Дело было зимой. Декабрь шел к своему завершению. Мороз стоял приличный и мои походы до школы давались все сложнее. Но несгибаемая воля добытчика, которую я старался рисовать в своем воображении, хоть и трещала по швам, но не ломалась. От нашего дома до школы можно было идти либо по обочине трассы, что мне даже в том возрасте казалось небезопасным, либо взять чуть правее, и миновав небольшой овражек или как принято говорить - кювет, идти по тропинке вдоль леса, если таковая имелась. Снега в декабре выпало много и хоть машины сновали по трассе туда-сюда в связи с надвигающимся Новым Годом, делая дорогу более-менее укатанной, обочины как таковой не было. Так что в один из дней я принял решение по пояс в снегу преодолеть овраг и пойти вдоль леса. Не удивительно, но тропинки вдоль леса также не оказалось. Да и что тут странного? Те пару дней, когда я добирался до школы на автобусе, снег шел практически не переставая. В итоге, перед моим взором оказалась лишь твердо накатанная лыжня вдоль опушки. Можно было конечно пойти и по ней, но мое благоразумие сделать мне этого не позволяло. Все-таки это лыжня, и по ней можно ходить, но, наверное, исключительно на лыжах. Идти по выбранному пути конечно было не так просто. По колено в снегу, пусть и напоминающему что-то вроде пуха, но все же. Для двенадцатилетнего мальчика, коим я тогда являлся, семь километров по такой перине, надо признаться было большим испытанием. Но я был готов выдержать его абсолютно определенно.
Итак, преодолев как будто в брод небольшой овражек, я побрел в сторону школы. По левую руку от меня шла суета - грузовики, самосвалы, огромные рефрижераторы с такими же большими заснеженными прицепами, покрытыми плотными тентами проносились с грохотом мимо. Мощные потоки воздуха, воспроизводимые этими великанами, казалось, вот - вот швырнут меня в лесную чащу, но я держался. При приближении гула очередного самосвала, я постоянно оглядывался назад. Как будто я шел по дороге, и махина непременно должна была меня задавить. Преодолев некоторую часть пути, я решил чуть свернуть в лесок дабы отыскать что-то вроде лапника или может быть какой-нибудь палки, чтобы хоть немного разгребать перед собой снег, плюс хоть самую малость развлечься. Попав в пространство между деревьев, я понял, что найти что-то подходящее будет не так-то просто. Если даже что-то похожее и лежало на земле, то было покрыто толстым слоем снега. Немного подумав, я решил оторвать небольшую часть еловой ветки. Перед глазами было много подходящих вариантов. Взявшись за самый край одной из веток, я стал изо всех сил тянуть ее на себя. Если кто-то когда-либо пробовал сделать что-то похожее меня поймут. Ветка не поддавалась. Лишь на голову, плечи и спину посыпался залежавшийся где-то очень высоко снег, также назойливо целивший попасть мне за шиворот. Тогда я посильнее ухватился за середину ветки и стал со всей своей детской силой дергать ветку на себя. Но это так же не принесло мне никакого результата. Лишь только еще больше снега упало мне на голову, естественно проникнув и под пальто. Но и это меня не смутило. Я лишь утер пот и снег с разгоряченного лица, снял ранец, швырнув его в сторону и снова принялся за свое нелегкое дело. По прошествии нескольких минут борьбы с силами природы, признаюсь честно, я сдался. Ветка не поддалась ни на толику. Я сидел по шею в снегу пытаясь отдышаться, вдыхая жгучий морозный воздух, раздирающий горло. Варежки покрылись россыпью зеленых иголок моего соперника и плотным слоем снега, местами превратившегося в льдинки. Сапоги были также наполнены снегом, а школьные брюки казалось промокли насквозь. Под пальто я ощущал прилипшую к телу мокрую майку, притянувшую за собой такую же рубашку. В этот момент, сидя в снегу на окраине леса я понял - эту схватку с природой я проиграл. Я признал это. Так что еще немного посидев я встал, накинул на спину ранец и не отряхиваясь вышел на лыжню. Насупив взор, я прошагал по ней несколько шагов, а затем все-таки свернул левее. В конце концов лыжники здесь не причем.
Я прошел около километра, может чуть больше, как вдруг заметил, что по дороге давно не проезжает ни одной машины. Да, как ни странно, но на дороге было тихо. Мне даже показалось, что я слышал, как шумит еле уловимый ветер, аккуратно сгоняющий ослабевшие снежинки с крон и веток могучих елей. Остановившись, я посмотрел на дорогу. Сначала в одну сторону, затем в другую. Да, машин не было. «Ну и что? Ну и ничего странного», - подумал я, «Не могут же они ездить без остановки, все же люди. Покатались и хватит». И не предав этому значения, двинулся дальше. Преодолев еще некоторое количество метров, может быть двести, а может и больше, не знаю, я снова остановился. Машин по-прежнему не было. «Вот ведь, даже машины никуда не едут», - подумал я, «А я что, рыжий, почему мне опять нужно идти в школу, какой в этом толк?». Нормальные мысли здорового ребенка моего возраста. Господи, да более чем нормальные. Я бы сказал даже естественные.