Мы с мамой никогда бы не потянули подобное образование. Даже если бы папа был жив. Но так уж вышло, что именно после его смерти, я оказалась здесь.
В самих же учениках не было ничего особенного. Обычные школьники с дорогими телефонами и украшениями.
Кто-то с прыщами, или рубцами от них. У кого-то слишком длинные стрелки, нарисованные дорогой подводкой.
Девушка справа от меня нервно теребит неудачно осветлённые волосы, высушенные концы так и просятся под ножницы. Кто знает, может на уроке рукоделия моя рука соскользнёт, помогая выжить её волосам? Останавливаю фантазию. После этого мне не выжить.
- Думаешь, раз выиграла конкурс, сразу стала нам ровней?
По-прежнему не могу сдвинуться с места. Ученики и не думают отодвинуться, позволяя пройти. Перевожу взгляд на не унимающуюся стерву.
Она симпатичнее своих подруг. Тёмные блестящие волосы, аккуратный макияж, губы же стали больше с прошлого раза. Не то чтобы я следила, но из её рта всё время льются помои. Красивая, богатая, с раздутым самомнением, и такая желчная, что от слюны сдохнет любое растение.
В прочем, они тут все с манией величия. И да, я выиграла конкурс. Не один. Уже третий год обхожу нашу королеву, словно нарочно провоцируя. Но кто же виноват, что судьям мои рисунки нравятся гораздо больше?
- Она оглохла? – хохотнул придурок Галетов. Он из моего класса. – Медицина сейчас дорогая. Разве нищих лечат? Эй, сходи, уши промой!
Факт № 4: в среднем по статистике страны я не бедная, но для учеников этой школы ничем не лучше вокзального бомжа.
- Жалко, что нельзя промыть мозги.
Это вырвалось прежде, чем я хорошенько взвесила последствия. Огрызаться – себе дороже. Но в данной школе слово – это воробей, которого не просто поймают, из него сделают чучело.
Женская половина выпятила губы трубочкой, а мужская подняла брови. Только одни брови остались на месте. Хотя это только моя догадка. Не буду проверять.
- Давненько мы не ставили тебя на место, - цокнула королева, выходя вперёд. – Вот вам и власть народу.
Глаза компашки предвкушающе блеснули. Кровожадность – ещё одна отличительная черта богатеньких упырёнышей. Пока их родители-упыри пью кровь у подчинённых, эти наслаждаются издевательствами над одноклассниками.
Я не шарахаюсь назад. Любое неловкое движение – кубарем плечу вниз на потеху жаждущей публике. Лишь мои онемевшие пальцы сжимают ремешок сумки.
Она останавливается на ступеньку выше меня, показывая, кто выше. Может быть, придёт тот день, когда я смогу скинуть её с пьедестала. Но это точно не сегодня. Сколько бы я ни выигрывала, королева всегда на троне.
Рука с красивым маникюром тянется ко мне. Что она хочет? Вцепиться в мои волосы? Сорвать сумку? Порвать жакет?
- Не трогай её, - вмешивается голос, от которого у меня проступают мурашки. Почти каждую ночь я слышу, как он скучающе растягивает слова, словно ему безразлично то, что видит перед собой. Разве это возможно?
Чёрствость Кирилла Громова оглушает. А я продолжаю просыпаться в холодной испарине.
- Это ещё почему?
Девушка оборачивается к парню.
- Кир? – торопит, когда не получает ответ.
Сдаюсь: поднимаю глаза, чтобы посмотреть на него.
Высокий. Немного лениво облокотился на стену. На голове то, что называют модным творческим беспорядком, или же бунтарством. Я же считаю, что мальчик уже достаточно взрослый, чтобы подружиться с расчёской.
Красивый, словно из девичьих фантазий.
Нос, губы, резкая линия челюсти, зелёные глаза… Они лишь однажды смотрели на меня прямо. Мне не понравилось.
- Она приехала на автобусе. От неё воняет и… Там куча инфекций.
- Точно, - спохватывается королева, одёргивая руку, - ещё подхвачу что-нибудь. Да и вонять тоже буду.
- Фу-у-у, - протягивают подпевалы. Парни загоготали, словно ничего остроумнее не слышали.
Унижение. Была бы благодарна, если бы она просто в очередной раз вцепилась в мои, ненавистные ею, волосы. Внутренности сжимаются, защемляя сердце. Глаза щиплет, а губы дрогнули.
«Не подходи ко мне. От тебя воняет бедностью».
С трудом втягиваю воздух. От меня ничем не воняет. Я не грязная, одежда тоже постиранная. Но чувствую себя замаранной, словно облили помоями.
Звенит первый звонок, призывая учеников занять свои места. На меня бросают ещё несколько косых взглядом, затем дружно разворачиваются и устремляются восвояси.
Блондинка успевает саркастично хмыкнуть:
- Что он только в тебе нашёл?
По позвоночнику опустился колючий холодок. Вот бы он вообще на меня никогда не смотрел.