Михаил, как обычно, на зиму закрылся в шахте, тем более что, по его расчётам, в январе он должен был стать отцом. Николай, городской старшина, сдержал все свои обещания — за рыбу, переданную ему парнем, обеспечил его всем, что было заказано. Так что в зиму семья Михаила тоже вступала уверенно. Сам же парень хотел поискать пути к восстановлению Храма, пошарить по Старым дорогам, поискать способ оживить арийское сооружение. Он прекрасно понимал, что лишь оно может спасти людей и помочь восстановить цивилизацию. Так что заняться было чем… А пока — возле пылающего камина, собственноручно изготовленного им, с любимой женщиной рядом, вяжущей из шерсти крохотные варежки и пинетки. Возле решётки, за которой уютно пляшут языки чистого огня от берёзовых плашек, два здоровенных мохнатых комка, положивших морды на вытянутые передние лапы и смотрящих в пламя, отбрасывающее отсветы в оранжевые глаза. Тепло и уют, омывающие зачерствевшую душу…
…— Потерпи, милая! Потерпи чуть-чуть! Сейчас, всё сейчас будет хорошо!
Люда замычала сквозь стиснутые зубы — она оступилась с лестницы и упала вниз с высоты второго этажа на бетонный пол капонира. Михаил ей запрещал ходить одной в последнее время. Остерегался всяких неожиданностей. Но тут ничего неожиданного не предвиделось, и парень отпустил жену одну. Люде вдруг захотелось что-то найти на складе, и вот она сорвалась… Неожиданно закружилась голова, и молодая женщина… парень вывалился из радужного окна, торопливо бухнул в дверь носком ботинка, держа на руках закутанную в большой тулуп жену, закричал:
— Помогите! Врача!
Послышались голоса, дверь распахнулась, по лицу мазнуло теплом и ярким светом:
— Что случилось?!
— Она упала… Беременная! На девятом месяце уже!
Средних лет мужчина всмотрелся в парня, отшатнулся назад:
— Ты?!
— Да! Наг тебя побери! Зови врача!
— Сейчас…
Убежал, а Михаил осторожно опустил Люду на кушетку, стоящую в коридоре. Та застонала, вновь закусила и так искусанные в кровь губы. Парень лихорадочно забормотал:
— Потерпи, родная. Мы уже на месте. Сейчас будет врач…