— Некоторые меньше, чем другие, — невозмутимо хмыкнул Звеллингер.
Дипак, однако, поддержал Катарину:
— Не только женщины, но и, например, политики часто не анализируют то, что говорят. Не задумываются над смыслами, а подбирают интуитивно правильные для людей, нравящиеся им слова. Оттого, — по крайней мере теоретически, — в них, наверное, может возникнуть ощущение правильной Цели. По любому, люди ищут и любят в политиках именно силу Воли, установи на правильные Цели и наличие внутренней силы, чтобы достичь их. Но на секундочку, — Дипак закинул руки за голову, — вернемся к тому, кто любит много общаться. Как это я, имея много эгоизма и желая его удовлетворить, буду крутиться среди людей, общаться с ними, но не влиять на мир, и получу радость? Я же не получу от мира то, что надо моем эгоизму? Никто же не даст мне то, что надо.
— Почему не даст? И кто тебе сказал, что ты получишь радость именно от удовлетворения эгоизма — причем эгоизма, связанного с изменением мира? — спросила Геня. — Закон Игры цветов прост и понятен. Если ты будешь следовать ему, сформируешь в нижнем теле Желания Радости золотой цвет, радость придет — и может быть, совсем не оттуда, откуда ты ждешь ее.
— Но ты можешь поступить и по-другому, — сказал Самуэль, — сломать свой эгоизм, начать помогать другим, вести жизнь аскета, и при этом вообще прекратить со всеми общаться — и радость тоже придет к тебе, дни станут счастливыми…
— Вы так рассуждаете, как будто всю жизнь только и делали, что управляли своими излучениями, — удивленно проворчал Звеллингер.
— Нет, — извиняющимся тоном сказала Геня, — но правила, правда, так просты…
— Еще раз, — Дипак запустил пятерню в свои жесткие волосы. — Получается, все дело в том, чтобы правильно балансировать излучения своих тел. Но все равно, Звеллингер прав: мы никогда не сможем настолько тонко настроить свои тела, чтобы беспрестанно излучать в сердце изумрудный свет правильного оттенка.
— Для этого и существует Шестое Откровение — Правило Истинной Веры, — впервые за долгое время подал голос, поверившись от огня, монах. — Следуя ему, человек сколь угодно Долго может сохранять свечения всех своих тел сбалансированными. И в срединном его теле мир всегда будет стремиться к Идеальному.
— Как, ты сказал, называется вторая часть рукописи? — быстро повернулся к Самуэлю Звеллингер.
— «Правило Истинной Веры».
— Читай немедленно!
Глава XV Секрет Счастья и Правило Истинной Веры
Лишь проснулось сознание Учителя на земле, прилете, к нему коршун; и коршун сел на край его колыбели, и хвостом открыл Учителю рот, а потом ударил хвостом несколько раз по внутренней стороне губ и языку его. И признавался мне не раз Учитель, что преследует его всю жизнь ужасный сладкий запах, который источали перья той птицы. Говорил он мне, что коршун этот был знак, предвосхищавший приход на землю Падальщика.
И долго составляли мы с Учителем то, что должны были открыть левиям, — Правило Истинной Веры. И вот как нашли его.
Однажды ночью в моей лаборатории Учитель говорил со мной о счастье.
«Смотри, Томмазо, — сказал он, — счастье предполагает смешение в человеке, как в твоем котле алхимика, трех веществ. Смешать их нужно в строгой пропорции.
И первое вещество, которое кладем мы в котел счастья, называем мы «безопасность». Проживая жизнь, обретаем мы добрых друзей и надежных партнеров; создаем семью и рожаем детей. Усваиваем мы навыки и уменья, которые, случись что, не позволят нам пропасть; и заботимся о поддержании своего тела: и строим дом, чтобы иметь крышу над головой; и копим деньги и предметы на черный день…
И тот, кому удается скопить в жизни много безопасности, ночью спит спокойнее того, у кого ее мало. Знает такой человек, что даже если пошатнется в каком-то месте здания его жизни кладка, сможет он быстро укрепить это место.
И тот сундук, в который мы складываем накопленную в жизни безопасность, называем мы «Прошлое». Горько бывает тому, кто по прошествии лет оглянется и увидит, что его сундук «Прошлого» содержит в себе мало безопасности или вовсе пуст».
И сказал мне Учитель дальше:
«Смотри, Томмазо: второе вещество, которое кладем мы в котел счастья, называем мы «ожидание радости». Ведь если человека в будущем ждет улучшение его положения и свершение приятных для него событий, чувствует он в себе прилив и чем бы ни занимался тогда, все делает более радостно. И сундук, куда складывает человек свою будущую радость, наливаем мы «Будущее». И если мало у человека в сундуке «Будущего» радости, падает он духом, и жизнь его становится скучна и уныла.