Кир гораздо хуже.
Знание. Бездействие. Сокрытие преступления.
От лютой ненависти спасает лишь голос, завершающий кошмар, но отрывающий новую дверь в мир холодного страха, слепой паники и тихой обречённости.
Через год я стану свободной от этой школы. Но моя клетка не откроется. Я навсегда застряну в мороке, разрывающем душу на мелкие куски.
Я никогда не буду услышана. А он никогда не будет наказан.
Глава 8
POV Аня
Всегда считала урок физкультуры самым бесполезным из всей школьной программы. Никогда не понимала смысла два раза в неделю по сорок минут делать вид, что ты спортсмен. Кто хочет, тот занимается спортом профессионально, а не пыжится на матах и в прыжках через козла. А ещё не понимала, как можно оценивать человека по нормативам. Кто их вообще придумал? Мои ноги недостаточно длинные, чтобы преодолевать прыжки в высоту. Ещё ненавижу бег.
В нашей школе нет обычного спортзала. Лишь гимнастический зал на втором этаже, разделяющий школу напополам. Он же тот, в котором проводятся различные концерты, выступления, выставки, вечеринки и много чего ещё. Для спортсменов предусмотрены профессиональные секции в специально отведённых зданиях. И тем, кому это не нужно, туда не ходят. Логично.
Раз нет зала, то и урок называется иначе. Ритмика. Нас учат танцевать, чтобы не ударить в грязь лицом на всяких привилегированных тусовках. Понятия не имею, чем они там занимаются. Может быть, даже танцуют.
Два года мне удачно удавалось избегать эти уроки. Настасья Андреевна вместе со своей подругой, беспомощным психологом, огородили меня от тесного контакта с любым представителем противоположного пола. Но в этом году всё иначе. Выпускной класс. Вальс перед нашими родителями. Я не хотела расстраивать маму, ожидая в стороне.
Вот я здесь. Совместный урок с параллельным классом. В спортивной форме, с собранными волосами в привычную косу, а рядом моя соседка по парте. Она же не удосужилась переодеться. Смотрела по сторонам высокомерно и брезгливо. Но почему-то продолжала стоять возле меня. Словно моё присутствие ей было легче переносить, чем остальных восемнадцати человек. Хотя нет, сейчас здесь только семнадцать. Её брат решил, что он выше данного мероприятия.
А вот Трисса со своими подпевалами хоть и опоздали, но, странно хихикая и оглядываясь на меня, заняли свои места в самом центре, оставив меня на задворках. И нет, я не жалуюсь.
- Хочешь поспорим, что нам не достанется партнёра?
Тихо хмыкаю. Думаю, она права. На мой счёт даже не стала бы делать ставку. Ко мне вряд ли кто-то подойдёт. Хотя дам и кавалеров как раз должно быть поровну, если посчитать неявившегося.
- Вон те двоя, - Ника указала на парней в обтягивающих трико, - лучше станцуют друг с другом.
Не могу сдержать смешок. Девушка отвечает тем же, посмотрев на меня по-дружески. Я стушевалась, боясь понять неправильно.
- Так! – Маргарита Семёновна, мастер спорта по бальным танцам на пенсии, хоть и достаточно молодая, хлопнула в ладоши. – Давайте начнём с разминки.
Высокая стройная женщина с туго стянутыми волосами. На ней красивое приталенное платье, словно она в любую секунду готова станцевать на сцене.
- У нас пополнение. – Учитель небрежно махнула рукой в нашу сторону. – Осваивайтесь, девочки. Сегодня будем разучивать шаг вальса. – Снова хлопок. – Разойдитесь шире, чтобы у каждого был квадрат вокруг.
- Какой ещё квадрат? – язвит Галетов. – Мы не на уроке геометрии.
- Вообразите его себе, - не разозлилась учительница. – Нужно место для шага, именно по этой фигуре вы будете двигаться. Все знают счёт в вальсе?
Послышался хор несуразных ответов, сливающийся в один гул.
- Приставной шаг вальса на «раз, два, три». Давайте попробуем вместе. – Маргарита Семёновна встала в стойку, расправив и без того прямую спину, раскинув руки в стороны.
Ученики повторили. Спина не поддавалась, с хрустом протестовала. Время, проведённое за мольбертом, давало о себе знать.
- Скользящие шаги. На счёт «раз» — вперёд правой ногой, на «два» — приставили левую, на «три» — правая нога делает снова шаг, но уже на месте.
Периодически кого-то пробивало на смех. Учитель шикала на них, проходя между рядами.
- Шаги плавные и скользящие, - наставляла она, качая головой. - Ноги должны наступать сначала на носок, а затем только на полную стопу.
Я же старательно преодолевала стеснение. Меня радовало только то, что с виду Нике было ещё более неловко. Она больше походила на ветряную мельницу в штормовой день.
- Спину прямее. Плечи расправили. Голова слегка подняли. Нет, Тарасова, - недовольно фыркает на какую-то ученицу из параллели, - не так высоко, а то шею сведёт или вовсе опрокинешься. Нам тут сотрясения мозга не хватало.