Она взялась поправлять пояс, да ножны на нём. Вытащила меч, чтобы осмотреть клинок его в свете огня, вместе с этим медленно поворачивая, охватывая в тонком отражении окружающий мир.
И то, как медленно скелет, чёрной жижей обнятый, выходил из изображения. По следу было видно — эта картина никогда не была барельефом.
Она смотрела, кто рядом. Строила перед глазами, в отражении, вероятности того, что могло бы случиться. И ничего не виделось выходом. Только с очень большой удачей.
— Она живая! — крикнула одна из последовательниц. С несчастью, она не успела обнажить меч.
— Сотая!
Плывущая чёрной жижей змея метнулась к этому телу и впечатала в колонну ребром. Никто не была готова, кроме одной.
Она зачерпнула рукой угли и кинула в плывущий скелет. Внимание чудовища сразу перешло на неё. То, как горела её рука, как спадала кожа и пламень окрашивался от контакта в голубой. Ей приходилось держать меч рукой не ведущей, не так крепко.
Пока она у огня — к ней не метнутся. Это понимали и другие, тотчас за ним скрывшись, пока главная из них за всем следила.
Против чудовища была только одна. Иногда в группе бывала и более активная талантливая последовательница, но не в этот день. А у пострадавшей открытый перелом и давно текла кровь, вот-вот готовая гореть.
Змея кинулась вперёд; выскочка отбила удар. Она смотрела на живые кости, отслеживала движения, шумы. Избежала удара хвоста и каждый следующий отбивала. Пока у огня — выпады змеи неловкие. Пока движения скованные — кости наращивают ещё части себя из чёрной жижи. Больше хвостов, больше лап; и хуже гидры. Заставляя пространство трещать от своих действий, камень обращаться в прах.
Мечница думала. Смотрела в сторону павшей. Отбив очередной выпад лапой, она метнулась в кровавый угол. Упала, чтобы несущийся в спину хвост просвистел над ней. Встать не успела — от цели её швырнуло в очаг. С углями, с огнём, с горящей одеждой — она покатилась дальше, заставляя всё вокруг гореть голубым да синим. Окружая этим чудовище, которое само себе устроило клетку. От этого завыло.
И на полу неудавшаяся воительница видела, как всех уводили. И её звали прочь. Возражения? — «Чума и так сгорит». Приказ, а приказ велит уходить. И доводы против этого не слушали.
И уходя, скрепя сердце, обернуться на то, как здание рушилось, а его поглощал пламень под трепещущие, разрывающие пространство, крики.
~~~
— Мы могли её вытащить! — она поднимала голос. К несчастью, сил для этого хватило уже далеко от планеты, где произошло горе. Это уже был крик: — У Сотой была последняя жизнь!
— Не положено, — отвечала другая, перебирающая рунами отмеченные дощечки. — Слушай Старшую, Отголосок.
— Это неправильно! Разбрасываться так жизнями — неправильно!
— Голос.
И их взгляд встретился. Её горящий тушил встречный холод, как и голос. Низкий, уверенный. Вторая в иерархии, Хранительница библиотек и дверей Госпожи. Всё контролировала, что могла.
И её тону невольно подчиняются.
— Разумеется, — крик младшей затихал. Она молчала, но негодование происходящим только больше кормилось.
~~~
Звонко капли колышут воздух, покуда вес их терзает пространство. Здесь дождь никогда не кончался. Почему-то ей казалось, что именно в этом месте она найдёт то, что ей нужно. Встретит того, кто ей нужен.
«Если уж рациональность не работает, — ворчала она на всё, закрывая лицо от потоков небесной воды, — то пускай интуиция поработает».
Полностью она не выкидывала идею о последовательности и логике. Как казалось тогда ей. Место, полное камней, именами и датами украшенными, мимо которого она проходила. Мимо процессий слезливых, мимо деревьев. Всё дальше в угол неухоженный, заброшенный; в поле.
Там были редкие деревья многовековые, да большие камни; ни до тех, ни до других пока не добрались руки живущих. И занимали пространство небрежно, кидая на землю от молний тени, как и тёмное существо, на одном из камней восседающее.
Ноги неприятно вязли в грязи, пальцы путались в траве. Она обнажила меч, стегнув последнюю.
— Учи меня! — прокатилось по полю. И следом грохот эхом, из-за которого она поморщилась. — Я буду искать тебя всю жизнь, если понадобится!
— Чью? — спросил он голосом, куда больше похожим на треск неба. Обернулся, сияющим взглядом одаривая. — Чью жизнь, ничтожное создание?
В этот раз она долго не ждала. Покрутила оружие в руках и метнулась вперёд, сбивая капли. С громким хлопком монстр от удара ушёл, покинув камень.
Чтобы не упасть — она пробежала ещё несколько метров, замедляясь, осматриваясь. Это был звук его крыльев, по перепонкам которых бил дождь. Монстр стоял напротив неё, совершенно спокойно, раскрытыми конечностями кидая тень на себя и всё вокруг, если того пожелает молния.