- Надеюсь, вы не разочаровались во мне? - спросила я.
- Да как можно? - в своем духе вскричала Марина, стискивая меня свои тонкими изящными руками, которые, я поняла это только сейчас, были необыкновенно сильными, - Это платье просто сказка! Теперь я буду одеваться только в то, что ты сшила.
- Спасибо, - от удовольсвтия я разве что не зажмурилась.
- Но ты же не выбросишь его, правда? - спросил Ронуил, ласково трогая многочисленные цепочки на своем рукаве, - Мне очень, ОЧЕНЬ, нравится! Правда!
- Конечно, - я рассмеялась, чувствуя облегчение, - Я перешью его так, что он тебе еще больше понравится!
10
- Мне неприятно, - буркнул Лео.
-Мм…? - я растерянно подняла голову вверх, сжимая в руке иголку, а губами – несколько булавок. Из-за этого я и помгла произнести только лишь "мм", не больше.
- Мне неприятно, - упрямо повторил парень, отступая от меня на шаг.
С той злополучной встречи и репетиции прошли почти две недели. Как ни странно, Лео не стал от меня бегать, и благодаря этому моя экзаменационная работа шла полным ходом. Сегодня я принесла в университет почти готовую одежду и сейчас занималась тем, что исправляла в ней неточности прямо на Лео.
Я аккуратно достала изо рта булавки и, сердито глядя на Лео, строго спросила:
- Что именно тебе неприятно?
Не то, чтобы наши отношения с ним за это время улучшились, однако смогла узнать Морра куда лучше. С остальными ребятами из «Розы Ангела» у меня все было пучком, каждый день, после учебы, я приходила в агентство, где работала над костюмами и общалась с ними в перерывах между репетициями. Мне казалось странным то, что ребята с большой теплотой относятся к Лео, - казалось, что между ними отличные дружеские отношения. Я этого не понимала, потому что при мне парень всегда казался очень холодным и высокомерным. Но я задумалась – может, в этом-то и заключалась вся загвоздка? И в этом, конечно, была своеобразная прелесть, поэтому я решила относиться к Лео с большей лояльностью…
- Я тебя уколола? - спросила я после этого его «Мне неприятно».
Но парень взял и просто промолчал.
- Тогда иди сюда, дай я доделаю манжеты! -, потребовала я, снова вкладывая булавки в рот.
Пока я работала, Лео постоянно ворчал. Это безумно раздражало, но я сдерживалась, стараясь пропускать его недовольные замечания мимо ушей.
Когда я наконец-то закончила, то с улыбкой сообщила:
- Вот и все. Можешь снимать. Теперь я тебя до самого экзамена не побеспокою.
Совершенно меня не стесняясь, Лео стал раздеваться. Я смущенно отвела взгляд и принялась складывать все свои швейные принадлежности в сумочку.
- Ты, наверное, счастлив? - спросила я.
- Чему это? - грубо огрызнулся он.
- Тому, что какое-то время тебе не придется терпеть меня.
- Ты все равно постоянно тусишь в агентстве, так почему я должен быть счастлив? Ты и там меня достаешь.
Я обиженно фыркнула.
- Прости, не хотела, - заявила я раздраженно, - Вообще-то, у меня работа такая – шить для вас одежду. Она правда тебе так не нравится?
- Не нравится, - подтвердил Лео.
- Но почему? - наконец-то задала я давно мучавший меня вопрос ,- По-моему, всех ребят вполне устраивает, как я работаю…
- А меня – нет.
- Ты очень многословен, - прыснула я пренебрежительно, - А главное, всегда по полочкам раскладываешь все интересующие меня ответы! Нет, Морр, серьезно! Не мог бы получше объяснить, что именно тебя не устраивает?
Я обернулась, отвлекаясь от сбора своих вещей, и в этот момент чуть не стукнулась лбом о мужскую грудь. Лео был гораздо выше меня, но не это сейчас меня смутило. Сняв пиджак и рубашку, он практически голышом неожиданно оказался рядом со мной. Слишком рядом и слишком близко. Как я уже говорила, у него было стройное и накаченное тело – но без излишних кубиков и бугров, с гладкой, умеренно загорелой кожей и аккуратными кружочками сосков. Невероятно сексуально. Разумеется, я смутилась еще больше. Задрав голову, я встретилась взглядом с его глазами. Черт возьми, да у него даже скулы и ресницы сексуальные!
Я нервно сглотнула.
- А это имеет какое-то значение? - холодно спросил он.
Если честно, я почти забыла о том, что говорила. А вспомнив, заговорила, испытывая тем не менее жуткую неловкость: