Пацаны в Африке (СИ)

�раясь о снайперскую винтовку, БОГИНЯ КРАСОТЫ, ШАРМА и ОЧАРОВАНИЯ...! Вернулись мы в лагерь уже вместе со спасителями Моси. Познакомились, сели у костра и в процессе общения начала вырисовываться вот такая картинка. Свела нас беспокойная судьба с бельгийскими наёмниками, которых нанял присутствующий здесь же работодатель, у которого ошалевшие от безнаказанности негритосы умудрились украсть дочерей-близняшек по 14-ти лет от роду. Мужик сильно обиделся и в складчину со своими родственниками нанял неслабую команду профи, которые и "подняли" всю инфу по группировке работорговцев и отследили местонахождение искомых дочерей. Оказалось, что они уже сбегали к основному лагерю группировки и, уткнувшись в целый батальон охраны, отходили к упомянутому мною ранее городку с целью поискать помощи и союзников. Вышли из джунглей, а городка-то и нет ! Зато мы - как на блюде, во всей красе. Они, оказывается, долго вокруг нас кружили, слушали радиообмен и разговоры у костров. Уяснив себе кто мы, куда мы и зачем, решили упасть нам на хвост, а дальше - уже по обстоятельствам. Экипированы были ребята - нам и не снилось. По тем временам - просто на уровне фантастики. Когда, убитый горем отец и его брат, попросили разрешения влиться в наш отряд, честно говоря, я не смог найти слов, чтобы им отказать. Вы когда-нибудь видели, как плачут мужчины ? Нет, не особи в штанах, а настоящие мужчины...? Зрелище, я Вам доложу, довольно жуткое, намекающее на вероятность пожара от горизонта до горизонта и немалое количество скоропостижных кончин в ближайшее время. Любящий отец и дядя, пошедшие в джунгли вместе с нанятым ими отрядом, спасать своих детей - по мне, так это свято и заслуживает искреннего мужского уважения. А тут ещё и эта Валькирия. Чуть выше среднего роста, голубые-голубые, как чистое небо Италии, глаза, копна волнистых светлых волос ( как она только с ними в джунглях и управлялась-то..) и фигура Богини. Скинула с себя камуфляж и попросилась под наш импровизированный душ, оставшись в шортиках и маечке. Слышали когда-нибудь, как полтораста мужиков одновременно слюну сглатывают ? И при этом из каждого мужского глаза торчит по маленькому половому члену ? Пока она принимала водные процедуры, командир бельгийцев, представившийся Жаком ( я думаю, что он такой же Жак, как я Ромуальд ), рассказал нам о судьбе Валькирии, которую в миру звали Ани. Дочь одного из самых состоятельных людей Бельгии, дальняя родственница Королевского Дома на одном из курортов попала в дикий переплёт, где у неё на глазах обкуренные негритосы убили мужа и сына. И вот она уже третий год работала с отрядом по Африке. По словам Жака, снайпером она была , что называется, от Бога, деньги её не интересовали напрочь, к мужикам была холодна, как примороженная самка пингвина, но как боевой товарищ - была выше всяких похвал. Пока мы не торопясь обсуждали аспекты нашего совместного сосуществования, пацаны под руководством Старого сподобились сотворить кулинарный шедевр из питона, которого Муля величал "Мосиной добычей", а никак не могущий угомониться Вжик - "мосинка", намекая на созвучность наименования знаменитой винтовки и словосочетания " Мосин Каа" ( тем паче, что питон оказался самкой, что ещё очень долго "икалось" Мосе на дружеских посиделках ). Надо ли говорить о том, что пацаны носились вокруг Ани, как наскипидаренные ? Поставили отдельную палатку, за которой тут же отрыли отдельный персональный туалет, поголовный отказ от нормы шоколада в пользу Валькирии привёл к тому, что к вечернему кофе Ани заполучила килограмм десять любимого горького шоколада. Предупредительность пацанов, расстроганных рассказом Жака не имела границ. Когда Мотя с Бугаём приволокли ей к костру чудом приготовленный на костре мини-тортик, эта грозная воительница вдруг зашмыгала носиком - " Русские. А я тёте не верила....". После наших расспросов , Ани рассказала, что её любимая тётушка замужем за русским и это самая счастливая семейная пара, которую она когда-либо видела. Тётушка регулярно ей рассказывала, что где-то в страшной и далёкой России, где круглый год лежит снег, а по улицам бродят медведи, живут настоящие мужчины, только за которых и имеет смысл выходить замуж. Естественно, никто из нас Ани переубеждать не стремился. Утром, ещё перед рассветом мы снялись с лагеря и пошли к своей конечной цели. На шестнадцать человек нас стало больше. На пятый день точно по графику мы вышли к большой реке, вниз по течению которой километрах в десяти и находилась цель нашего похода. Думаю, что не стоит даже и говорить о том, что Ани не дали нести даже свой рюкзак. Встали лагерем, масаи порскнули на разведку, а мы, раскинув по сторонам секреты, занялись обустройством быта. Вернувшиеся на закате масаи принесли нерадостные новости. В десяти километрах от нас стоит целый форт с батальоном солдат и при бронетехнике. Охраняют они большой лагерь, с бараками и вышками, в котором самое малое тысячи полторы народу только рабов. Решили, что утром пойдём всё смотреть сами - Старый , Муля, Дрюня с Мосей, Жак и я. Ночь проспали, как заготовки для Буратино, а утром, наскоро позавтракав, тронулись в путь. Подобравшись к чужому лагерю, мы конкретно приуныли. Двойной забор из из двух рядов "колючки", между которыми бегает с десяток недругов тихого проникновения - доберманов, четыре вышки с пулемётами, шесть пулемётных гнёзд, обложенных мешками с песком, по периметру за проволокой - окопы полного профиля, на площадке за бараками - два миномёта, по углам лагеря вкопаны четыре броневика с торчащими стволами крупнокалиберных пулемётов. В общем, одна сплошная дружелюбная радость, со слезами на глазах. Лагерь окружён с трёх сторон, а с четвёртой стороны примыкает к реке, в которой полным полно зубастых "охранников-рептилий". В карауле и на постах не меньше взвода солдат, да и по лагерю около двух сотен разномастной вооружённой публики шастает. В бараках солдат - на вскидку человек восемьсот. Отдельно "колючкой" обнесены бараки с рабами. В центре лагеря штабной барак с вышкой, на которой раскорячился пулемётчик. Одна радость - масаи сразу вычислили все шесть замаскированных в джунглях караульных "секрета". Мы зарисовывали и записывали свои наблюдения, а Жак снимал на камеру. Что охрана творила с рабами я даже, честно говоря, не хочу ни вспоминать, ни описывать. Скажу только, что по мне так немецкие концлагеря - детские шутки по сравнению с этим. Бродящих по лагерю охранников и надзирателей, изредка "на скоротушку" отвлекающихся на юных пленников и пленниц, я бы в сословие людей не занёс бы. Пацаны просто скрипели зубами, наблюдая за происходящим. Я очень опасался, что кто-нибудь может не выдержать и начнёт пальбу. Мы уже неделю вели наблюдение за лагерем работорговцев, а никакого здравого плана захвата лагеря никак не нарисовывалось. Переть же на лагерь в лоб, изображая лихую красногвардейскую атаку, было равносильно суициду. Каждый вечер у костра мы прикидывали варианты, но ничего по прежнему не лезло в голову путного. А, время шло. Риск быть обнаруженными противником возрастал с каждым часом. И так уже удерживали родителей-бельгийцев из последних сил. Не надо им было видеть то, что происходило в лагере, не надо. И тут, как ни странно, дуэтом выступили Вжик и Старый - " Пацаны, Вы, конечно, атаманы, но что-то Вы лишнего мудрите. Понятно же, что в лагерь только одна дорога - по воде, другой - нет. Вот, на хрен, и думайте, как по воде подобраться, да что дальше делать, а то мы дождёмся, что они к нам в гости припрутся... ". С утра Мгопо с двумя десятками народа отправился заготавливать какую-то траву, которая оказывается резко отпугивает крокодилов при попадании в воду. Старый с Вжиком и Баламутом, пособрав каких-то корешков и трав, ушли подальше от нашего лагеря варить какое-то чудо-зелье. Пролетели два дня подготовки. Пацаны, которые ходили в наблюдение за рабским лагерем, пребывали в абсолютно неадекватном состоянии, насмотревшись на развлечения охраны, что могло привести к неконтролируемому взрыву в любой момент. Тянуть больше не имело смысла. Ночью мы тихим сапом заняли позиции вокруг лагеря, Вжик, Баламут, Мгопо и Старый вместе с Мосиной снайперской группой и масаями, накидав в воду выше по течению жутко вонючей травы, полезли в воду. Особо живописать подробности грянувшего мероприятия, как Вы понимаете, желания нет. Караулы и секреты вместе с собаками тихо поснимали из "бесшумок", а весь народ в бараках закидали гранатами и бутылками с "коктейлем Молотова", что три дня мастерили пацаны под руководством Тотоши и Самоделкина. Тех, кто успевал выпрыгнуть в окна, принимали на стволы в упор, так что через полчаса основное веселье закончилось. С рассветом лагерь перестал существовать, только догорали бараки, да в воздухе воняло кровью и смертью. Тем моим читателям, кто хоть раз в жизни сподобился столкнуться с войной, наверняка знаком этот специфический "аромат". Начали вытаскивать из ям и бараков людей. И тут пацанов проняло. Те из ребят, кто был с нами в Нигерии, хотя бы могли представить, что они сейчас увидят, а вот остальные явно оказались не готовы. Среди полуторотысячной толпы бывших рабов, хорошо если набиралось с десяток человек возрастом под тридцатник, а так - основная масса дети от 8 до 16 лет. А уж про физическое состояние - говорить не хочется. Половина и ходить-то не могла. Не дай Вам Бог когда-нибудь столкнуться с подобным. Когда к Вам лезет обниматься 14-летняя девочка, давясь слезами, и кривя рот, в котором специально повыдерганы ВСЕ передние зубы - поверьте мне, все мысли о гуманизме и толерантности куда-то, на хрен, испаряются и ты только жалеешь об одном - что гниду, сотворившее такое, можно убить только один раз. Когда за Вами на четвереньках ползает полуобезумевшая 22-летняя абсолютно седая девчонка, норовя расцеловать Ваши сапоги и как заведённая воет - " Мальчики, мальчики....", а из ям выползают и выползают ДЕТИ, кидаясь целовать Вам руки - поверьте, недолго и самому "крышей отъехать". Троих хозяев этого "оздоровительного" лагеря Старый со Вжиком умудрились взять живьём и утащили их в сторону от лагеря для вдумчивого и подробного "общения". Муля с Мосей в темпе пытались организовать кормёжку и помывку бывших рабов. Мотя с пацанами таскали трупы к реке, устраивая крокодилам праздник живота. В одном из бараков отыскались сестрёнки - бельгийки и оттуда раздавался мужской полуплач-полувой. Несколько девчонок постарше ( к сожалению не помню их имён) кинулись обихаживать малышню и по моей просьбе составлять списки. Если в этой истории и есть перед кем надо встать на колени, то это - эти девочки. Сами избитые, замордованные, голодные, они, как куры-наседки над цыплятами, хлопотали над детьми, находя для каждого ребёнка доброе слово и ласковый жест. До вечера не присели - каждого помыть, раны обработать ( медикаменты у нас стремительно таяли ), накормить и успокоить. А в лагере - полный интернационал ! Кого только нет ! Половина - славяне, часть - европейцы, часть - азиаты и индусы, даже парочка латиносок нашлась, невесть как туда попавших. Но больше всего удивляло, как они все друг друга понимали без переводчиков, с полуслова. И вдруг из толпы вырвался пацанёнок лет шести-семи и с диким воплем " Мама-аа...! Мамочкааа...! " вцепился ручонками в Ани. Обхватил её за ноги , вцепился - не оторвать. Орёт, слезами заливается - " Мама...! Мамочка..! Ты меня нашла..!". Не знаю , кто как, а я столбом встал ! Ани на колени упала, обхватила пацанёнка, к себе прижимает, чего-то по французски лопочет, а из глаз - слёзы ручьём. Вцепились в друг дружку - не оттащить, не оторвать ! Что-то лопочут друг другу взахлёб, навзрыд. Один - по русски, вторая - по французски и оба всё понимают. И самое невероятное - она его сразу Сержем назвала. И только потом выяснилось, что его Серёжей зовут. Пацан скулит, по лицу Ани гладит, та его пальцы губами ловит и ревёт белугой. Девчонки попробовали пацана от Ани оторвать, так та за ствол схватилась. Вечером ко мне подошёл Жак и, кося глазом на обнявшуюся парочку возле костра, что никак не могли наговориться на русско-французской речи, смущённо спросил - " Что делать будем, Гризли..?". К тому времени я уже знал, что родителей маленького Серёжи ещё месяц назад скормили крокодилам, после того, как мама его вскрыла себе горло осколком стекла, а папа кинулся на охрану. Глянул я на Ани с Серёжей, что за день не расстались ни на секунду, словно прилипли друг к дружке, и спросил - "Ты их разорвать сможешь..?". Жак округлил глаза и вскинул в ужасе руки. Что мне оставалось сказать - "Вот и я не смогу..! Кто мы с тобою , брат, чтобы спорить с Божьим промыслом...? ". Вот так и появился наследник древнего герцогского титула с русской кровью в жилах. Правда у него потом появилось ещё два брата и три сестрёнки русских кровей, а друг наш Бугай сподобился стать папой шести детей голубых кровей, но это уже совсем другая история. Целый день , мотаясь по лагерю, я всё никак не мог понять - что за шепоток за спиной - " Белые волки, белые волки". И только уже вечером, сидя у костра и чуть ли не с ложки кормя ухайдокавшихся вусмерть девок, я услышал от них новую африканскую легенду. Оказывается, после наших похождений в Нигерии, по всем борделям и рабским лагерям Африки пошла гулять молва о том, что где-то в далёкой России создан отряд спец.наза " Белые Волки", который прилетает время от времени в Африку и "разбирается" с сутенёрами и рабовладельцами. И рисуют бесправные замордованные женщины и дети на стенках рабских бараков и портовых борделей оскаленные волчьи пасти , кто как умеет. Вы представляете до чего надо довести людей, чтобы подобные сказки становились их мечтами и последней надеждой...? С лёгкой руки дуркаватого Вжика и Мгопо, десяток пацанов, в память об этом нашем африканском вояже, понаделали себе на предплечьях татушек в виде оскаленной волчьей пасти в росчерке африканских узоров, когда вернулись в Ригу. А за ними уже и остальные понаделали - дурной пример заразителен. Самое смешное, что и бельгийцы себе такие же понаделали. А уж масаи - так те ещё у меня и разрешение спрашивали - можно они себя так наградят ? Так что, вдруг тебе, мой дорогой читатель, где-нить на твоём жизненном пути встретится мужчина с оскаленной волчьей головой на предплечье - значит ты встретил кого-то из моих братьев. И пусть тебя не пугает волчий оскал на плече. Тот кто его носит - настоящий человек. И всё-таки Земля достаточно тесна для определённого круга людей. На третий день к нам в лагерь прилетели две "вертушки" с ооновскими миротворцами, которые оказывается в двухстах километрах от нас кого-то от чего-то охраняли. Их командир, вояка американского разлива долго и старательно тряс нам руки, улыбался и лез обниматься. А вот прилетевший с ним его заместитель с чего-то начал на нас с Мулей щуриться, словно прицеливался. Посидели, поговорили - нормальные ребята, хоть и янкесы, ну да вояка вояку всегда поймёт. И пошли вертушка за вертушкой, перебрасывая к нам в лагерь продукты, воду и медикаменты. Надо отдать ребятам должное - нас просто завалили всем необходимым. К нам перебросили с десяток врачей из миссии "Красного Креста", которые, как проклятые, трудились день и ночь , борясь за каждого пациента. А заместитель, представившийся Джоном Смитом ( это всё равно, что Иван Иванов...), у которого просто поперёк лба было незримо намалёвано "Сделано в Лэнгли", продолжал неустанно на нас щурится. Мы уже с Мулей не выдержали и тихонечко поинтересовались у мистера Смита ( который такой же Смит, как я - Бельведерский ) - что он на нас такого интересного углядел, что прямо глаз оторвать не может...? И вот тут-то Джон нас сильно удивил. Он вдруг неожиданно улыбнулся - " Парни, а я ведь Вас знаю..! Я за Вами полтора года назад два месяца в Эквадоре по сельве бегал. Вы же от меня тогда чудом ушли.". Мы с Мулей переглянулись и давай ржать - " Так вот кто нам в Эквадоре жизнь испоганил.. ". Обнялись, как старые друзья, а то до этого только в оптику друг друга видели. Вечерком сели у костра, накатили водочки под шашлычок, вспомнили, как в Эквадоре отбивали пацанов у местных герильерос, а потом нас там два месяца по сельве гоняли янкесы , чтоб они вместе с Джоном были здоровы. Вот тут-то Джон нас и озадачил - " Парни, Вы даже себе представить не можете, как мы Вам благодарны. Мы до этой местной сволочи год подобраться не могли. Всё знали, а вмешаться прав не имеем, а тут Вы. Но теперь имеем большую проблему - спутники показывают, что местные обкладывают весь район. Вы по ним сильно ударили, вся африканская пресса и телевидение на ушах стоит. Они Вам уйти не дадут. Уже сейчас район почти дивизией оцеплен, а армейцы продолжают прибывать.". Тишина у костра - мёртвая. Дивизия - это Вам не два раза высморкаться, это худо-бедно тысяч двенадцать-четырнадцать народу при танках и артиллерии, да плюс наверняка ещё и авиаподдержка какая-нить наблюдается. А Джон продолжил - "И мы Вам, парни, ничем помочь не сможем - как никак, а Вы - незаконное вооружённое формирование, да ещё и вне зоны нашей ответственности.". Стихийно у костра возник пацанский "курултай". Мнений было много - от прорыва до круговой обороны. Всё бы было ничего - но куда девать полторы тысячи бывших рабов ? И на себе не утащим, и сами не уйдём. И тут Джон говорит - "Парни, Вы насчёт женщин и детей головы себе не ломайте - мы за завтрашний день их всех к себе в лагерь вертушками перебросим и я Вам клянусь, что каждого, как родного, по домам доставим, сам лично вместе с интерполовцами всё проконтролирую. ". Пацаны радостно загомонили, а Вжик вдруг съехал на одесский слэнг - " Ну, мляти, сами напросились..! Пацаны, давайте им сделаем всплакнуть. ". И главное - все были только "ЗА". Всю ночь Джон просидел с нами, утрясая детали предстоящего веселья. На следующий день в лагере началось светопреставление - одна за одной садились вертушки, куда грузили народ, а выгружали боеприпасы. Женщины и дети хватались за нас и отказывались улетать. Крик, ор, плачь - хоть уши затыкай. Посреди лагеря, размахивая кулаками, надрывался ором Бугай, поминая всех моих и Мулиных родственников колена до четвёртого. Его вместе с Ани и Серёжей отправляли к янкесам. Тут мне , наверно, надо бы было прояснить происходящее. Всё дело в том, что с момента появления Ани в нашем отряде, Бугая словно подменили. Обычно шумный и резкий пацан стал вдруг тих и задумчив, таскался за Ани, как тень отца Гамлета за папашей вышеупомянутого принца, не взирая на буйные протесты красавицы-наёмницы, навьючил на себя её рюкзак и боеприпасы, а уж когда он притащил из джунглей букет каких-то одуряюще пахнущих цветов и уложил его рядом со спящей Ани - пацаны и бельгийцы начали поглядывать на Бугая с жалостным сочувствием. На последнем переходе к лагерю Ани умудрилась потянуть ногу. Так Бугай пёр её на себе вместе с барахлом километров сорок. Причём, на все наши попытки хотя бы его разгрузить, отвечал матерным лаем и непотребными ругательствами, словно мы пытались лишить его самого дорогого в жизни. В одну из ночей, обходя караулы и секреты, я наткнулся на эту парочку - Бугай спал, положив голову на колени Ани, а та сидела и перебирала его волосы и что-то ему шептала. Если бы Вы видели её глаза ! За такой взгляд на себя любой нормальный мужчина молча встанет и пойдёт умирать. А, спустя пару дней, уже в лагере, когда Бугай с Тотошей и Самоделкиным возвращались с охоты, Серёжка , встречавший их на краю лагеря, обнялся с Бугаём и рванул к Ани с криком - " Мама, мама, папа с охоты вернулся.". На наших глазах рождалась СКАЗКА. С настоящей принцессой и мужественным рыцарем, с найдёнышем-сиротой, которых объединила ЛЮБОВЬ. Настоящая, чистая, человеческая. И было общее решение пацанов - Бугай и Ани с нами не идут..! В полтора десятка глоток матерились и орали пацаны, которых тоже оставляли у миротворцев. Оставляли всех подраненных и ушибленных. Посреди лагеря размазывал по лицу злющие слёзы Скипидар, обещая нам с Мулей припомнить это, хотя и сам понимал, что два сломанных ребра, с которыми он мучился ещё со стычки в городке, поймав две пули в бронежилет, никак не позволят ему выдерживать темп движения наравне со всеми. Весь этот мат и крик неожиданно прекратил Мося, который в многомудрости своей иногда выступал в качестве Каа нашей стаи - " Пацаны, в Риге остался бизнес, жёны, дети, родители и подруги - Вы чё хипишуете..? Кто-то должен будет за всем этим кагалом приглядывать, если вдруг нам фишка ляжет тут прижмуриться. Всё - хорош истерить. Так карты легли, давайте прощаться..! ". Переобнялись все, включая и масаев со Старым и Мгопо, пацаны плачут, девки пооддаль стоят ревут, у янкесов глаза повылазили, вот-вот тоже в плачь ударятся. Всё. Всех спровадили, лагерь затих и мы все собрались вечером у костра, что уже как бы становилось традицией. И тут Старый от лица всех масаев предложил нам ПОБРАТИМСТВО. Я, честно говоря, сначала даже слегка опешил. Надо Вам заметить, что к побратимству в Африке, а особенно у масаев и зулусов, отношение самое что ни на есть серьёзное и предложение побрататься с белыми людьми - событие из ряда вон ! Когда по кругу пустили братину с общей кровью, у Джона, который оставался с нами в лагере, отвисла челюсть, а глаза норовили покинуть отведённое им природой место. Судя по тому, как он осторожно и уважительно обращался к Старому, чьи амулеты и регалии висели на шнурках поверх броника, Джон явно понимал, что такое Верховный шаман племенного союза масаев, каков его авторитет и что он может устроить в случае чего. Короче, похоже было на то, что промотылялся Джонни по Африке не год и не два. На его осторожные вопросы Старому по поводу неожиданного для него наличия масаев в составе русской команды, Старый заставил его сильно призадуматься, заявив с самым непосредственным видом - " А, где, по твоему, должен находиться шаман рода РУССКИХ масаев, когда его братья творят справедливость ?! ". Должен Вам искренне признаться, я давненько не получал столько удовольствия, глядя на выражение лица мистера Смита. Видимо в ЦРУ никогда даже и не слышали ( впрочем, так же, как и мы ) ничего о роде русских масаев посередь Африки. Так что, думаю, очередное донесение руководству Джона, было достаточно занимательным чтивом. А тут ещё взгляд Джона зацепился за филиппинский амулет Вжика, который тот время от времени цеплял себе на шею, пытаясь экстравагантным видом последнего, подвигнуть Старого на какой-нибудь обмен шаманскими амулетами. Джонни возьми и сдуру поинтересуйся у Вжика - мол, а это что такое ? Кто читал моё рассказ о том, как мы на Филиппинах в поход за жёнами ходили, помнят этот амулет, которым Вжика настоятель монастыря наградил. Поскольку Вжик повадился со Старым у костра покуривать разные странные смеси, что явно способствовало его неописуемому красноречию, то Джон заполучил в ответ на свой вопрос красочное изложение героической эпопеи с разгоном тысяч филиппинских повстанцев, штурмом ,затеряных в джунглях, монастырей и сотнями немыслимых красавиц, валяющихся у ног Вжика. Слушал Джон всю эту "бредь" широко распахнув рот. Пацаны, кто был с нами Филиппинах, тихо ржали, вспоминая "героизм" Вжика. Ровно в полночь на воду сел гидросамолёт и за ночь в три захода нас перебросили за полтораста километров в тыл армейскому оцеплению. Может кто-то и решил, что мы должны бы были драпать из тех мест быстрее собственного визга, но у нас были совсем другие планы. И пошли мы, тихо крадучись, по тылам, жаждущей с нами встречи, дивизии местной национальной гвардии. Тихонько, на мягких кошачьих лапах. Теперь мы шли не вслепую. Благодаря шифрованной связи с Джоном, мы чётко выходили на нужную нам цель - штаб дивизии, где по полученной нами информации кучковались все руководители преступного картеля работорговцев и их "крышеватели". На второй день Джон вышел на связь и сообщил, что местные вояки героическим штурмом взяли лагерь и сильно были удивлены нашим там отсутствием. Поднялся дикий "хипишь" и местные в спешном порядке выкидывают на вертушках поисковые группы за двести вёрст от лагеря в надежде перехватить нас на отходе. Ни в одну многомудрую кучерявую голову почему-то не смогла закрасться мысль о том, что мы можем кинуться обратно в поисках встречи с людьми, на деянья рук которых мы успели налюбоваться, впечатлившись ими до зубовного скрежета. В общем, сработал стереотип мышления никогда всерьёз не воевавших дядечек в погонах - нас много, у нас есть большие пушки, поэтому мы жутко страшные. Опять же, сказалось и то, что до этого они никогда не сталкивались с ОЧЕНЬ разозлёнными русскими отморозками, которые в наивности своей не успели забыть главную заповедь своих непутёвых предков - "Око за око" или, как выразился пафосно-велеречивый Вжик, цитируя Александра Невского - " Кто к нам , на куй, пришёл, тот на него и присядет..". Не буду долго расписывать все наши трудности, пока мы неделю подбирались к главной цели, тихим сапом передвигаясь по буйному празднику флоры и фауны, что среди неуёмных оптимистов называется простым словом "джунгли". ( чтоб они там всю жизнь гуляли..! ). К концу шестого дня мы вышли к штабному городку, состоящему из трёх десятков палаток и десятку переносных разборных домиков. удивлению нашему не было предела. Вся охрана штаба неслась силами одного взвода полусонных бойцов, но при этом при штабе функционировал на полную мощность офицерский бордель. Было такое чувство, что эти макаки на пикник с поебушками собрались, а не на боевую операцию. Сказать, что мы таким пренебрежением к своим персонам оскорбились, будет неправильным. Мы просто пришли в неописуемую ярость ! Это что же творится на белом свете, позвольте Вас спросить ? Мы, как распоследние "адиёты" ползаем по джунглям, потея без меры и не имея даже возможности справить свои естественные надобности без риска быть укушенными за самые лелеемые интимные места наших молодых организмов, старательно делая вид, что нас тут нет, а тут какие-то, пардоньте, не сильно военнообразованные и абсолютно к нам недружелюбно настроенные граждане, играют целыми днями в дочки-матери на деньги, ублажая себя контактным общением и прохладительными напитками. И где, скажите мне на милость, в это время спала Её Величество Справедливость ? Что же это такое ? В то время, когда мы на полном серьёзе воспринимая местное гвардейское воинство, парились в брезентовом камуфляже и брониках, эти, с позволения сказать, крупные и видные военоначальники и политические деятели развлекали свой тяжкий воинский досуг белыми рабынями, окружив себя аж целым взводом лоховатой охраны. Такого пренебрежительного оскорбления мы снести не смогли. Не мудрствуя лукаво, мы окружили этот негритянско-цыганский табор и через десять минут там осталось только трое ещё дышаших лиц, оставленных нами для вдумчивого и откровенного собеседования. И тут из домиков повыскакивало десятка два девок, плача и завывая на все голоса - " Волки пришли..! Белые волки..!". Нимало не стесняясь присутствием под ногами двухсот живописно раскиданных не совсем живых тел, девчонки лезли обниматься и целоваться. Муля, тщательно скрывая радость от возникшей проблемы - "что делать с девками...?", начал их бегом ровнять и строить. И тут вдруг один из связанных пленников, старательно тараща ошалевшие глаза, умудрился сипло поинтересоваться - "Парни, Вы - кто...?". Тяжко вздохнувший Вжик, обведя глазами девичью суету, счёл необходимым проинформировать будущего покойника - " Кто, кто..? Не видно, что ли ? Мы - национальный фронт освобождения африканских млядей от сексуального рабства...!" и гордо удалился в генеральский штабной туалет. Вот, как мы ни старались, а всё-равно всё время превращались в какое-то подобие смеси цыганского табора с передвижным борделем. Нам драпать надо, а куда тут тиканёшь, когда у нас на руках опять три десятка измордованных девок, что еле-еле ноги таскают. Опять такая же картина - кто попереломанный, кто с голодухи вот-вот пухнуть начнёт, в ожогах - почти все. Я, честно говоря, с той поры крайне отрицательно стал относится к манере некоторых господ тушить сигареты об женские тела - не поверите, рука так и тянется затвор передёрнуть. В общем, вместо того , чтоб скорым маршем чесать по джунглям в сторону океана, мы опять неторопливым табором побрели к реке, где по радиодоговорённости Джон со товарищи должны были забрать у нас девчонок. Вышли к реке, дождались гидросамолёт, сдали гарем Джону под опись и шустренько рванули обратно в джунгли. Чешем волчьим шагом - шум стоит. Пыхтим, как кони на пашне, один Вжик на бегу лыбу давит от уха до уха. Спрашиваю - "Ты чего скалишься ?", а он - " Ещё чуток, я вообще умываться перестану - девки всего на прощанье обслюнявили..! ". И ведь правда. Девчонки, возраст которых 14-20 лет, по сути дети ещё, угодившие в этакую жизненную задницу и уже собравшиеся здесь и помирать, наше появление воспринимали, как сказочное чудо, ну и в силу своей женской логики, пытались как-то отблагодарить, что ли, а когда пацаны от них шарахались - даже где-то обижались. Ну, не скажешь же ты женщине, что она у тебя иных желаний не вызывает, кроме , как поплакать на неё глядючи. У кого глаз синяком заплывший, что ни грудь - пятерня синяя отпечаталась, ожоги по всему телу, пальцы на руках почти у всех попереломаны - торчат во все стороны, стройности все неописуемой - анатомию изучать можно, передние зубы у всех повыдерганы - как улыбнутся, выть хочется. Лагерем у реки стояли, присел у костра покурить перед сном - подходит девчушка, встала передо мной, хламиду с себя скинула и шепчет тихонечко - "Ты меня хочешь...?". Господи, Боже..!!! Стоит вся , как в шкуре леопардовой - вся синяками и ожогами попятнанная, на теле только и торчат - два соска и ключицы, коленки уголочками, улыбнулась - во рту только розовые дёсны, как у младенца. Сгрёб её на коленки, сидим вдвоём и плачем ! По голове её глажу, да сказку рассказываю - прилетит за Вами завтра красивый самолёт, отвезёт Вас к добрым людям, где Вас подлечат, накормят и оденут, а потом ты полетишь к МАМЕ. Девчушка заснула, во сне улыбается дёснами розовыми, слюнка со рта потекла, а я сижу, слёзы с глаз сыпятся, скривило всего - думаю, только бы крышу не рвануло. Слава Богу, Старый прибежал - какими -то травками отпоил. Вот такие у нас с друзьями воспоминания о романтических ночах под звёздным африканским небом. И как бы мы не гнали от себя эти картинки, а у пацанов крыши время от времени рвало, поэтому некоторые представители бизнеса работорговли помирали не шибко лёгкой смертью. Может кто-нить и осудит нас за излишнюю жестокость и кровожадность, но я вот, что Вам скажу, толерантные Вы мои - попробуйте сначала посетить хоть раз филиал ада припортового африканского борделя, что в Африке зовутся домами любви, полюбуйтесь красотами белых юных проституток, с вечно живущим неистребимым ужасом в глазах, а потом мы с Вами поговорим про гуманизм и толерантность. В общем , уходили мы в отрыв со всей возможной скоростью, но судя по сообщениям Джона, кто-то на нас робких и застенчивых похоже сильно обиделся - обкладывать нас начали со всех сторон по всем правилам облавной охоты. Через неделю стало понятно, что нас норовит посетить окончательный "кирдык" - нас взяли в плотное кольцо. Кое-кто из пацанов начал насвистывать "Варяга" и переодеваться в чистое. Вжик, как обычно, начал филосовствовать - "Рабочий ствол, пара цинков патрон, десяток гранат и друг за спиной - что ещё надо мужчине, чтобы встретить ПРЕЖДЕВРЕМЕННУЮ старость...?". И тут ко мне подошёл вдруг смущённый Старый - "Гризли, есть тут одно место, куда они возможно побояться соваться. Но место странное и, честно говоря, я его и сам боюсь. Странные там вещи временами происходят - люди и животные пропадают, иногда время шалит, охотники трупы каких-то неизвестных животных находят. Но оттуда есть подземный туннель, по которому можем далеко уйти, аж на другой берег реки - тянется он километров 80-90.". Я дико удивился - "Старый, это что, ещё один подземный город, где мы с тобой были...?". Старый призадумался и выдал - "Не, друг мой Гризли, это - совсем другое.". Вариантов у нас всё-равно не было, окромя, как героически помереть посреди буйства африканской растительности, поэтому ночью перед рассветом мы выдвинулись к "странному месту ". Отмахали километров пять и как-будто в другой мир попали - вроде и деревья такие же и растительность та же, ан нет ! Тишина в джунглях - прямо мёртвая, ни птиц, ни обезьян не слыхать, как будто звук отрубили. А потом начались развалины - то кусок фундамента из земли торчит, то кусок обрушенной стены, то арки каменные из кустов торчат. И главное - всё это из огромаднейших гранитных блоков сложено. А откуда здесь гранит взялся - бог весть. Тропы нет, сквозь заросли прорубаемся. Намахались мачете - руки отваливаются. Тут-то Старый нас к остаткам какой-то башни и вывел. Глянул я, мама дорогая, башня-то из гранитных кубиков сложена с гранями метров по десять. Кто и как их ворочал ? На третьем ряду кубиков - бойницы во всю толщину, непонятно как и сделаны. И такой древностью от всего этого веяло - аж мураши по спине. И чувство такое подспудное - как будто нас кто-то разглядывает, присматривается. Попытались связаться с Джоном - нет связи, даже эфирного шума нету. Сзади, где оставили заслон, короткими очередеми зашёлся пулемёт, пару раз гранаты бумкнули. Пару раз снайперка кашлянула и тишина. Прибежали пацаны из заслона, говорят, что погоня за нами сюда не пошла , но начали прибывать части и брать нас в кольцо, явно собираясь навалиться на нас всем скопом. Мы по периметру развалин позиции позанимали, ждём, благо боеприпасов на себе припёрли - на две полномасштабных войны хватит. Тяжёлой артиллерии у супротивника нет, её сюда месяц тащить надо, а миномёты нам в этих укреплениях - как слону блохи. Да и Старый сказал, что это место у местных - табу. Часа через полтора на нас попёрли. Зря это они, конечно, затеяли. Переть дуриком на такие позиции, где засели ребята с достаточным запасом боеприпасов и имевших время на постановку мин - явно была идея не военного гения. С учётом фанатичной привязанности Мули и Моти к МОНкам ( мины направленного действия), первая волна атакующих кончилась минут через пятнадцать вместе с окружавшими нас зарослями. За первой волной пошла вторая. Было такое чувство, что эти ребята решили нас поразить насмерть видом своей героическо-бестолковой смерти. То ли они укуренные были, то ли пьяные, но пёрли на наши пулемёты , как на романтическое подростковое свидание - губы трубочкой, ладошки потные, мозг в ширинке заблудился, а презерватив забыл дома. Садили мы по ним в упор на расплав стволов. Наше счастье, что у нас по 4-5 стволов на нос было, а то бы заглянул к нам пушистый северный зверёк - песец. В общем до вечера мы оприходовали шесть атак. Народу навалили тысячи под две, и всё это к вечеру начало ощутимо попахивать В общем, все главные прелести войны налицо - жара, мухи, жажда и ВОНЬ. К вечеру развели костёр, поели, экономно побаловали себя водичкой и Муля с неугомонным Вжиком, забрав весь запас взрывчатки, вместе с масаями уползли знакомиться с лагерем противника. Мося со своими снайперами пошёл за ними, вроде как за день не настрелялись ещё. Учитывая, что рядом со мной целый день развлекался Самоделкин со своим чудо-пулемётом, я пребывал в полной уверенности, что со мной все почему-то шёпотом разговаривают, хотя судя по напряжённым рожам и выпученным глазам, должны бы голосить во всю мочь. Спасибо Старому - помял мне шею, чего-то где-то надавил и слух вернулся. Как выяснилось, вернулся он слегка преждевременно, потому что через час в стороне вражеского лагеря так ЗВЕЗДАНУЛО, что мы аж на жопах сидя подпрыгнули. Вернулись довольные пацаны и Муля выдал прогноз о том, что завтра нам атаки ждать не стоит ввиду того, что у противника явно намечаются проблемы с боеприпасами, которые как раз сейчас и продолжают взрываться, нарушая наш тихий и мирный сон. Да и с живой силой у него после сегодняшнего дня и неспокойной ночи - тоже не всё ладно, скорее всего будут подтягивать подкрепления. Оставив пацанов у костра, Старый потащил меня в глубь башни. И опять у него получилось меня сильно удивить. Один из блоков в фундаменте с помощью припасённого лома, Мгопо и поминаемой русской матери вдруг провернулся вокруг своей оси, открыв нам лестницу уходящую под землю. Было понятно, что Старый здесь бывал. На мой вопрос - " И что там...?", Старый выдал - "Тоннель. Тянется очень далеко, где конец - не знаю. Но уйти можем километров на 80, а то и 90. Но возможны сюрпризы. Пойдём или не пойдём - тебе решать.". Вернулись к костру, обрисовал пацанам ситуацию. Обсудили, погомонили и решили завтра ещё порезвиться, поиграть с местными в войнушку, а ночью уходить. День прошёл на удивление спокойно. Местные вояки целый день разгребали у себя трупы и завалы, устроив нам выходной день. На наше счастье днём набежали тучки и скупое на влагу африканское небо побаловало нас хорошим часовым ливнем, что позволило нам вдоволь запастись водой, недостаток которой мы уже начали ощущать. Целый день мы всей командой мастерили факела и всевозможные плошки, прерываясь только на еду. А ночью мы ушли в подземный ход, заметя пальмовыми листьями следы и тщательно закрыв за собой вход. По ощущениям лестница уходила вглубь метров на 25-30, и в туннеле было достаточно прохладно. Ширина хода была метров 5-6, а вот высота была метров под десять. И пол, и стены, и потолок - всё было облицовано гранитной плиткой, на которой кое-где был лёгкий нанос пыли. Примерно каждые пять километров пути ход расширялся, превращаясь в круглые площадки диаметров метров под тридцать, в стенах которых виднелись какие-то отверстия неправильного сечения и абсолютно непонятного назначения. В первый день мы отмахали километров сорок и уже собирались встать на отдых, как от передового дозора раздался свист. Муля, Старый и я рванули на сигнал тревоги к дозору. На площадке припорошенной пылью чётко виднелась цепочка абсолютно непонятных следов. Каждый след, размером с пару ладоней Мули ( которая в два раза больше моей ) и трёхпалая, словно тут прошла гигантская ящерица, внушал тревогу и опасение. На мой немой вопрос, Старый только покачал головой, недоумённо приподняв брови. Подошедшие масаи также с удивлением разглядывали абсолютно незнакомые следы, которые уходили к пролому в стене площадки. Отдых, как Вы понимаете, накрылся. Поставив пост у пролома, мы скорым маршем постарались побыстрее миновать непонятное место. На последнем дыхании дойдя до следующей площадки и выставив усиленный пост, мы расположились на отдых, закусив на скоротушку сухпаем. Через четыре часа мы двинулись дальше. И вот тут-то начались сюрпризы.... Сначала на стенах начали попадаться какие-то ни то рисунки, ни то надписи, причём сделанные на уровне пояса и непонятно чем. Потом на стене очередной площадки мы уткнулись в несколько рисунков, один из которых изображал двух человек едущих на спине какой-то гигантской ящерицы, с виду похожей на коммодорского варана. Люди были как-то странно нарисованы, словно это были гномы или карлики, с непропорциально крупными ступнями ног. К тому же рисунок напоминал иллюстрации к сказке про гномов - бородатые и горбатые, но с какими-то странными уборами на головах. Под рисунком шли какие-то закорючки, напоминающие надпись на непонятном языке. Ещё через одну площадку мы остановились в совершеннейшем обалдении. Вся площадка была попятнана, чётко видимыми в пыли, следами босых ступней здоровенного размера. Следы принадлежали, как минимум, четырём существам, т.к. отличались размерами и характерными признаками. На полу виднелись следы свежей крови ( не более суток ) и следы волочения чего-то тяжёлого. И всё это обрывалось у стены, как- будто что-то утащили прямо в стену. Как мы ни бились, но следов люка или какой-нибудь полости нам так обнаружить и не удалось. И тут меня подозвал Тотоша и посветив фонариком, молча показал пальцем на предмет торчащий из стены. Больше всего это напоминало хвостовик арбалетного болта, наполовину ушедшего в стену. Честно сказать, у меня челюсть отвисла. Это с какой же силой должен был быть выстрел, чтобы болт наполовину ушёл в гранит ? Как мы ни пытались его вытащить, тот даже не пошевелился. Что-то эти непонятки начинали нас сильно нервировать и мы решили продолжить марш не останавливаясь на отдых. Мало того, что мы уже еле-еле тащили ноги, мало того, что не работала радиосвязь, так ещё и все вдруг перестали работать механические часы и компасы. По дороге к конечной точке нашего перехода, мы ещё трижды натыкались на свежие следы босых ног, которые выходили из стен и также загадочно в них исчезали. В конечном итоге мы подошли к очередной площадке-залу на стене которой обнаружился огромный рисунок европейского человеческого лица в странном головном уборе. Рисунок был рельефным и, как будто, выплавленным. Но самым загадочной частью рисунка было изображение глаз. Барельеф ( назовём его так ) был настолько реалистичным, как будто его сделали с живого лица, но в глазах изображённого лица красовались вертикальные кошачьи зрачки. Нервозность коллектива начинала зашкаливать, временами начинал раздаваться звук передёргиваемых затворов. И тут наконец Старый обнаружил коридорчик, который вёл от площадки к лестнице. Поднявшись по ней, минут двадцать, показавшихся нам вечностью, Старый ковырялся с входным блоком и когда он натужно заскрипев, всё-таки провернулся, открыв нам выход в джунгли, я только тогда облегчённо выдохнул. Выбравшись из подземелья и отмахав километра три, мы обратили внимание на снова заработавшие часы, компас и появившуюся радиосвязь. Связавшись с Джоном и определившись по месту, мы с удивлением обнаружили, что мы прошли под землёй почти 90 километров. Договорились с Джоном, что мы выходим к реке, куда за нами должен прилететь транспортный гидросамолёт. Через десять часов мы уже были на берегу реки. На мой вопрос - " Старый, что это всё там было...?", я получил исчерпывающий ответ - " Брат мой, не спрашивай ! У меня нет ответов на твои вопросы. Ещё мой дед рассказывал мне о народе, что живёт под землёй, но советовал мне никогда не сталкиваться с ними на одной тропе. Ты сам всё видел и знаешь теперь столько же, сколько и я. ". Через шесть часов за нами прилетел самолёт. Вместе с самолётом прилетел и Джон. Хмур, сосредоточен и странно молчалив. Долго мялся, но в конце концов разродился. Оказывается он получил информацию о координатах и месторасположении " чёрного" золотодобывающего рудника, где по самым скромным прикидкам трудилось до трёх тысяч рабов разного пола и происхождения. На мой вопрос - " И в чём проблема, Джонни-бой ? Большая охрана ?", Джон долго мялся, а потом выдал - " Понимаешь, Гризли, информация не проверена, но в охране сплошное зверьё, нашей агентурой зафиксированы частые случаи людоедства. А это ни то, что не зона нашей ответственности, а и вовсе территория другого государства. Я НИЧЕГО не могу сделать, а там ежедневно жрут людей. Я не могу Вам заплатить и не вправе Вас просить, но если бы Вы взялись разобраться с этими нелюдями, я сделаю для Вас всй, что только смогу..! ". Пацаны , слушавшие наш разговор стоя кругом вокруг нас с Джоном, молча развернулись и пошли собирать рюкзаки , готовясь к очередному марш-броску. Не знаю, как Вам описать это чувство. Но я до усрачки был ГОРД за своих друзей. Не поверите, но Джон заплакал. Стеснялся, отвернулся, но я видел, как у него тряслись плечи. Прошмыгавшись и растерев слёзы по лицу, Джон улыбнулся и просипел - "Знаешь, я только теперь понял, как правы некоторые наши специалисты - с Вами воевать НЕЛЬЗЯ..! ". Вездесущий Вжик тут же это прокомментировал - " О, оказывается, не все янки - дурни ! Тут они правы - нас если разозлить, мы кому хошь сику налимоним.". И опять же в три рейса самолёт нас перекинул на триста вёрст южнее по течению реки, где мы и встали лагерем, чтобы отдохнуть и дождаться уточнённой инфы от Джона. Три дня мы отсыпались и отъедались. Мылись и стирались. Два раза прилетал самолёт с едой, питьём и боеприпасами. Мы готовились всерьёз, т.к. было понятно, что дело предстоит нешуточное, иначе бы Джон так не нервничал. Да и Старый почему-то нервничал, а уж его предчувствиям я доверять уже научился. Короче на четвёртый день мы выступили. Шли с максимальной осторожностью, раскинув передвижные группы прикрытия во все стороны. Тут ко мне и Мося подкатил - " Гризли, что-то мне тревожно как-то, не по себе. Прямо аж жопа сжимается, будто чует что-то....". А у меня и самого что-то на душе щемит и в джунглях тихо, будто кто всю живность распугал. И пацаны, смотрю, менжуются как-то. В общем - встали. Ну вот не лежит душа дальше идти - хоть убейся. Отошли мы в сторонку километров на пять и Мгопо с братьями-масаями ушёл шерстить округу. А мы нашли холмик в джунглях да и засели вкруговую - Мгопо дожидаться. Сидим тихонечко, стараемся не шуметь, а вокруг тишина - аж уши давит. И, сердце щемит, сука, и щемит. У меня последний раз такое состояние было, когда мы в Эквадоре на засаду "охотников за головами" напоролись. Тоже за сутки тоска мордовала, будто чуяло сердце, что ждёт нас где-то рядышком " тётка с косой", поджидает с нетерпением. Тут ещё толком от похода по подземному ходу не отошли, странностей и загадок по самые гланды налопались, так и здесь что-то непонятное творится. Уже стемнело, когда приплелись масаи и Мгопо. Дышат, как кони загнанные, еле бредут, но улыбаются. Пацаны вокруг в кружок собрались. Мгопо рассказывает - "Ну, парни, любит нас Бог. Ещё бы с километр бы прошли и ВСЁ...! Все бы там и остались. Ждут нас там. Грамотная засада - наёмники и местные проводники. На деревьях с десяток снайперов, тропа заминирована, человек примерно двести, с десяток пулемётов, а за засадой четыре миномёта стоят. И ждут нас уже похоже суток двое, насрать в кустах уже успели от души. ". Как ни крути, но похоже было на то, что кто-то у янкесов слил информацию о нашем подходе местным "деловым". С утра мы и вовсе начали делать вид, что нас тут ни разу не было, а Мгопо с масаями ушёл искать дорогу к руднику вокруг засады. Через сутки, вернувшийся Мгопо, поведал, что рудник они нашли, но единственная нормальная тропа - только через засаду, они через неё еле-еле просочились. На руднике охраны человек двадцать всего, остальные тут - в засаде сидят. Рабов на руднике - реально тысячи три, всех национальностей, мастей и расцветок. Мужчины, женщины, дети. И тихонько мне в ухо добавил - "Лучше бы пацанам этого всего не видеть.". Я удивился, вроде уже всего насмотрелись, удивляться давно разучились - " Мгопо, брат, всё так плохо ?" и получил престранный ответ - "Гризли, брат, ты даже себе и представить такое не сможешь.". Вот кому, кому, а Мгопо я верил. Если уже и он "проникся", то я действительно и представить не мог - что же там творится. Собрались в кучку и устроили мозговой штурм. Мося в очередной раз блеснул гениальностью - "Пацаны, в лоб на них переть - ляжем тут все. Вариант один - их надо как-то наебать! Так что - отдыхаем, а Гризли с Мулей пускай думают, как этой встречающей делегации каку устроить.". Короче , связались мы с Джоном и по радио открытым текстом отбарабанили, что наткнулись на засаду, сделать ничего не можем, бросаем тяжёлое вооружение и срочно улепётываем к реке, откуда и просим нас немедленно эвакуировать. Также сообщили, что все ценности, что мы нашли в подземелье при нас и мы готовы их доставить к месту эвакуации. Надо отдать должное Джону - тот соориентировался мгновенно и тут же по связи нам подыграл - мол, бросайте оружие, главное - вынести клад. Зная жадность местных "фраеров" и предпологая реакцию стукача в лагере янкесов, можно было быть уверенным, что сейчас нас кинуться ловить со всей возможной старательностью и торопливостью. А мы в лучших традициях белорусских партизан начали подготовку встречи дорогих гостей со всем нашим возможным радушием и гостеприимством. За пол дня Муля с Мосей, Тотошей и Скипидаром мне кажется заминировали даже окрестные муравейники. Вжик с Баламутом под чутким руководством Самоделкина устроили позицию на холме для любимого Самоделкинского детища, что выдавало под четыре тысячи выстрелов в минуту авиацинно - пушечного калибра. Три десятка любителей снайперской стрельбы понаготовили себе лёжек и запасных позиций, а полтора десятка пулемётов приготовились с флангов обрадовать незванных гостей дружным русским "здрассти". Остальные пацаны привычно сбились в уже сработанные троечки - два автоматчика и гранатомётчик и удобно расположились по позициям в ожидании "страшных" дядек. И вот от головного дозора прилетел сигнал "идут", выразившийся двойным щелчком в рации. И тут я почувствовал , как у меня начинает деформироваться лицо радостным оскалом дружелюбия. И вот замелькали среди зарослей бегущие фигуры в чуждом песочном камуфляже. И мы их встретили. Рванули мины на тропе и по сторонам, захлопали гранаты на растяжках, ровным рокотом залился агрегат Самоделкина, начисто выкашивая растительность джунглей. Захлёбывались очередями пулемёты, выкашивая ряды в колонне наступающих. С деревьев и с лёжек, словно дятлы, долбили снайпера. Джунгли словно взорвались. Через полчаса всё было кончено. Рассыпались цепью, добивая подранков. Пособрали трофеи и бегом рванули к руднику. На ходу раскидали задачи и группами начали охватывать рудник кольцом. Замкнули оцепление и снайперы за пару минут ликвидировали всю охрану. Мне кажется, что в тот день Бог был на нашей стороне. Навалили две с лишним сотен трупов, а у нас ни одного даже поцарапанного. Ворвались на рудник и, даже и не знаю, как Вам это описать ? Как в другой мир попали. Рудник колючкой окружён, а вдоль колючки - кресты с распятыми рабами в землю вкопаны. Народ из шахты на воздух полез, на солнце щурятся - половина ходить не может, ползком перебираются. Из бараков люди ползут, кто стоять может - их ветром качает. Пара охранников ещё дышала, так люди доковыляли и я впервые увидел, как человека рвут на лоскуты. Господи, не дай мне ещё раз такое увидеть. Молчаливая человеческая масса окружала нас со всех сторон. Молча. Слышно было только, как шуршат босые подошвы по песку. Мужчины, женщины, дети. Скелеты обтянутые кожей. Белые, чёрные, жёлтые. Измученные, попереломанные, с запавшими голодными глазами. Три тысячи живых мертвецов. И все только мычат. Мы вообще не сразу поняли, что у всех рабов языки вырваны. Один из рабов ухватил меня за рукав, мычит что-то, за собой тянет, пальцем в один из бараков тычет. Пошёл за ним, в барак зашли, а там кухня. Стол разделочный, три котла огромных, на столах тушки мясные, дверь в холодильник промышленный. Доходяга мычит и в тушки пальцем тычет. Вжик, что за нами стоял, на тушки глянул и вдруг из барака вылетел. Слышу его на улице рвать начало. Я гляжу, Муля к разделочным столам подошёл и заледенел весь. Глаза остекленели, только желваки на скулах гуляют. А, Мгопо у раба спрашивает - " Вас что, этим кормили...?". Тот давай судорожно головой кивать. Тотоша развернулся и вслед за Вжиком блевать выскочил. А на меня какой-то прямо ступор навалился - не пойму никак - что с пацанами происходит ? А потом чёрт меня дёрнул дверь в холодильник открыть. А там рядами на крюках детские трупы поразвешаны, разделки ожидают. Честно скажем, так меня никогда в жизни больше не выворачивало. Вызвыли по рации Джона. Такая суета поднялась ! Вояки, полиция местная, врачи из "Красного Креста", монахи какие-то, целая банда из "Интерпола". Журналистов целая толпа. Вертушки одна за одной , садиться не успевают. Шум, гам, суета. Кто-то палатки ставит, кто-то кухни разворачивает, врачи, как наскипидаренные, носятся. И вдруг пацанёнок, лет девяти, схватил Мулю за штанину, плачет, мычит что-то, на себя пальцем показывает, как будто сказать что-то важное хочет. Муля виновато руками развёл - мол, не понимаю. А, пацанёнок схватил веточку и на песке выводит - " Я - русский....". Тут и вовсе полный ПИПЕЦ начался. Пацаны его окружили, в рот ему норовят жрачки насовать, с рюкзаков одёжку тянут. Пацанёнок плачет, мужики слёзы глотают, Муля зубами скрипит, Вжика с Тотошей трясёт, как в лихорадке. Подошли врачи пацана забрать - их чуть на месте не пристрелили. Смотрю на нас уже журналисты нацеливаться начали, уходить надо - ни к чему, как Вы понимаете, нам излишняя реклама, а пацанёнок вцепился в Мулю - ничем не отодрать. Так мы и ушли обратно к реке с новым членом отряда, где по договорённости с Джоном. нас должны были ждать гидросамолёты, чтобы перекинуть к берегу океана. Пацанёнка несли практически на руках по очереди. Но даже когда он ехал на чьей-то шее, его глаза, словно стрелка компаса, всё время искали Мулю. Вот так и родился второй сын Мули. Немой мальчишка по имени Тимофей. Всеобщий любимец всей нашей компании. Перебросили нас на побережье вместе с грузом, что мы не забыли на руднике прихватить в качестве компенсации за нашу потерю веры в светлое человечество. Сухогруз уже вторые сутки а прибрежной полосе болтается - нас поджидает. Быстренько нас на борт шлюпками перебросили, да и пошли с Божьей помощью к родным берегам. Мы пока на борт грузились, я ещё удивился слегка - откуда на борту столько спортивных девок обнаружилось ? Вот тут -то и выяснилось, что с нами этим рейсом домой доставляют из ЮАР несколько цирковых номеров, женскую команду по ватерполу и русский национальный ансамбль песни и пляски ( хотя лично мне показалось, что там у девок - совсем другая специализация. Короче, девок на корабле оказалось больше, чем нас. Да ещё множество народу всякого - циркового. Надо было видеть их лица, когда мы на борт грузились. А, ведь, они ещё и видели, как мы с масаями прощались. Пожалуй тогда-то я и столкнулся впервые с проявлением женской неуёмной фантазии. Представьте - Вы на корабле плывёте домой. Вдруг эта посудина стопорит ход и болтается подле какого -то загадочного места, где джунгли прямо к берегу подходят. Вы с вопросами к команде, а те - ни гугу, словно им языки подрезали. На Ваши прелести, ненароком им показанные, пялятся, слюну глотают и молчат. А на третьи сутки из джунглей начинают вываливаться сильно загорелые красавцы, обвешанные оружием по самое "не могу" и абсолютно молча грузятся на борт, после чего корабль быстренько отчаливает. Причём по пацанам явно видно, что из серьёзной переделки выпали. Вы бы, извиняюсь, что себе подумали...? Первые двое суток мы просто элементарно отсыпались, а потом началось. Девки с ума сходят - любопытство поедом ест. Сотня пацанов-красавцев, явно не военные, судя по манере речи. Весёлые, задорные и, хоть убейся, загадочные. Чё уже там девчонки себе нафантазировали - Бог весть, но когда мы на палубе начали раскладывать артефакты, что позацепили в подземном городе и в подземном тоннеле, пацанов начали усиленно пытать по ночам самыми изощрёнными женскими пытками. Если кто помнит, то капитан у нас был тоже не самый скучный парень. Поэтому, когда к нему прибежал жаловаться руководитель номера дрессированных хищников - мол все ассистентки куда-то позапропали, хищников кормить некому, капитан ему и выдал на голубом глазу - "Уважаемый, что Вы голосите, как белый медведь посередь Сахары ? Сидите и тихо радуйтесь, что эти красавцы до Ваших хищников не добрались, ассистентками ограничились. От этих пацанов пол Африки в истерике бьётся. Воооон того шепелявого видите ? Я точно знаю, предпочитает львиц. Так что, Вы бы за своими хищницами в клетках строже приглядывали.". И пошёл дальше по палубе. Дрессировщик минут десять квадратными глазами царапал ему спину, не зная уже во что и верить. Два дня бедняга крепился, потом не выдержал - подошёл к Вжику, мнётся, мямлит что-то. Потом набрался храбрости - "Извините меня,Бога ради, но мне вот сказали, мне вот посоветовали, до меня вот дошли слухи. В общем, скажите, это вот правда, что Вы со львицами, ну, как бы это сказать, ну типа - лихо управляетесь ? Уфффф.". Вжик, который с Мосей и Скипидаром вторые сутки был занят подсчётом и делёжкой трофеев, походя отмахнулся - "Да, ладно, тоже мне - нашли бином Ньютона. Просто всякая тварь на ласку падка." и пошёл себе дальше, шлёпая губами на ходу, пребывая в арифметическом напряжении. Друзья мои, если бы Вы видели выражение лица дрессировщика. На его глазах рушилось мироздание. Он как-то растерянно заозерался вокруг, словно не веря в услышанное и тут его по плечу хлопнул мимо проходивший Тотоша - "Ты, мужик, не сомневайся. Неужто не слышал историю, как в Рижском цирке львов поснахальничали ? Так это, как раз Вжик -то и был вместе вон с тем белобрысым." и ткнул пальцем в Баламута, что сидел на палубе и чистил пулемёт. На дрессировщика было больно смотреть ! А на корабле тем временем творилось что-то невообразимое. Танцовщицы, акробатки, пловчихи, уловившие обрывки разговоров пацанов, обсуждавших странности тоннелей и подземного города, вспоминавших о зарытых схронах с золотом и алмазами, развили такую бурную деятельность по разгадке мальчишеских тайн, что пацаны уже начали прятаться от любвеобильных романтично настроенных девочек. К тому же, чёрт дёрнул того Скипидара отдать заботу о Тимофее в женские сердобольные руки. Мало того, что пацанёнка просто на глазах начали превращать в национального сказочного русского героя под именем Колобок, так ещё и наслушавшись ( как девки его умудрялись понимать - ума не приложу ) его рассказов о руднике и о африканской легенде о "Белых Волках", так они и вовсе просто с ума посходили. Каждый из пацанов теперь для них был окружён ореолом романтизма пополам с неописуемым героизмом, что почему-то по их мнению требовало немедленного продолжения этой истории, но уже с любовно-романтичным уклоном. Благо океан демонмтрировал по ночам изумительные лунные дорожки, через которые прыгали дельфины, звёзд было с переизбытком, а здоровой тоски по стройным женским телам у пацанов понакопилось преизрядно. Весь корабль от носа до кормы по ночам стонал, охал, ахал и кричал криком на все голоса. Капитан разъяснял веселящейся команде необходимость ускорения прибытия в родной порт - "Ребята, надо поднажать, а то, если где ещё застрянем, то , чего доброго, они тут ещё и рожать начнут. Стыда не оберёмся на весь торговый флот..! ". И эта идиллия продолжалась почти неделю. У меня даже зародилась надежда, что мы так и доберёмся до дому - тихо, спокойно и без очередных приключений. Но тут как-то утром я проснулся от диких воплей Вжика и от заполошной стрельбы. Выскочив на палубу, я узрел чудную картину, как Дрюня с Мулей и Самоделкиным пытаются связать Вжика, пускающего ртом пену бешенства, а помощник капитана закрывает своим телом дрессировщика, под которым растекалась лужа, запах которой не оставлял сомнений в её происхождении. Вжик захлёбывался бешеным ором - " Убью, суку ! Порву, нах, в лоскуты, падлу цирковую ! Попишу, как свинью, зоофила недотраханного..!". Зная кроткий, но обязательный характер Вжика, у меня почему-то опять-таки возникла мысль, что, судя по всему, мне ещё предстоит возможность знакомства с ритуалом морского погребения в самом ближайшем будущем. Слегка обмочившийся дрессировщик трясся, словно припадочный, повторяя, как заведённый - "Я же не хотел, он же сам сказал, я же не для себя ! Ребята, я же хотел, как лучше. Мне и капитан подсказал.". Вжик с бешенством рвался из рук, в стенках надстроек красовалось десятка два свежих дырок, капитан и матросы красовались бледно-зеленоватым цветом лица. На мою просьбу прояснить происходящее, капитан поведал - "Да, Вжик сидел ствол чистил на палубе, а тут вот этот цирковой припёрся и давай Вжику жалиться, что мол у него в трюме в клетках львицы от качки сильно нервничают, а у одной так и вовсе течка началась. Так вот он и хотел бы, чтобы Вжик её огулял со всей возможной нежностью и старанием, а он за это не будет до конца плавания возражать, чтобы Вжик по ночам посещал его подопечных, удовлетворяя свои специфичные сексуальные привязанности". Честно говоря, как этот трудяга цирковой арены остался жив, я по сей день уразуметь не могу. Видимо в этот день Господь был расположен явить ЧУДО. Второе Чудо нам Создатель демонстрировал потом целый месяц, не давая Вжику найти на достаточно тесном корабле ни единого следа присутствия дрессировщика. Был у нас в компании замечательный парень, с детства таскавший кличку Бармалей. С чего она к нему прилипла уже и не вспомнит никто. К тому же, если Вы замечали, то детские клички очень точные и временами прилипают крепче имени. Так вот к чему я вспомнил про Бармалея. Качаемся мы потихонечку в коробке сухогруза по Атлантике, народ развлекается, кому как на душу легло. Кто с девчонками душевно-телесно отдыхает, кто дрессировщика по всему кораблю в тихушку ищет, лелея мстительные планы, кто алкоголь умеренно употребляет. В общем - ловим отходняк. А, надо заметить, что в составе ансамбля сильно народного танца и беспредельно народной песни наблюдалась солистка с крайне редким по нынешним временам именем - Красава. И я Вам скажу, что по шерсти было и имя. Редчайшей красоты была женщина. Вот просто идеал типажа славянской красоты - голубоглазая блондинка, высокая, статная, тонкая талия, крутые бёдра, ноги - шедеврального производства. Но с головой - ПАНИКА. По словам девчонок из ансамбля - отморожена на всю бестолковку, ни с кем практически не общается, всё время - сама по себе, закончила универ, но что-то у неё приключилось с личной жизнью, а поскольку всю жизнь занималась танцами, её с радостью приняли в состав ансамбля, где она быстро заняла место солистки, хотя по ходу и умудрилась пару раз дать по роже хореографу и директору. Так вот у этого подобия Снежной Королевы образовалась привычка любоваться закатами над океаном, усевшись на носу судна. И надо же было нашему Бармалею выпереться на палубу закатной порой и нос к носу столкнуться с Красавой. Вы когда-нибудь видели лицо мужчины, после того, как ему неожиданно со всей дури в лоб зарядили деревянной киянкой ? Вот после встречи с Красавой, у Бармалея было именно такое выражения лица. Причём, имело быть место подозрению, что приложили его киянкой неоднократно. В общем, пропал пацан. Взгляд - отсутствующий, глаза -блуждающие, отвечает - невпопад. Все признаки психического расстройства, что в народе именуется влюблённостью - на лицо. А, парень-то сам по себе - видный, интересный. Ни умом, ни статью Господь не обидел. Да и в недостатке умения разговорить человека - не замечен. Женщины никогда своим вниманием не обделяли. А, тут переклинило пацана - "ни бе, ни ме" сказать не может. Ходит, как одинокий телок на выпасе, только издали на Красаву глазами лупает. Только что и достижений в охмурении красавицы - здороваться по вечерам начали. Я на палубу вечером выбрался, смотрю стоит Бармалей дурак-дураком, улыбка блаженного - от уха до уха. Спрашиваю - "Ты чего лыбу давишь ?". А он мне на полном серьёзе и выдаёт - "Не поверишь, Гризли. Она со мной поздоровалась ! " и морда при этом светится неподдельным счастьем. Тут и Дрюня с Мулей подтянулись, пальцами у виска крутят. Тут нам с Дрюней так за Бармалея обидно стало. Подошли к ней, поздоровались. Слово за слово, улыбнули Красаву. Вот бывают же такие женские улыбки - как будто солнышко выглянуло ! Хорошенькая - спасу нет. Носик чуть вздёрнутый, на щеках ямочки, брови вразлёт. Красавица - каких мало. Но разговаривает, улыбается, а от неё прямо холодом тянет, словно убили что-то в человеке. Неделя прошла. Не поверите, на Бармалея смотреть страшно. Доводилось мне, конечно, наблюдать влюблённых мужчин, но чтобы человек так изводился - ни до, ни после никогда не видел. Не ест, не пьёт, как собачёнка по всему кораблю за ней таскается, а подойти - робеет. Представляете - человек, мужчина, что со смертью перед этим месяцами в обнимку ходил, насмотрелся такого, что у половины пацанов виски побелели, а тут - РОБЕЕТ. А самое-то интересное, что девочка-то - хорошая. Светлая, чистая, без дерьма и стервозности - только изнутри мёртвая. А, Бармалей на глазах прямо с ума двинуться норовит. Собрались ночью малым кругом - Дрюня,Мося, Муля с Вжиком ( куда же без этого-то ), Баламут со Скипидаром,Тотоша и я. Судили, рядили. До хрипа переругались, и в конечном итоге решили - нужна СКАЗКА. И на следующий день приступили всем коллективом к подготовке прихода СКАЗКИ. К подготовке СКАЗКИ присоединился почти весь наш коллектив. Одна из девочек в ансамбле знала оказывается историю Красавы, о чём нам и поведала. В принципе история оказалась стара, как мир. Был мальчик, с которым дружила со школьной скамьи. Ушёл в армию - ждала, как засватанная. Вернулся, вместе учились в универе и наконец поженились. Через полгода - беременность, но продолжала ходить на репетиции танцевального коллектива в ДК железнодорожников. И вот как-то вечером идя на стоянку такси возле Кировского парка, напоролась на трёх укуренных утырков. Была избита и изнасилована, в результате чего потеряла ребёнка. А, итиху его, "возлюбленный" просто её в этот момент бросил. Вскрыла себе вены, её мама чудом обнаружила в ванной и успела вызвать скорую - откачали. После этого весёлый и задорный человек превратился в собственную тень. Она-то и в ансамбль завербовалась, лишь бы из города уехать. Девчонка нам историю эту рассказывает, а у меня за спиной хруст какой-то. Поворачиваюсь, а сзади Бармалей стоит, зубами хрустит и глаза такие добрые, добрые. Вжик посмотрел на него и тихонько так себе под нос - "И почему мне кажется, что в Риге в ближайшее время на трёх кастратов станет больше...?". Как потом выяснилось, что определёнными экстрасенсорными способностями Вжик всё-таки обладал. Чего нам стоило уломать капитана, чтобы мы встали на рейд в порту - отдельная история. Перед этим мы малым кругом ночи три не спали - голову ломали, как к Красаве подбираться ? Девчонка не шутя крышей-то подтекала, да и Бармалей, по ходу, тоже норовил обзавестись прохудившейся крышей. В общем, встали на рейде,, и мы с Мулей и Мосей рванули на катере в порт. Через час весь порт стоял на ушах, т.к. следом за нами рвануло ещё два десятка пацанов, решив, что нас там могут изобидеть. Поскольку пацаны за последние месяцы даже по нужде разучились без оружия ходить, они в порту так и высадились, обвешанные железом с ног до головы. А, тут ещё и в порту кто-то возьми и пошути - мол, на пирсе "Белые Волки" высаживаются. То что Африка славится своими бегунами - я знал, но то, что у них оказывается этим видом спорта поголовно увлекаются ещё и пограничники с таможенниками - для меня явилось новостью. Причём, забеги у них какие-то странные, я Вам скажу. У нас обычно бегуны все бегут в одну сторону, а эти с места рвут в разные стороны, да ещё и норовят заборы перепрыгивать. На месте остался только начальник таможни. То ли ему по чину бегать не положено, то ли бегун из него, как из меня прима-балерина. Стоит, посерел, трясётся. Мы ему, мол так и так, нам кое-что в порту срочно понадобилось. И тут из-за штабелей контейнеров вываливается этакая вальяжная двухметровая туша килограмм под сто сорок, вся в цепях, перстнях и браслетах. В принципе, в любом порту мира Вы сможете узреть подобные персонажы, меняется только цвет кожи. И этот облом нам этак радостно выдаёт - "Привет, парни. Вы отдохнуть, расслабиться ? Могу помочь. Отдых на любой вкус - мальчики, девочки, любая дурь.". Вот, честно Вам должен признаться, никогда не думал, что сподоблюсь увидеть столько счастья на лице государственного таможенного служащего. Чистого, ничем не замутнённого, абсолютного счастья. Видать, не всё было ладно и безмятежно в отношениях таможенника и этого облома. Тут таможенник изобразил белозубую акулью улыбку в полсотни зубов и говорит - "Дорогой друг, позволь мне представить тебе наших гостей. Это парни из отряда "Белые Волки" и, я надеюсь, они по достоинству смогут оценить твоё гостеприимство.". Я, конечно, слышал про людей, которые умеют делать несколько дел сразу, но такого фееричного всплеска тихой деятельности, честно признаюсь - не ожидал. Туша в белом посерела мордой, затряслась, пустила струю из-под шорт, сказала "мммммыыыыыыы" и подрубленным столбом рухнула в кратковременный отпуск. Если по десятибальной системе оценивать наличие удовольствия на лице таможенника, то там этого счастья было баллов на тридцать. Он только что на колени не встал - "Парни, всё, что хотите. Но, пожалуйста, поздоровайтесь с этой сволочью ещё раз. ". А, нам что, жалко для хорошего человека ? Разбудили облома, надавав по щекам. Тот сидит на жопе ровно, глазами лупает. Мося возьми у него и поинтересуйся - "Что ты там про девочек с мальчиками говорил..?" и УЛЫБНУЛСЯ. В одном из своих рассказов я пытался описать воздействие Мосиной улыбки на психически не окрепшие организмы окружающих. Когда двухметровый лоб, с иссечённой шрамами мордой, пытается Вам улыбнуться улыбкой белой акулы, узревшей потенциальный завтрак, прищурив добрый глаз, больше похожий на оптический прицел снайперской винтовки - поверьте, не всякий и подготовленный к этой жути человек, способен контролировать действия своего мочевого пузыря. Реакция на Мосину улыбку оказалась вполне предсказуемой - звук "мммммыыыыы" и стук головы об асфальт. Пацаны ржут, а таможенник с мольбой в глазах - " Парни, умоляю. Можете ещё разок, а..?". А нам-то чё ? Мы и так на корабле маленько заскучали, а тут, гляди-ка, такой ценитель нашего тонкого юмора нарисовался - от восторга в обмороки рушится. В общем, опять в чувство привели, пацаны кружком обступили. Облом в приступе неописуемой радости и дружелюбия свои килограммы золота цепей, перстней и браслетов с себя посрывал - Мосе в руки суёт, от радости плачет, пацанам берцы облобызать норовит. А, рядом Муля стоит, любимым полуметровым ножом, поигрывает, по ладони похлопывает, критично-пристально разглядывая тушу местного дружелюбного сутенёра. Потом так лениво поворачивается и найдя глазами Вжика, на хорошем английском интересуется - " Дружище, ты не помнишь - нам кок печень или сердце привезти заказывал ?". Вот что значит тонко чувствующая натура...? Облом опять пропел нам "мммммыыыы" и саккомпанировал стуком головы об асфальт. Пока мы так развлекались местные "деловые" быстренько исполнили наш заказ и мы под неописуемый вздох облегчения ( с меня чуть панаму не сдуло ) таможенника покинули порт. Вечер. Палуба. Солнышко в океан нырнуть норовит. На носу Красава сидит в креслице, оглядывается потихонечку, видно, что уже за неделю привыкла закатом любоваться в компании с Бармалеем. И тут по палубе прямо к ней ковыляет толстый неуклюжий хорошенький щенок родезийской овчарки ( когда маленькие - на щенков кавказской овчарки похожи. Такие же - маленькие медвежата..), а за ним следом Бармалей, ящик с персиками тащит. Как до этого выяснили, Красава к этому фрукту питала непреодолимое влечение. А, в зубах у Бармалея - букет ПОЛЕВЫХ цветов. Красава щенка на руки подхватила, тискает, целует. Тот её в щёку лизнул - чуть не заплакала. Вечер.Закат. Щенок на коленках. Бармалей Красаву С РУК персиками кормит и платочком ей губы и щёки заботливо вытирает. Мося в своём репертуаре - "И чем, собственно, не семья..? Вон уже даже и собаку завели.". Это был первый вечер СКАЗКИ. Неделю телепаемся по хлябям морским. Капитан уже вовсе на себя не похож - такого бардака на судне отродясь не видывал. Но ночам голые девки по судну бегают, из каждого угла стволы торчат, целыми днями два следопыта Вжик с Баламутом дрессировщика по всем трюмным закоулкам розыскивают. Команда, на это всё насмотревшись, тоже к разгульной казачьей жизни присоединится норовит. На палубе полуголые девки по полдня танцы репетируют, мужики себе все глаза поломали, слюной захлёбываются. В общем, смесь цыганского табора с передвижным борделем на плаву. Красава третий ящик персиков доедает под виды закатного солнышка, Бармалей уже осип баллады под гитару распевать, щенок уже пометил на судне всё, что только мог, но за ручку подержаться Бармалею уже позволяют. Тут-то Вжик и взбаламутил народ, что, мол, пришла пора переходить ко второй части " Марлезонского Балета" - страсть должна расти по нарастающей, пора дрова в костёр зарождающейся симпатии подкидывать. На борту наблюдалась яхточка-катамаран, которой Вжик и отвёл свою роль. Капитан, согласно договорённости, подошёл поближе к какому-то островку необитаемому. Торчит из воды скала, вроде и пляжик какой-то наблюдается с тремя одинокими пальмами. Вечером на палубе сладкоречивый Скипидар такую легенду про островок выдал - девки плачут, носами шмыгают. Тут тебе и страсть с розовыми соплями, и любофф до гроба, и умерли в один день. Даже пальмы и те приплёл. Так разошёлся - сам чуть не плачет. Смотрю - пацаны и те расчувствовались. Я как-то раньше не задумывался - за что девки Скипидара обожают ? А тут как-то сообразил. В тот момент, был бы девкой, на волне романтизма - сам бы дал. Короче, по утру загрузил Бармалей свою ненаглядную на катамаран и поплыли они в сторону таинственного и романтичного куска суши, торчащего средь бескрайних вод. По задумке Вжика, на пляже Красава пойдёт купаться, а тут - раз и вдруг акулий плавник рядом с ней и зная Бармалея, он спрогнозировал, что тот кинется спасать любимую, тем самым проявив свои лучшие мужские качества. В общем, ни хрена у Вжика не Феллини девичья фамилия была. Вжик, обряженный в акваланг, с гигантским плавником на спине, не жравши - не пивши, с раннего утра затаился на островке вместе со своим вечным сотоварищем Баламутом. Я не вникал в сценарий, но далее там ещё присутствовало нападение дикарей ( откуда они могли там взяться - одному Вжику было известно ), героическое похищение Красавы, ну и ещё целый список такой же дребедени. Каюсь, пустил дело на самотёк, ибо с нами связались наши друзья и решался вопрос экспедиции в Латинскую Америку и, соответственно, я был несколько занят. Половина населения корабля столпилась у борта, вооружившись биноклями с подзорными трубами, а вторая половина толпилась у них за спинами, оглашая воздух вопросами - " Ну, что там...? А он, что..? А, она , .. что...?". В конечном итоге катамаран пристал к пляжу и первым в воду полез Бармалей. Не успел он отплыть от берега, как возле него кругами начал кружиться громадный плавник акулы. Красава кричит, щенок лаем заходится. На корабле зрители затаили дыхание. Бармалей изо-всех сил к берегу гребёт, только руки мелькают. И вдруг........! Рядом с плавником из под воды выныривает ещё один плавник, по сравнению с которым Вжикова поделка - как чекушка против ведра водки. Капитан лицом побелел, орёт - "Катер на воду !" Девки визжат. Муля зубами скрежещет - " Где мой пулемёт сныкали..?" Мося за винтовкой побежал. Шум, гам, ор....! А в это время Вжик, узрев кружащийся вокруг него нежданный сюрприз, рванул к берегу так, что было такое чувство, что загребает он всеми частями организма, включая язык. В крайнем случае, на берег пляжа его просто вынесло на полном ходу. Зрелище было, я Вам скажу, не для слабонервных ! Бармалей, резко вкурив ситуацию, схватил на пляже какой -то "дрын" и давай Вжика им охаживать. Красава на четыре кости приземлилась - от хохота ни встать, ни выпрямится не может. Предусмотрительный Баламут из какой-то рассщелины выполз, на верхушку скалы карабкается. Я вот как-то стесняюсь Вас спросить, мои дорогие читатели - доводилось ли Вам когда-нибудь видеть бегающего в ЛАСТАХ мужчину, в акваланге и со здоровенным плавником на спине ? Причём, за ним со всем всевозможным старанием, носится здоровенный голый мужик ( плавки слетели, когда от Вжикова плавника драпал ) с дубиной в руках, которой и норовит приласкать новоявленного Ихтиандра. Рядом наблюдается ослепительная красавица, никак не могущая изменить позу буквой "Гриша" и заходящаяся истеричным хохотом, а в ласты Ихтиандра к тому же норовит вцепиться игривый щенок волкодава, заливающийся игривым весёлым лаем. На фоне всего этого, с верхушки скалы, измазанный краской с целью маскировки, заходится ором ещё один персонаж - "Вжик, скорее лезь сюда ! Давай, быстрее - Бармалей явно не в себе..! ". Вжик, поймав очередной дружеский привет дубины мягким местом, обезумев от радости рванул по скале вверх. Вот что хотите со мной делайте, но я впервые увидел скалолаза в ластах. Что в это время творилось на борту корабля, поверьте, описать просто невозможно ! Народ валился на палубу подрубленным лесом, задыхаясь и кашляя. Пацаны, верещя от восторга, бились головами об палубу. Хотите верьте, хотите нет, но с добрую дюжину девчонок понаделали лужи. Было полное ощущение, что нас атаковали немерянным количеством веселящего газа. Капитанский мостик украшала фигура повисшего на поручнях мужчины в морской парадной форме, издающая радостное повизгивание и три икающих и похрюкивающих, лежащих рядом тела . На острове события начали принимать драматический оборот. Вошедший в раж Бармалей, посчитавший выходку Вжика, за попытку дискредитировать его в глазах Красавы, вытащил из каюты катамарана помповое ружье и взялся палить со всей дури в сторону двух одиноких и несчастных фигур, замерших в обнимку на вершине скалы, подобно двух потерявшимся по жизни русалочкам. Слава Богу и Красаве - так кинулась Бармалею на шею, обнимая и целуя, умоляя прекратить этот браконьерский шабаш. Когда до взбешённого Бармалея дошло, что Красава облобызала уже почти половинку его тушки, ружьё куда-то булькнуло в набежавшую волну, возлюбленная была подхвачена на руки и торжественно утащена в каюту катамарана. И на верхушке скалы во весь рост встала фигура в акваланге, воздев руки ввысь с оттопыренными большими пальцами рук - у нас ВСЁ получилось ! Корабль ВЗОРВАЛСЯ рёвом восторга ! А вечером корабль ГУЛЯЛ. Впрочем, это уже совсем другая история. Думаю, что нет смысла говорить о том, что Бармалей утащил свою Красаву в каюту, из иллюминатора которой всю ночь при желании можно было услышать стоны и визги. Пока катамаран не подняли на борт, изобидевшийся на акулу за сорванные планы Вжик, лелеющий мстительные планы, быстренько сколотил банду охотников на акулу, куда вошли Баламут, Мося , Тотоша и Самоделкин. И пока ещё солнце не ушло за горизонт, эта дружная гоп-компания , стащив у кока ведро мяса, подвесив на катамаран мотор, рванула к острову искать коварное хищное существо, поломавшее Вжику все его сценарные задумки. В силу неугомонности и любвеобилия натуры, вся эта компания захватила с собой и своих подружек, в результате чего на катамаране обреталось 12 девочек и 5 мальчиков, не оставив практически на катамаране и двух метров свободного места. Отплыли к острову, с борта корабля вся картинка, как на ладони. Кто читал мои первые рассказы, тот помнит о нашем необъяснимом везении в отношении всевозможных плавающих средств и о неописуемом талантище Вжика, как морского капитана. Мне вообще временами кажется, что кто-то из родственников Вжика на "Титанике" всё-таки подрабатывал. Если когда-нибудь человеческий гений изобретёт какое-нибудь непотопляемое судно, то миф о его непотопляемости просуществует ровно до того момента, пока они не встретятся лицом к лицу - непотопляемое судно и Вжик. Вот наблюдался у человека такой своеобразный талант - утопление непотопляемого. Как-то раз Вжик одним лёгким движением руки, изучая слегка выпивши, такое понятие, как кингстон, умудрился скучную свадьбу на речном пароходике превратить в задорное и весёлое спасательное мероприятие. Вжика без памяти обожали владельцы всевозможных старых плавсредств и люто ненавидели представители страховых компаний. Славный город на Неве, почивая в своей безмятежности, даже и не подозревает насколько он нам обязан с Мулей наличием в городе одной из своих ярких достопримечательностей. А, ведь, нам стоило немалых трудов во время экскурсии по крейсеру "Аврора" целый час держать крепко за руки подвыпившего Вжика. Если бы не наши титанические усилия, больше чем уверен - булькнуло бы это наследие революционного прошлого и не факт, что после Вжикового участия в судьбе героического крейсера, его смогли бы восстановить. Ибо, если уж Вжик что-то топил, то топил на совесть ! Я Вам так скажу, как-то взбрело нам в голову спуститься на большом плоту от верховьев Даугавы до устья, до впадения сей гордой и спокойной реки в Рижский залив. Какой великолепный нам построили плот ! С надстроечкой, камбузом, мачта с прямым парусом - честное слово, красавец плот. Так вот во время этого сказочного вояжа мы допустили только одну роковую ошибку - мы взяли с собой Вжика. Вот скажите мне - Вы способны утопить ПЛОТ ? Я лично - нет. А, Вжик - смог ! А уж, если на одном борту оказывались Вжик и Баламут - судьба ЛЮБОГО судна была сразу предрешена ! Говорите, что хотите, но я абсолютно убеждён, что на просторах мирового океана существует только два мистических явления, несущих неизбежную беду любому встречному кораблю. Это - "Летучий Голландец" и Вжик. Лично я по сей день пребываю в твёрдом убеждении, что знаменитый 6-ой флот ВМС США со своими авианосцами, ракетными крейсерами и иной плавающей хренью бороздит океанские просторы исключительно только по одной причине - не сподобилась судьба свести их на одной встречной дорожке, шестой флот и Вжика с Баламутом. Уберёг американцев Его Величество Случай, пожалел. К чему я, собственно, вспомнил о талантах своего друга. Когда катамаран, с веселящейся компанией, отвалил от борта, я вышел на палубу, где застал достаточно странную картину. У борта немыми скорбными фигурами застыли Муля, Дрюня и Комод со Скипидаром . Муля глазами , полными прощальной тоски, обводил силуэт катамарана, Комод прощально махал вслед носовым платочком, Скипидар как-то печально-прощально шмыгал носом, а Дрюня, потянувшись и почесав затылок, выдал - " Пойду с капитаном к радисту, пускай начинает "SOS" выстукивать.". Похоже , в оценке Вжиковых талантов я был не одинок.