Мгновением позже она лежала на чёрном полу, круглом, в подобном фигуре-цилиндру помещении. Вместо потолка купол, украшенный рисунками-списком ближайших галактик, а вокруг, вдоль стен — столы, кресла, другие Старшие Тени, занявшие места. От них шло осуждение, речь была полна напоминаний о предназначении. Мета их не слушала, безвольно кивая и соглашаясь на всё, пока по её бледному нововоплощённому телу гулял свет синих огней; в свечах-факелах на стенах, которые под табличками памятными, которые над креслами со спинками высокими.
Тени между собой шептались: их бездонные глаза видели, в каком она состоянии. Сама Госпожа Мрак смотрела на несчастную, но её маска не проявляла эмоций. Вердикт был.
Они не знали, что в голове её или сделали вид того. Группа её более не ждала, покуда для Отголоска с последней жизнью осталось дело на их мёртвой планете. Мете предстояло ждать, когда позовут, а до тех пор — посещать каждый стеклянный реликварий, каждый цветок на безымянных могилах. Только трель, плач и цифры. Единицы, десятки, нули. Сотая.
Ходить ногами босыми по сырой земле, проверять каждый её клочок. Мета не подумывала посетить ту планету, на которой лила слёзы в озеро — она боялась тёмной глубины. Не осталось ни одного уголка в бесконечной вселенной, который бы она смогла считать безопасным.
Считала только часы, дни, звёздные недели и декады. Смотрела за ветром, который приносил чужие слова, слухи, шептания.
Это затишье оборвала фигура на пороге личной комнаты Меты. Отголосок, одна из лучших в их группе. Высокая, с длинными косами синими в которых, казалось, переплетена её кожа тёплая, как охра, капнувшая на пустой холст.
— Другие ушли на задание, — заговорила Тень, похлопав рукой по ножнам. — Может, спарринг? Нам же незачем терять время, да?
— Можно, можно… — поддакивала Мета, понимая, что не хочет. Она плыла по течению подобно рыбе с поднятым к небу брюхом.
Место встречи было заранее оговорено. Там, где погода не помешает делу, где место свободно от всякой цивилизации и природы, будь то флора или фауна. Там, где света звёздного будет вдоволь, но не помешает происходящему: от зенита к закату.
Стычек было несколько. Первая дуэль — разогрев, скорее нацеленная на парирования и уклонения. Вторая стала больше танцем и внезапным нанесением ударов, от которых, всё же, появлялся пламень. Да и волосы длинные покинули их головы, небрежной шевелюрой ложась на плечи и застилая временами взор.
В третьей клинок Тени пересёкся с клинком Меты и скользнул в попытке откинуть. На это Мета нахмурилась. Меч она удержала в руках, отпрыгнула от соперницы. Опустила клинок, крутила в руках: одна на рукояти, другая на навершии.
— Кто тебя учил? — спросила Тень, хмурясь и щурясь четырьмя глазами. — Непозволительная роскошь, знаешь ли.
— А разница? — чуть наклонила голову Мета. — До кого добралась — от того нахваталась.
Ей пришлось после этого уклониться от удара. Затем парировать второй. Ещё один, ещё, её прессовали, не давали нанести в ответ или нормально уйти. Скрежет эхом проносился по округе.
Момент появился. Мета уклонилась от секущего удара, упав, а затем — с земли пнула в колено. Она услышала треск. И ругань. А это — время, чтобы ретироваться.
— Тварь! — кричала Тень.
Нет, Мета не ушла окончательно, но заняла позицию в нескольких метрах от дуэлянтки. Любопытство, всё же, было преобладающей чертой Меты, пускай за это приходилось платить.
И она крикнула в ответ:
— Убить меня удумала?!
Но ответил ей злой рык. Тень воткнула меч в землю и дёрнула ногу, чтобы вправить. Регенерация способна помочь ей, пусть не сразу, пусть не идеально. Отличный момент для удара, который не был использован — Мете важнее ответы. Она ждала.
Но вместо слов было нападение. Парируя неловкие удары Мета отмечала, что словно наблюдала за собой со стороны. Всё это бешенство, с которой на неё сейчас шли — так похоже на то, с которым она кидалась на наставника, когда уставала, когда теряла самообладание.
Держа меч в правой — она заблокировала удар, чтобы левой заехать в челюсть. И, потеряв равновесие, соперница рухнула на землю. Пыталась подняться, закрывала ладонью рот, из которого шла кровь. Мета подавила своё желание подойти ближе и поугрожать клинком, понимая, что это может плохо закончиться. Она не боялась; ей хотелось услышать ответы. Правду. «Да хоть что-то…»