- Почему здесь моя юбка, которую я дала Ане? – Она скептически прищурилась. – Ты ведь не отобрал у неё?
- Я похож на того, кто будет насильно снимать юбку с девушки посреди школьного коридора?
- Правда хочешь услышать мой ответ?
Запрокидываю голову, вздыхая.
- Она сама отдала. Сказала, что возвращает. Вручила бы тебе, если бы ты не вела себя как затворница всю неделю, а хоть бы раз появилась в школе. Тогда мы мне не пришлось с ней контактировать.
Дергаюсь, словно по спине пробежал муравей.
- Почему она тебе так не нравится? Она ведь хорошая. Юбку вон вернула, хотя я не просила. Могу ведь себе хоть тысячу таких тряпок купить.
- Зачем ты вообще ей её дала?
- Потому что сучка Трисса и её придурочные подружки искромсали Анину юбку в хлам, пока мы были на ритмике.
Хм, это вполне ожидаемо. Выходка по-детски не особо умная, но другого от этих девчонок и ожидать сложно. Трисса вообще двоюродная сестра Вована. Там знатно подпорченный генофонд. Но и неудачницу мне не жалко. А узнать планировал вовсе не об этом. Плевать я хотел на проблемы нищей девчонки.
- Зачем тебе помогать ей?
Ника садится на постели по-турецки.
- Может, как благодарность за её помощь. - Она пожимает плечами. – А, может, Аня мне нравится. Она не злая. Не пытается никого оскорбить или унизить. В моменте мне стало её жалко. Она ведь правда стипендиатка. Никакого богатого папаши там нет. Говорит, её папа мёртв, но был героем.
- Чего?
Моё лицо втягивается. Этого я точно не ожидал. Какой ещё герой? Герой чего? Её вымышленного мира?
- Вот и я не поняла, но Аня страшно разозлилась, когда я спросила.
Сразу вспоминается школьная вечеринка, когда она балансировала между гневом и испугом. Её вечно бледное лицо покраснело, ресницы дрожали, даже коса, казалось, напряглась. Быстро мотаю головой, смахивая ненужную картинку.
- Может, лучше займёшься своей жизнью вместо помощи геройским обездоленным?
Сестра морщится, заваливается набок. Ловлю себя на мысли, что меня начинает раздражать её инфантильное поведение.
- То, что родители в отъезде не значит, что со школы до них не дозвонятся. Я не смогу прикрывать тебя вечно. Возьми, наконец, себя в руки. Прошло уже больше двух лет.
- Меня тошнит от этой школы . – Ника имитирует рвотный позыв. – Каждый раз вздрагиваю, когда вижу эту лестницу. В голове шум того вечера. Знаешь, всё чаще хочется сделать затяжку и перестать думать.
- Ника, твою мать! – Вскакиваю на ноги, оказываюсь у кровати, нависнув над сестрой. – Нам всем тяжело это далось! Родители отвалили кучу бабла, чтобы замять случившееся. И до сих пор вваливают, чтобы ты продолжила там учиться! Приди уже в себя! Жизнь продолжается. – Проталкиваю сквозь стиснутые зубы: - Ты. Больше. Не. Торчок.
Зарываюсь пальцами в волосы. Я тоже устал. Переживать. Бороться. Как помочь человеку, если он сам не хочет ничего менять?
- Найди себе занятие. Отвлекись. – Оглядываю её спальню. – Ты хотела разрисовать комнату, так займись уже этим. Встань с кровати.
Ника виновато опускает голову.
- Я хочу, но рисовать не умею, ты же знаешь.
- Так найди того, кто тебе поможет.
- Уже нашла. – Сестра делает глубокий вдох и разочарованный выдох. – Но она отказалась мне помогать, хоть я и предложила ей заплатить. Может быть, я бы её и уломала, но появился ты и всё испортил.
Ника бросает в меня обвинение, поджимая губы. Закусываю щёку изнутри, понимание приходит мгновенно.
- Не смогла найти кого-нибудь другого?
- В нашей школе? Ага, конечно. Со мной никто не общается, да и я не собираюсь тусоваться с ними. Предлагаешь мне обратиться к Триссе? Она ведь тоже рисует.
Я молчу, опустив подбородок.
- Ты же видел блокнот. Девчонка рисует как бог.
Я бы так не сказал, но наброски действительно выглядели неплохо.
- И ты не боишься пускать её в наш дом на постоянной основе?
- Она только что вернула юбку, которую я фактически подарила ей. – Сестра потрясла пакетом. - Думаешь, хочет нас ограбить?
- Или втесаться в твоё доверие.
- За всё то время, что мы сидели за одной партой, она ни разу не пыталась наладить контакт.
- А помогла она тебе по доброте душевной? – фыркаю.
- Аня сказала, что помогла не ради меня, а ради себя.
- Что это вообще должно значить?
Сестра пожимает плечами. Я открываю рот, чтобы высыпать кучу критических и здравых причин, почему это во всех отношениях плохая идея, но затыкаю себя, видя, что её глаза оживились впервые за два долгих утомительных года.
Сцепляю пальцы на затылке. В голове крутятся шестерёнки, яростно перебирая другие варианты. Я бы мог предложить лучших художников города. Но ведь Нике нужно нечто иное…