В это время тишину жаркого подземелья потревожили чьи-то шаги. Гоблины вскинули головы и приняли выражение лица затравленное.
Стеклянная дверь отворилась — на пороге появился Дипак Он был, как с утра, — в синем пуховике, в кроссовках и с зеле ной сумкой с надписью «Lehman Brothers» через плечо.
— Привет…
Батхед и Бивес, не ожидая ничего хорошего от прибывшего, исподлобья поглядели на него.
Дипак коротко изложил суть дела.
— Я ничего не выиграл, — дослушав его, сказал, словно кашлянул в ответ Батхед. Голос его, в разговоре с Бивесом звучавший нормально, сделался вдруг хриплым и грубым.
— А мне сказали… — Дипак пробил дробь пальцами по косяку двери.
— Плюнь в рожу тому, кто тебе сказал, — Батхед плотнее вжался в стену.
— А ты, Тадеуш? — Дипак безнадежно посмотрел на Бивеса — Ты случайно не выиграл?
— Плюнь ему два раза в рожу! — два черных глаза зло блеснули на Дипака из угла парилки.
— Понятно.
Дипак вышел из сауны и тихо прикрыл за собой дверь.
Глава IX Самуэль
Не может быть!
Впервые за четыре месяца учебы в этой скучнейшей бизнес-школе Самуэлю было по-настоящему интересно. Его больше не морочили расчетами вероятностей с неправильным распределением, с кривой «колокола», с порогами терпимости, — на этот раз ему предлагали узнать точно.
Длинные белые пальцы двигали мышку по синему коврику с изображением восточных куполов школы, наводили курсор на ссылки, щелкали клавишей. Тонкие черты лица были напряжены» синие глаза то поднимались на экран, то опускались на легший рядом с клавиатурой листок…
— Сэм!
Самуэль вздрогнул, обернулся — все в школе хотели почему-то с ним дружить, а вот он ни с кем здесь дружить не Хотел. Он специально завез все свои «хвосты» в школу в Рож4ественский сочельник, чтобы не встретить никого из однокурсников.
Разглядев лавирующую между темными столами фигуру, он облегченно вздохнул. Дипак.
Нельзя найти людей более разных, чем Самуэль — сын английского лорда, аристократ во многих поколениях, человек, ищущий философский камень (ибо все доступное, земное у него уже было), — и Дипак, бедный индийский парень, не имеющий, Кажется, никаких планов на эту жизнь, кроме как провести ее в авантюрных попытках сколотить «состояние» (под которым Дипак впрочем, понимал суммы вполне смешные). И тем не менее Дипак был единственный человек, с кем Самуэль сошелся в школе.
Дело было прежде всего в том, что в самом начале учебного года Дипак спас сына лорда из одного весьма щекотливого положения. Самуэль вел дневник, куда записывал свои мысли и наблюдения. Как-то поздно ночью, сидя в своем кабинете в Рэйвенстоуне, он по нелепой случайности выслал свой дневник массовой рассылкой всей школе — а это было семьсот с лишним адресатов. Самуэль до сих пор помнил, как увидел на экране надпись «Сообщение отправлено», и понял, что произошло. Похолодели кончики пальцев, сжалось сердце… Уже спустя минуту он с тоской открывал первый отклик на рассылку от неизвестного однокашника. Отклик был: «Ого! Мне кажется, ты погорячился, и эта шушера не должна столько о тебе знать… Нужна помощь?» Это был Дипак. Оказалось, что индус изрядно разбирался в хакерском деле; они поговорили по телефону, через час вместе со своим компьютером Дипак примчался в поместье. Полночи, обложившись непонятными Самуэлю таблицами и схемами, он орудовал с доступами и паролями, — и под утро таки взломал сеть школы и стер проклятый мейл с сервера Как ни странно, в дальнейшем у них обнаружилось много общего. В частности, оба уже спустя пару первых месяцев учебы начали одинаково цинично, хоть и по разным причинам, относиться к бизнес-школе. Дипак открыто высмеивал пыл студентов на групповых занятиях, не появлялся на лекциях и постоянно конфликтовал с председателем студенческого совета школы Тедом Звеллингером. Самуэль рыжего председателя тоже не любил, тоже прогуливал, и, попав в одну с Дипаком группу, тут же составил с ним единую фронду против школьных порядков.
Причина, по которой Дипак не воспринимал школу всерьез заключалась в том, что он верил не в труд, а в удачу. Этому индусу постоянно везло в жизни. Как вышло так, что серьезная уважающая себя компьютерная фирма с мировым именем наняла его, имевшего тогда смутное понятие о компьютерах, программистом? Дипак рассказывал, что он «почти» не соврал, при встрече с представителями фирмы, сказав им, что работает старшим консультантом в серьезной интернет-компании. Он и рправдутам работал старшим консультантом. Еще он там работал президентом, финансовым директором, программистом, поваром, грузчиком и уборщиком. Его друг Джей, единственный партнер и служащий, работал по совместительству на всех тех же позициях, а оборот их фирмы составлял тысячу рупий в месяц, получаемых главным образом за уборку помещений в соседних офисах — ею партнеры фирмы занимались параллельно с многообещающим, но пока стагнирующим бизнесом по созданию интернет-порталов. Неважно, фирма с мировым именем набирала перспективную молодежь в свой новый офис в Бангалоре, и никто не потрудился проверить, насколько правдиво было резюме Дипака. А дальше — опять судьба. Шеф отдела Дипака оказался большим любителем рок-музыки, и часто, вместо того чтобы обсуждать бизнес-кейсы клиентов, Дипак обсуждал с ним в его кабинете особенности строя гитары Кита Ричардса и восхищался рифами Ангуса Янга. Проникшись к Дипаку, шеф закрыл глаза на пробелы подчиненного в компьютерной грамоте, и потихоньку помог ему устроиться на вечерние курсы программирования. И случилось очередное чудо — хоть Дипак и увлекся на курсах в основном хакерством, приобретенные навыки помогли ему с нахальством пролезть в несколько удачных интернет-проектов по строительству антихакерских систем, и вот Уже шеф порекомендовал его к учебе в престижной бизнес-школе в Лондоне. Что и говорить, индус умел не пропустить свой шанс, — умел схватить его, оседлать, умчаться на нем…