубые, как чистое небо Италии, глаза, копна волнистых светлых волос ( как она только с ними в джунглях и управлялась-то..) и фигура Богини. Скинула с себя камуфляж и попросилась под наш импровизированный душ, оставшись в шортиках и маечке.
Слышали когда-нибудь, как полтораста мужиков одновременно слюну сглатывают ? И при этом из каждого мужского глаза торчит по маленькому половому члену ?
Пока она принимала водные процедуры, командир бельгийцев, представившийся Жаком ( я думаю, что он такой же Жак, как я Ромуальд ), рассказал нам о судьбе Валькирии, которую в миру звали Ани. Дочь одного из самых состоятельных людей Бельгии, дальняя родственница Королевского Дома на одном из курортов попала в дикий переплёт, где у неё на глазах обкуренные негритосы убили мужа и сына. И вот она уже третий год работала с отрядом по Африке. По словам Жака, снайпером она была , что называется, от Бога, деньги её не интересовали напрочь, к мужикам была холодна, как примороженная самка пингвина, но как боевой товарищ - была выше всяких похвал.
Пока мы не торопясь обсуждали аспекты нашего совместного сосуществования, пацаны под руководством Старого сподобились сотворить кулинарный шедевр из питона, которого Муля величал "Мосиной добычей", а никак не могущий угомониться Вжик - "мосинка", намекая на созвучность наименования знаменитой винтовки и словосочетания " Мосин Каа" ( тем паче, что питон оказался самкой, что ещё очень долго "икалось" Мосе на дружеских посиделках ).
Надо ли говорить о том, что пацаны носились вокруг Ани, как наскипидаренные ? Поставили отдельную палатку, за которой тут же отрыли отдельный персональный туалет, поголовный отказ от нормы шоколада в пользу Валькирии привёл к тому, что к вечернему кофе Ани заполучила килограмм десять любимого горького шоколада. Предупредительность пацанов, расстроганных рассказом Жака не имела границ. Когда Мотя с Бугаём приволокли ей к костру чудом приготовленный на костре мини-тортик, эта грозная воительница вдруг зашмыгала носиком - " Русские. А я тёте не верила....".
После наших расспросов , Ани рассказала, что её любимая тётушка замужем за русским и это самая счастливая семейная пара, которую она когда-либо видела. Тётушка регулярно ей рассказывала, что где-то в страшной и далёкой России, где круглый год лежит снег, а по улицам бродят медведи, живут настоящие мужчины, только за которых и имеет смысл выходить замуж.
Естественно, никто из нас Ани переубеждать не стремился.
Утром, ещё перед рассветом мы снялись с лагеря и пошли к своей конечной цели.
На шестнадцать человек нас стало больше.
На пятый день точно по графику мы вышли к большой реке, вниз по течению которой километрах в десяти и находилась цель нашего похода.
Думаю, что не стоит даже и говорить о том, что Ани не дали нести даже свой рюкзак.
Встали лагерем, масаи порскнули на разведку, а мы, раскинув по сторонам секреты, занялись обустройством быта. Вернувшиеся на закате масаи принесли нерадостные новости. В десяти километрах от нас стоит целый форт с батальоном солдат и при бронетехнике.
Охраняют они большой лагерь, с бараками и вышками, в котором самое малое тысячи полторы народу только рабов. Решили, что утром пойдём всё смотреть сами - Старый , Муля, Дрюня с Мосей, Жак и я.
Ночь проспали, как заготовки для Буратино, а утром, наскоро позавтракав, тронулись в путь.
Подобравшись к чужому лагерю, мы конкретно приуныли.
Двойной забор из из двух рядов "колючки", между которыми бегает с десяток недругов тихого проникновения - доберманов, четыре вышки с пулемётами, шесть пулемётных гнёзд, обложенных мешками с песком, по периметру за проволокой - окопы полного профиля, на площадке за бараками - два миномёта, по углам лагеря вкопаны четыре броневика с торчащими стволами крупнокалиберных пулемётов. В общем, одна сплошная дружелюбная радость, со слезами на глазах.
Лагерь окружён с трёх сторон, а с четвёртой стороны примыкает к реке, в которой полным полно зубастых "охранников-рептилий".
В карауле и на постах не меньше взвода солдат, да и по лагерю около двух сотен разномастной вооружённой публики шастает. В бараках солдат - на вскидку человек восемьсот.
Отдельно "колючкой" обнесены бараки с рабами. В центре лагеря штабной барак с вышкой, на которой раскорячился пулемётчик.
Одна радость - масаи сразу вычислили все шесть замаскированных в джунглях караульных "секрета". Мы зарисовывали и записывали свои наблюдения, а Жак снимал на камеру.
Что охрана творила с рабами я даже, честно говоря, не хочу ни вспоминать, ни описывать. Скажу только, что по мне так немецкие концлагеря - детские шутки по сравнению с этим.
Бродящих по лагерю охранников и надзирателей, изредка "на скоротушку" отвлекающихся на юных пленников и пленниц, я бы в сословие людей не занёс бы. Пацаны просто скрипели зубами, наблюдая за происходящим. Я очень опасался, что кто-нибудь может не выдержать и начнёт пальбу.
Мы уже неделю вели наблюдение за лагерем работорговцев, а никакого здравого плана захвата лагеря никак не нарисовывалось. Переть же на лагерь в лоб, изображая лихую красногвардейскую атаку, было равносильно суициду. Каждый вечер у костра мы прикидывали варианты, но ничего по прежнему не лезло в голову путного. А, время шло. Риск быть обнаруженными противником возрастал с каждым часом. И так уже удерживали родителей-бельгийцев из последних сил. Не надо им было видеть то, что происходило в лагере, не надо.
И тут, как ни странно, дуэтом выступили Вжик и Старый - " Пацаны, Вы, конечно, атаманы, но что-то Вы лишнего мудрите.
Понятно же, что в лагерь только одна дорога - по воде, другой - нет.
Вот, на хрен, и думайте, как по воде подобраться, да что дальше делать, а то мы дождёмся, что они к нам в гости припрутся... ".
С утра Мгопо с двумя десятками народа отправился заготавливать какую-то траву, которая оказывается резко отпугивает крокодилов при попадании в воду.
Старый с Вжиком и Баламутом, пособрав каких-то корешков и трав, ушли подальше от нашего лагеря варить какое-то чудо-зелье.
Пролетели два дня подготовки. Пацаны, которые ходили в наблюдение за рабским лагерем, пребывали в абсолютно неадекватном состоянии, насмотревшись на развлечения охраны, что могло привести к неконтролируемому взрыву в любой момент.
Тянуть больше не имело смысла. Ночью мы тихим сапом заняли позиции вокруг лагеря, Вжик, Баламут, Мгопо и Старый вместе с Мосиной снайперской группой и масаями, накидав в воду выше по течению жутко вонючей травы, полезли в воду.
Особо живописать подробности грянувшего мероприятия, как Вы понимаете, желания нет. Караулы и секреты вместе с собаками тихо поснимали из "бесшумок", а весь народ в бараках закидали гранатами и бутылками с "коктейлем Молотова", что три дня мастерили пацаны под руководством Тотоши и Самоделкина. Тех, кто успевал выпрыгнуть в окна, принимали на стволы в упор, так что через полчаса основное веселье закончилось. С рассветом лагерь перестал существовать, только догорали бараки, да в воздухе воняло кровью и смертью. Тем моим читателям, кто хоть раз в жизни сподобился столкнуться с войной, наверняка знаком этот специфический "аромат".
Начали вытаскивать из ям и бараков людей. И тут пацанов проняло. Те из ребят, кто был с нами в Нигерии, хотя бы могли представить, что они сейчас увидят, а вот остальные явно оказались не готовы.
Среди полуторотысячной толпы бывших рабов, хорошо если набиралось с десяток человек возрастом под тридцатник, а так - основная масса дети от 8 до 16 лет. А уж про физическое состояние - говорить не хочется. Половина и ходить-то не могла.
Не дай Вам Бог когда-нибудь столкнуться с подобным. Когда к Вам лезет обниматься 14-летняя девочка, давясь слезами, и кривя рот, в котором специально повыдерганы ВСЕ передние зубы - поверьте мне, все мысли о гуманизме и толерантности куда-то, на хрен, испаряются и ты только жалеешь об одном - что гниду, сотворившее такое, можно убить только один раз.
Когда за Вами на четвереньках ползает полуобезумевшая 22-летняя абсолютно седая девчонка, норовя расцеловать Ваши сапоги и как заведённая воет - " Мальчики, мальчики....", а из ям выползают и выползают ДЕТИ, кидаясь целовать Вам руки - поверьте, недолго и самому "крышей отъехать".
Троих хозяев этого "оздоровительного" лагеря Старый со Вжиком умудрились взять живьём и утащили их в сторону от лагеря для вдумчивого и подробного "общения". Муля с Мосей в темпе пытались организовать кормёжку и помывку бывших рабов. Мотя с пацанами таскали трупы к реке, устраивая крокодилам праздник живота.
В одном из бараков отыскались сестрёнки - бельгийки и оттуда раздавался мужской полуплач-полувой.
Несколько девчонок постарше ( к сожалению не помню их имён) кинулись обихаживать малышню и по моей просьбе составлять списки. Если в этой истории и есть перед кем надо встать на колени, то это - эти девочки. Сами избитые, замордованные, голодные, они, как куры-наседки над цыплятами, хлопотали над детьми, находя для каждого ребёнка доброе слово и ласковый жест. До вечера не присели - каждого помыть, раны обработать ( медикаменты у нас стремительно таяли ), накормить и успокоить. А в лагере - полный интернационал ! Кого только нет !
Половина - славяне, часть - европейцы, часть - азиаты и индусы, даже парочка латиносок нашлась, невесть как туда попавших.
Но больше всего удивляло, как они все друг друга понимали без переводчиков, с полуслова.
И вдруг из толпы вырвался пацанёнок лет шести-семи и с диким воплем " Мама-аа...! Мамочкааа...! " вцепился ручонками в Ани. Обхватил её за ноги , вцепился - не оторвать. Орёт, слезами заливается - " Мама...! Мамочка..! Ты меня нашла..!".
Не знаю , кто как, а я столбом встал !
Ани на колени упала, обхватила пацанёнка, к себе прижимает, чего-то по французски лопочет, а из глаз - слёзы ручьём.
Вцепились в друг дружку - не оттащить, не оторвать ! Что-то лопочут друг другу взахлёб, навзрыд. Один - по русски, вторая - по французски и оба всё понимают. И самое невероятное - она его сразу Сержем назвала. И только потом выяснилось, что его Серёжей зовут. Пацан скулит, по лицу Ани гладит, та его пальцы губами ловит и ревёт белугой. Девчонки попробовали пацана от Ани оторвать, так та за ствол схватилась.
Вечером ко мне подошёл Жак и, кося глазом на обнявшуюся парочку возле костра, что никак не могли наговориться на русско-французской речи, смущённо спросил - " Что делать будем, Гризли..?". К тому времени я уже знал, что родителей маленького Серёжи ещё месяц назад скормили крокодилам, после того, как
мама его вскрыла себе горло осколком стекла, а папа кинулся на охрану. Глянул я на Ани с Серёжей, что за день не расстались ни на секунду, словно прилипли друг к дружке, и спросил - "Ты их разорвать сможешь..?". Жак округлил глаза и вскинул в ужасе руки.
Что мне оставалось сказать - "Вот и я не смогу..! Кто мы с тобою , брат, чтобы спорить с Божьим промыслом...? ".
Вот так и появился наследник древнего герцогского титула с русской кровью в жилах. Правда у него потом появилось ещё два брата и три сестрёнки русских кровей, а друг наш Бугай сподобился стать папой шести детей голубых кровей, но это уже совсем другая история.
Целый день , мотаясь по лагерю, я всё никак не мог понять - что за шепоток за спиной - " Белые волки, белые волки". И только уже вечером, сидя у костра и чуть ли не с ложки кормя ухайдокавшихся вусмерть девок, я услышал от них новую африканскую легенду. Оказывается, после наших похождений в Нигерии, по всем борделям и рабским лагерям Африки пошла гулять молва о том, что где-то в далёкой России создан отряд спец.наза " Белые Волки", который прилетает время от времени в Африку и "разбирается" с сутенёрами и рабовладельцами. И рисуют бесправные замордованные женщины и дети на стенках рабских бараков и портовых борделей оскаленные волчьи пасти , кто как умеет. Вы представляете до чего надо довести людей, чтобы подобные сказки становились их мечтами и последней надеждой...?
С лёгкой руки дуркаватого Вжика и Мгопо, десяток пацанов, в память об этом нашем африканском вояже, понаделали себе на предплечьях татушек в виде оскаленной волчьей пасти в росчерке африканских узоров, когда вернулись в Ригу. А за ними уже и остальные понаделали - дурной пример заразителен. Самое смешное, что и бельгийцы себе такие же понаделали.
А уж масаи - так те ещё у меня и разрешение спрашивали - можно они себя так наградят ?
Так что, вдруг тебе, мой дорогой читатель, где-нить на твоём жизненном пути встретится мужчина с оскаленной волчьей головой на предплечье - значит ты встретил кого-то из моих братьев.
И пусть тебя не пугает волчий оскал на плече. Тот кто его носит -
настоящий человек.
И всё-таки Земля достаточно тесна для определённого круга людей.
На третий день к нам в лагерь прилетели две "вертушки" с ооновскими миротворцами, которые оказывается в двухстах километрах от нас кого-то от чего-то охраняли. Их командир, вояка американского разлива долго и старательно тряс нам руки, улыбался и лез обниматься. А вот прилетевший с ним его заместитель с чего-то начал на нас с Мулей щуриться, словно прицеливался. Посидели, поговорили - нормальные ребята, хоть и янкесы, ну да вояка вояку всегда поймёт. И пошли вертушка за вертушкой, перебрасывая к нам в лагерь продукты, воду и медикаменты.
Надо отдать ребятам должное - нас просто завалили всем необходимым.
К нам перебросили с десяток врачей из миссии "Красного Креста", которые, как проклятые, трудились день и ночь , борясь за каждого пациента.
А заместитель, представившийся Джоном Смитом ( это всё равно, что Иван Иванов...), у которого просто поперёк лба было незримо намалёвано "Сделано в Лэнгли", продолжал неустанно на нас щурится.
Мы уже с Мулей не выдержали и тихонечко поинтересовались у мистера Смита ( который такой же Смит, как я - Бельведерский ) - что он на нас такого интересного углядел, что прямо глаз оторвать не может...?
И вот тут-то Джон нас сильно удивил. Он вдруг неожиданно улыбнулся - " Парни, а я ведь Вас знаю..! Я за Вами полтора года назад два месяца в Эквадоре по сельве бегал. Вы же от меня тогда чудом ушли.".
Мы с Мулей переглянулись и давай ржать - " Так вот кто нам в Эквадоре жизнь испоганил.. ".
Обнялись, как старые друзья, а то до этого только в оптику друг друга видели.
Вечерком сели у костра, накатили водочки под шашлычок, вспомнили, как в Эквадоре отбивали пацанов у местных герильерос, а потом нас там два месяца по сельве гоняли янкесы , чтоб они вместе с Джоном были здоровы.
Вот тут-то Джон нас и озадачил - " Парни, Вы даже себе представить не можете, как мы Вам благодарны. Мы до этой местной сволочи год подобраться не могли. Всё знали, а вмешаться прав не имеем, а тут Вы. Но теперь имеем большую проблему - спутники показывают, что местные обкладывают весь район. Вы по ним сильно ударили, вся африканская пресса и телевидение на ушах стоит. Они Вам уйти не дадут. Уже сейчас район почти дивизией оцеплен, а армейцы продолжают прибывать.".
Тишина у костра - мёртвая. Дивизия - это Вам не два раза высморкаться, это худо-бедно тысяч двенадцать-четырнадцать народу при танках и артиллерии, да плюс наверняка ещё и авиаподдержка какая-нить наблюдается.
А Джон продолжил - "И мы Вам, парни, ничем помочь не сможем - как никак, а Вы - незаконное вооружённое формирование, да ещё и вне зоны нашей ответственности.".
Стихийно у костра возник пацанский "курултай". Мнений было много - от прорыва до круговой обороны. Всё бы было ничего - но куда девать полторы тысячи бывших рабов ? И на себе не утащим, и сами не уйдём.
И тут Джон говорит - "Парни, Вы насчёт женщин и детей головы себе не ломайте - мы за завтрашний день их всех к себе в лагерь вертушками перебросим и я Вам клянусь, что каждого, как родного, по домам доставим, сам лично вместе с интерполовцами всё проконтролирую. ".
Пацаны радостно загомонили, а Вжик вдруг съехал на одесский слэнг - " Ну, мляти, сами напросились..! Пацаны, давайте им сделаем всплакнуть. ".
И главное - все были только "ЗА".
Всю ночь Джон просидел с нами, утрясая детали предстоящего веселья.
На следующий день в лагере началось светопреставление - одна за одной садились вертушки, куда грузили народ, а выгружали боеприпасы. Женщины и дети хватались за нас и отказывались улетать. Крик, ор, плачь - хоть уши затыкай. Посреди лагеря, размахивая кулаками, надрывался ором Бугай, поминая всех моих и Мулиных родственников колена до четвёртого. Его вместе с Ани и Серёжей отправляли к янкесам.
Тут мне , наверно, надо бы было прояснить происходящее. Всё дело в том, что с момента появления Ани в нашем отряде, Бугая словно подменили. Обычно шумный и резкий пацан стал вдруг тих и задумчив, таскался за Ани, как тень отца Гамлета за папашей вышеупомянутого принца, не взирая на буйные протесты красавицы-наёмницы, навьючил на себя её рюкзак и боеприпасы, а уж когда он притащил из джунглей букет каких-то одуряюще пахнущих цветов и уложил его рядом со спящей Ани - пацаны и бельгийцы начали поглядывать на Бугая с жалостным сочувствием.
На последнем переходе к лагерю Ани умудрилась потянуть ногу. Так Бугай пёр её на себе вместе с барахлом километров сорок. Причём, на все наши попытки хотя бы его разгрузить, отвечал матерным лаем и непотребными ругательствами, словно мы пытались лишить его самого дорогого в жизни.
В одну из ночей, обходя караулы и секреты, я наткнулся на эту парочку -
Бугай спал, положив голову на колени Ани, а та сидела и перебирала его волосы и что-то ему шептала. Если бы Вы видели её глаза ! За такой взгляд на себя любой нормальный мужчина молча встанет и пойдёт умирать.
А, спустя пару дней, уже в лагере, когда Бугай с Тотошей и Самоделкиным возвращались с охоты, Серёжка , встречавший их на краю лагеря, обнялся с Бугаём и рванул к Ани с криком - " Мама, мама, папа с охоты вернулся.".
На наших глазах рождалась СКАЗКА. С настоящей принцессой и мужественным рыцарем, с найдёнышем-сиротой, которых объединила ЛЮБОВЬ. Настоящая, чистая, человеческая.
И было общее решение пацанов - Бугай и Ани с нами не идут..!
В полтора десятка глоток матерились и орали пацаны, которых тоже оставляли у миротворцев. Оставляли всех подраненных и ушибленных.
Посреди лагеря размазывал по лицу злющие слёзы Скипидар, обещая нам с Мулей припомнить это, хотя и сам понимал, что два сломанных ребра, с которыми он мучился ещё со стычки в городке, поймав две пули в бронежилет, никак не позволят ему выдерживать темп движения наравне со всеми.
Весь этот мат и крик неожиданно прекратил Мося, который в многомудрости своей иногда выступал в качестве Каа нашей стаи - " Пацаны,
в Риге остался бизнес, жёны, дети, родители и подруги - Вы чё хипишуете..? Кто-то должен будет за всем этим кагалом приглядывать, если вдруг нам фишка ляжет тут прижмуриться. Всё - хорош истерить. Так карты легли, давайте прощаться..! ".
Переобнялись все, включая и масаев со Старым и Мгопо, пацаны плачут, девки пооддаль стоят ревут, у янкесов глаза повылазили, вот-вот тоже в плачь ударятся.
Всё. Всех спровадили, лагерь затих и мы все собрались вечером у костра, что уже как бы становилось традицией.
И тут Старый от лица всех масаев предложил нам ПОБРАТИМСТВО. Я, честно говоря, сначала даже слегка опешил. Надо Вам заметить, что к побратимству в Африке, а особенно у масаев и зулусов, отношение самое что ни на есть серьёзное и предложение побрататься с белыми людьми - событие из ряда вон !
Когда по кругу пустили братину с общей кровью, у Джона, который оставался с нами в лагере, отвисла челюсть, а глаза норовили покинуть отведённое им природой место. Судя по тому, как он осторожно и уважительно обращался к Старому, чьи амулеты и регалии висели на шнурках поверх броника, Джон явно понимал, что такое Верховный шаман племенного союза масаев, каков его авторитет и что он может устроить в случае чего. Короче, похоже было на то, что промотылялся Джонни по Африке не год и не два.
На его осторожные вопросы Старому по поводу неожиданного для него наличия масаев в составе русской команды, Старый заставил его сильно призадуматься, заявив с самым непосредственным видом - " А, где, по твоему, должен находиться шаман рода РУССКИХ масаев, когда его братья творят справедливость ?! ".
Должен Вам искренне признаться, я давненько не получал столько удовольствия, глядя на выражение лица мистера Смита.
Видимо в ЦРУ никогда даже и не слышали ( впрочем, так же, как и мы ) ничего о роде русских масаев посередь Африки. Так что, думаю, очередное донесение руководству Джона, было достаточно занимательным чтивом.
А тут ещё взгляд Джона зацепился за филиппинский амулет Вжика, который тот время от времени цеплял себе на шею, пытаясь экстравагантным видом последнего, подвигнуть Старого на какой-нибудь обмен шаманскими амулетами. Джонни возьми и сдуру поинтересуйся у Вжика - мол, а это что такое ?
Кто читал моё рассказ о том, как мы на Филиппинах в поход за жёнами ходили, помнят этот амулет, которым Вжика настоятель монастыря наградил. Поскольку Вжик повадился со Старым у костра покуривать разные странные смеси, что явно способствовало его неописуемому красноречию, то Джон заполучил в ответ на свой вопрос красочное изложение героической эпопеи с разгоном тысяч филиппинских повстанцев, штурмом ,затеряных в джунглях, монастырей и сотнями немыслимых красавиц, валяющихся у ног Вжика. Слушал Джон всю эту "бредь" широко распахнув рот. Пацаны, кто был с нами Филиппинах, тихо ржали, вспоминая "героизм" Вжика.
Ровно в полночь на воду сел гидросамолёт и за ночь в три захода нас перебросили за полтораста километров в тыл армейскому оцеплению.
Может кто-то и решил, что мы должны бы были драпать из тех мест быстрее собственного визга, но у нас были совсем другие планы.
И пошли мы, тихо крадучись, по тылам, жаждущей с нами встречи, дивизии местной национальной гвардии.
Тихонько, на мягких кошачьих лапах.
Теперь мы шли не вслепую. Благодаря шифрованной связи с Джоном, мы чётко выходили на нужную нам цель - штаб дивизии, где по полученной нами информации кучковались все руководители преступного картеля работорговцев и их "крышеватели". На второй день Джон вышел на связь и сообщил, что местные вояки героическим штурмом взяли лагерь и сильно были удивлены нашим там отсутствием. Поднялся дикий "хипишь" и местные в спешном порядке выкидывают на вертушках поисковые группы за двести вёрст от лагеря в надежде перехватить нас на отходе. Ни в одну многомудрую кучерявую голову почему-то не смогла закрасться мысль о том, что мы можем кинуться обратно в поисках встречи с людьми, на деянья рук которых мы успели налюбоваться, впечатлившись ими до зубовного скрежета.
В общем, сработал стереотип мышления никогда всерьёз не воевавших дядечек в погонах - нас много, у нас есть большие пушки,
поэтому мы жутко страшные.
Опять же, сказалось и то, что до этого они никогда не сталкивались с ОЧЕНЬ разозлёнными русскими отморозками, которые в наивности своей не успели забыть главную заповедь своих непутёвых предков - "Око за око" или, как выразился пафосно-велеречивый Вжик, цитируя Александра Невского - " Кто к нам , на куй, пришёл, тот на него и присядет..".
Не буду долго расписывать все наши трудности, пока мы неделю подбирались к главной цели, тихим сапом передвигаясь по буйному празднику флоры и фауны, что среди неуёмных оптимистов называется простым словом "джунгли". ( чтоб они там всю жизнь гуляли..! ).
К концу шестого дня мы вышли к штабному городку, состоящему из трёх десятков палаток и десятку переносных разборных домиков.
удивлению нашему не было предела. Вся охрана штаба неслась силами одного взвода полусонных бойцов, но при этом при штабе функционировал на полную мощность офицерский бордель.
Было такое чувство, что эти макаки на пикник с поебушками собрались, а не на боевую операцию.
Сказать, что мы таким пренебрежением к своим персонам оскорбились, будет неправильным. Мы просто пришли в неописуемую ярость !
Это что же творится на белом свете, позвольте Вас спросить ?
Мы, как распоследние "адиёты" ползаем по джунглям, потея без меры и не имея даже возможности справить свои естественные надобности без риска быть укушенными за самые лелеемые интимные места наших молодых организмов, старательно делая вид, что нас тут нет, а тут какие-то, пардоньте, не сильно военнообразованные и абсолютно к нам недружелюбно настроенные граждане, играют целыми днями в дочки-матери на деньги, ублажая себя контактным общением и прохладительными напитками.
И где, скажите мне на милость, в это время спала Её Величество Справедливость ?
Что же это такое ? В то время, когда мы на полном серьёзе воспринимая местное гвардейское воинство, парились в брезентовом камуфляже и брониках, эти, с позволения сказать, крупные и видные военоначальники и политические деятели развлекали свой тяжкий воинский досуг белыми рабынями, окружив себя аж целым взводом лоховатой охраны.
Такого пренебрежительного оскорбления мы снести не смогли.
Не мудрствуя лукаво, мы окружили этот негритянско-цыганский табор и через десять минут там осталось только трое ещё дышаших лиц, оставленных нами для вдумчивого и откровенного собеседования.
И тут из домиков повыскакивало десятка два девок, плача и завывая на все голоса - " Волки пришли..! Белые волки..!".
Нимало не стесняясь присутствием под ногами двухсот живописно раскиданных не совсем живых тел, девчонки лезли обниматься и целоваться.
Муля, тщательно скрывая радость от возникшей проблемы - "что делать с девками...?", начал их бегом ровнять и строить.
И тут вдруг один из связанных пленников, старательно тараща ошалевшие глаза, умудрился сипло поинтересоваться - "Парни, Вы - кто...?".
Тяжко вздохнувший Вжик, обведя глазами девичью суету, счёл необходимым проинформировать будущего покойника -
" Кто, кто..? Не видно, что ли ? Мы - национальный фронт освобождения африканских млядей от сексуального рабства...!" и гордо удалился в генеральский штабной туалет.
Вот, как мы ни старались, а всё-равно всё время превращались в какое-то подобие смеси цыганского табора с передвижным борделем. Нам драпать надо, а куда тут тиканёшь, когда у нас на руках опять три десятка измордованных девок, что еле-еле ноги таскают. Опять такая же картина - кто попереломанный, кто с голодухи вот-вот пухнуть начнёт, в ожогах - почти все.
Я, честно говоря, с той поры крайне отрицательно стал относится к манере некоторых господ тушить сигареты об женские тела - не поверите, рука так и тянется затвор передёрнуть.
В общем, вместо того , чтоб скорым маршем чесать по джунглям в сторону океана, мы опять неторопливым табором побрели к реке, где по радиодоговорённости Джон со товарищи должны были забрать у нас девчонок.
Вышли к реке, дождались гидросамолёт, сдали гарем Джону под опись и шустренько рванули обратно в джунгли.
Чешем волчьим шагом - шум стоит. Пыхтим, как кони на пашне, один Вжик на бегу лыбу давит от уха до уха.
Спрашиваю - "Ты чего скалишься ?", а он - " Ещё чуток, я вообще умываться перестану - девки всего на прощанье обслюнявили..! ".
И ведь правда. Девчонки, возраст которых 14-20 лет, по сути дети ещё, угодившие в этакую жизненную задницу и уже собравшиеся здесь и помирать, наше появление воспринимали, как сказочное чудо, ну и в силу своей женской логики, пытались как-то отблагодарить, что ли, а когда пацаны от них шарахались - даже где-то обижались. Ну, не скажешь же ты женщине, что она у тебя иных желаний не вызывает, кроме , как поплакать на неё глядючи.
У кого глаз синяком заплывший, что ни грудь - пятерня синяя отпечаталась, ожоги по всему телу, пальцы на руках почти у всех попереломаны - торчат во все стороны, стройности все неописуемой - анатомию изучать можно, передние зубы у всех повыдерганы - как улыбнутся, выть хочется.
Лагерем у реки стояли, присел у костра покурить перед сном - подходит девчушка, встала передо мной, хламиду с себя скинула и шепчет тихонечко - "Ты меня хочешь...?".
Господи, Боже..!!! Стоит вся , как в шкуре леопардовой - вся синяками и ожогами попятнанная, на теле только и торчат - два соска и ключицы, коленки уголочками, улыбнулась - во рту только розовые дёсны, как у младенца.
Сгрёб её на коленки, сидим вдвоём и плачем ! По голове её глажу, да сказку рассказываю - прилетит за Вами завтра красивый самолёт, отвезёт Вас к добрым людям, где Вас подлечат, накормят и оденут, а потом ты полетишь к МАМЕ. Девчушка заснула, во сне улыбается дёснами розовыми, слюнка со рта потекла, а я сижу, слёзы с глаз сыпятся, скривило всего - думаю, только бы крышу не рвануло. Слава Богу, Старый прибежал - какими -то травками отпоил.
Вот такие у нас с друзьями воспоминания о романтических ночах под звёздным африканским небом.
И как бы мы не гнали от себя эти картинки, а у пацанов крыши время от времени рвало, поэтому некоторые представители бизнеса работорговли помирали не шибко лёгкой смертью.
Может кто-нить и осудит нас за излишнюю жестокость и кровожадность, но я вот, что Вам скажу, толерантные Вы мои -
попробуйте сначала посетить хоть раз филиал ада припортового африканского борделя, что в Африке зовутся домами любви, полюбуйтесь красотами белых юных проституток, с вечно живущим неистребимым ужасом в глазах, а потом мы с Вами поговорим про гуманизм и толерантность.
В общем , уходили мы в отрыв со всей возможной скоростью, но судя по сообщениям Джона, кто-то на нас робких и застенчивых похоже сильно обиделся - обкладывать нас начали со всех сторон по всем правилам облавной охоты. Через неделю стало понятно, что нас норовит посетить окончательный "кирдык" - нас взяли в плотное кольцо.
Кое-кто из пацанов начал насвистывать "Варяга" и переодеваться в чистое.
Вжик, как обычно, начал филосовствовать - "Рабочий ствол, пара цинков патрон, десяток гранат и друг за спиной - что
ещё надо мужчине, чтобы встретить ПРЕЖДЕВРЕМЕННУЮ старость...?".
И тут ко мне подошёл вдруг смущённый Старый - "Гризли, есть тут одно место, куда они возможно побояться соваться. Но место странное и, честно говоря, я его и сам боюсь. Странные там вещи временами происходят - люди и животные пропадают, иногда время шалит, охотники трупы каких-то неизвестных животных находят. Но оттуда есть подземный туннель, по которому можем далеко уйти, аж на другой берег реки - тянется он километров 80-90.".
Я дико удивился - "Старый, это что, ещё один подземный город, где мы с тобой были...?".
Старый призадумался и выдал - "Не, друг мой Гризли, это - совсем другое.".
Вариантов у нас всё-равно не было, окромя, как героически помереть посреди буйства африканской растительности, поэтому ночью перед рассветом мы выдвинулись к "странному месту ".
Отмахали километров пять и как-будто в другой мир попали - вроде и деревья такие же и растительность та же, ан нет ! Тишина в джунглях - прямо мёртвая, ни птиц, ни обезьян не слыхать, как будто звук отрубили.
А потом начались развалины - то кусок фундамента из земли торчит, то кусок обрушенной стены, то арки каменные из кустов торчат. И главное - всё это из огромаднейших гранитных блоков сложено. А откуда здесь гранит взялся - бог весть.
Тропы нет, сквозь заросли прорубаемся. Намахались мачете - руки отваливаются. Тут-то Старый нас к остаткам какой-то башни и вывел. Глянул я, мама дорогая, башня-то из гранитных кубиков сложена с гранями метров по десять. Кто и как их ворочал ?
На третьем ряду кубиков - бойницы во всю толщину, непонятно как и сделаны. И такой древностью от всего этого веяло - аж мураши по спине. И чувство такое подспудное - как будто нас кто-то разглядывает, присматривается.
Попытались связаться с Джоном - нет связи, даже эфирного шума нету.
Сзади, где оставили заслон, короткими очередеми зашёлся пулемёт, пару раз гранаты бумкнули. Пару раз снайперка кашлянула и тишина. Прибежали пацаны из заслона, говорят, что погоня за нами сюда не пошла , но начали прибывать части и брать нас в кольцо, явно собираясь навалиться на нас всем скопом.
Мы по периметру развалин позиции позанимали, ждём, благо боеприпасов на себе припёрли - на две полномасштабных войны хватит. Тяжёлой артиллерии у супротивника нет, её сюда месяц тащить надо, а миномёты нам в этих укреплениях - как слону блохи.
Да и Старый сказал, что это место у местных - табу.
Часа через полтора на нас попёрли. Зря это они, конечно, затеяли. Переть дуриком на такие позиции, где засели ребята с достаточным запасом боеприпасов и имевших время на постановку мин - явно была идея не военного гения.
С учётом фанатичной привязанности Мули и Моти к МОНкам ( мины направленного действия), первая волна атакующих кончилась минут через пятнадцать вместе с окружавшими нас зарослями.
За первой волной пошла вторая. Было такое чувство, что эти ребята решили нас поразить насмерть видом своей героическо-бестолковой смерти. То ли они укуренные были, то ли пьяные, но пёрли на наши пулемёты , как на романтическое подростковое свидание - губы трубочкой, ладошки потные, мозг в ширинке заблудился, а презерватив забыл дома. Садили мы по ним в упор на расплав стволов. Наше счастье, что у нас по 4-5 стволов на нос было, а то бы заглянул к нам пушистый северный зверёк - песец.
В общем до вечера мы оприходовали шесть атак. Народу навалили тысячи под две, и всё это к вечеру начало ощутимо попахивать
В общем, все главные прелести войны налицо - жара, мухи, жажда и ВОНЬ.
К вечеру развели костёр, поели, экономно побаловали себя водичкой и Муля с неугомонным Вжиком, забрав весь запас взрывчатки, вместе с масаями уползли знакомиться с лагерем противника. Мося со своими снайперами пошёл за ними, вроде как за день не настрелялись ещё. Учитывая, что рядом со мной целый день развлекался Самоделкин со своим чудо-пулемётом, я пребывал в полной уверенности, что со мной все почему-то шёпотом разговаривают, хотя судя по напряжённым рожам и выпученным глазам, должны бы голосить во всю мочь.
Спасибо Старому - помял мне шею, чего-то где-то надавил и слух вернулся. Как выяснилось, вернулся он слегка преждевременно, потому что через час в стороне вражеского лагеря так ЗВЕЗДАНУЛО, что мы аж на жопах сидя подпрыгнули.
Вернулись довольные пацаны и Муля выдал прогноз о том, что завтра нам атаки ждать не стоит ввиду того, что у противника явно намечаются проблемы с боеприпасами, которые как раз сейчас и продолжают взрываться, нарушая наш тихий и мирный сон.
Да и с живой силой у него после сегодняшнего дня и неспокойной ночи - тоже не всё ладно, скорее всего будут подтягивать подкрепления.
Оставив пацанов у костра, Старый потащил меня в глубь башни.
И опять у него получилось меня сильно удивить. Один из блоков в фундаменте с помощью припасённого лома, Мгопо и поминаемой русской матери вдруг провернулся вокруг своей оси, открыв нам лестницу уходящую под землю. Было понятно, что Старый здесь бывал. На мой вопрос - " И что там...?", Старый выдал - "Тоннель. Тянется очень далеко, где конец - не знаю. Но уйти можем километров на 80, а то и 90. Но возможны сюрпризы. Пойдём или не пойдём - тебе решать.".
Вернулись к костру, обрисовал пацанам ситуацию. Обсудили, погомонили и решили завтра ещё порезвиться, поиграть с местными в войнушку, а ночью уходить.
День прошёл на удивление спокойно. Местные вояки целый день разгребали у себя трупы и завалы, устроив нам выходной день.
На наше счастье днём набежали тучки и скупое на влагу африканское небо побаловало нас хорошим часовым ливнем, что позволило нам вдоволь запастись водой, недостаток которой мы уже начали ощущать.
Целый день мы всей командой мастерили факела и всевозможные плошки, прерываясь только на еду. А ночью мы ушли в подземный ход, заметя пальмовыми листьями следы и тщательно закрыв за собой вход.
По ощущениям лестница уходила вглубь метров на 25-30, и в туннеле было достаточно прохладно. Ширина хода была метров 5-6, а вот высота была метров под десять. И пол, и стены, и потолок - всё было облицовано гранитной плиткой, на которой кое-где был лёгкий нанос пыли. Примерно каждые пять километров пути ход расширялся, превращаясь в круглые площадки диаметров метров под тридцать, в стенах которых виднелись какие-то отверстия неправильного сечения и абсолютно непонятного назначения.
В первый день мы отмахали километров сорок и уже собирались встать на отдых, как от передового дозора раздался свист.
Муля, Старый и я рванули на сигнал тревоги к дозору.
На площадке припорошенной пылью чётко виднелась цепочка абсолютно непонятных следов. Каждый след, размером с пару ладоней Мули ( которая в два раза больше моей ) и трёхпалая, словно тут прошла гигантская ящерица, внушал тревогу и опасение.
На мой немой вопрос, Старый только покачал головой, недоумённо приподняв брови. Подошедшие масаи также с удивлением разглядывали абсолютно незнакомые следы, которые уходили к пролому в стене площадки. Отдых, как Вы понимаете, накрылся. Поставив пост у пролома, мы скорым маршем постарались побыстрее миновать непонятное место.
На последнем дыхании дойдя до следующей площадки и выставив усиленный пост, мы расположились на отдых, закусив на скоротушку сухпаем.
Через четыре часа мы двинулись дальше. И вот тут-то начались сюрпризы....
Сначала на стенах начали попадаться какие-то ни то рисунки, ни то надписи, причём сделанные на уровне пояса и непонятно чем.
Потом на стене очередной площадки мы уткнулись в несколько рисунков, один из которых изображал двух человек едущих на спине какой-то гигантской ящерицы, с виду похожей на коммодорского варана. Люди были как-то странно нарисованы, словно это были гномы или карлики, с непропорциально крупными ступнями ног. К тому же рисунок напоминал иллюстрации к сказке про гномов - бородатые и горбатые, но с какими-то странными уборами на головах. Под рисунком шли какие-то закорючки, напоминающие надпись на непонятном языке.
Ещё через одну площадку мы остановились в совершеннейшем обалдении. Вся площадка была попятнана, чётко видимыми в пыли, следами босых ступней здоровенного размера. Следы принадлежали, как минимум, четырём существам, т.к. отличались размерами и характерными признаками. На полу виднелись следы свежей крови ( не более суток ) и следы волочения чего-то тяжёлого.
И всё это обрывалось у стены, как- будто что-то утащили прямо в стену. Как мы ни бились, но следов люка или какой-нибудь полости нам так обнаружить и не удалось. И тут меня подозвал Тотоша и посветив фонариком, молча показал пальцем на предмет торчащий из стены. Больше всего это напоминало хвостовик арбалетного болта, наполовину ушедшего в стену.
Честно сказать, у меня челюсть отвисла. Это с какой же силой должен был быть выстрел, чтобы болт наполовину ушёл в гранит ?
Как мы ни пытались его вытащить, тот даже не пошевелился.
Что-то эти непонятки начинали нас сильно нервировать и мы решили продолжить марш не останавливаясь на отдых.
Мало того, что мы уже еле-еле тащили ноги, мало того, что не работала радиосвязь, так ещё и все вдруг перестали работать механические часы и компасы.
По дороге к конечной точке нашего перехода, мы ещё трижды натыкались на свежие следы босых ног, которые выходили из стен и также загадочно в них исчезали.
В конечном итоге мы подошли к очередной площадке-залу на стене которой обнаружился огромный рисунок европейского человеческого лица в странном головном уборе. Рисунок был рельефным и, как будто, выплавленным. Но самым загадочной частью рисунка б