Самуэль закончил читать и поднял глаза. Треснуло полено в камине.
— Забавный тип, — усмехнулся Звеллингер, — хотя, если разобраться, ничего по-настоящему необычного в его лаборатории не было.
Катарина накрутила на палец локон, открыла было рот, но так ничего не сказала.
— Кажется… он был… кха!… слегка не в себе, — прокашлял Батхед.
— И от этого человека мы должны узнать Правило Истинной Веры? — озадаченно спросила Геня.
— Томмазо был вовсе не сумасшедший, — Самуэль отложил книгу и снова взял в руки листы с переводом. — Он был философ и ученый, и ближайший товарищ Леонардо. Другое дело тот имидж, который он создавал для себя.
— Зачем ему нужен был этот имидж?.. — спросил Звеллингер.
Самуэль собрался было ответить, но его перебила Катарина:
— Давайте уже скорее узнаем, что такое он написал!
— Читаем! Читаем! — поддержали Катарину другие избранные.
Самуэль, глядя на Звеллингера, извиняюще пожал плечами затем поднес страницу к глазам.
— «Сие писано в Милане, — прочел он заново, — в тысяча четыреста девяносто девятом году от рождества Христова, магистром Томмазо Мазини»…
Глава XIV Сутра о вечной игре цветов (Пятое Откровение Яхи)
Сие писано в Милане в тысяча четыреста девяносто девятом году от Рождества Христова, магистром Томмазо Мазини. Рассказано здесь о том, что хотят люди знать больше всего: как менять им на себе светящиеся одежды и выбирать себе миры по желанию. После бесед моих с Учителем, восстанавливаю для вас Пятое Откровение Яхи; и опишу вам его в стихах, да не обмануты будете врагом…
1. ТЕЛА Три сути есть в Творении — Земля, и Человек, и Небо. И человек из них в средине помещен. Взгляни: рожденный в воздухе Меж небом и землей, Душою светел он, Желаньем — темен. Так кто ж он?..
Ты ошибешься, если вдруг решишь, Что человек одно имеет тело.
Семь тел в нем, знай. И верхнее из них любуется на небо, Как горный пик, пробивший облака… Но нижнее рождается в грязи, в земле, И по весне, когда идут дожди, Его, как основанье дома, Подземная вода легко уводит с места, И положение сменив, Он здание, что на себе несет, Грозит обрушить…
И так, как у всего в Твореньи, Семь тел у человека Дрожат и испускают волны. И каждое из тел колеблется Своей волной; И каждое имеет центр, откуда светит…
Взгляни: (см. вкладку рис. 1) Меж крайними двумя телами, Рожденными одно в Земле, другое — в Небе, Есть пять других.
И два из них живут желанием Земли, А два — подспорье силы Неба. Срединное же тело — Седьмое — Есть мир, который человек Из миллионов других избрал, Когда шесть тел его Вступили в разговор друг с другом.
Свечение седьмое в центре Главенствует как настроенье мира, — Того, в котором дышит человек. И улучшая, или ухудшая, Оттенок света этого, мы можем Миры менять, и подниматься Иль опускаться в них…
И этот в сердце свет Есть мысль конечная, Последняя, — Которой станет человек; Когда в себе он совместит свеченья-мысли Всех тел шести — Земли и Неба.
Три нижних тела воплощают Желанья человека и стремятся Стать непременно Наполненными, Взять.
Их с женщинами мы сравним; Их суть — сосуд.
Желанье радости — название сосуда, Ведь радость — цель для всех желаний.
Три верхних тела человека — Силы. Их цель наполнить, дать. Их уподобим трем мужам.
И Силы вместе Сойдясь, Построят Волю — Определим ее Как ощущенье Цели. И от того, какую Волю Три мужа вместе породят, И от того, Какой сосуд Три девы вместе изготовят Из Радости своих желаний, Зависит то, какой родится Вкруг человека мир.
Вольется Сила Воли В фиал бесценный Желанья Радости, И в новый мир неслышно, словно в воду, Погрузит человека… И станет человек единой мыслью.
Но знай: свеченье центров Неба и Земли В своем сознаньи чувствуя как мысли, Не может человек порою Понять, где мысли у него Желаний радости, рожденные Землей, А где — направленная Небом сила воли… А где единой мысли свет, Которым светит Вокруг него Рожденный пляской мыслей мир!