Когда последние лошади цокали копытами на восточный берег, в небе уже занимались красные отблески рассвета. Баллиста расплатился с паромщиками.
Насмешливый бригадир взглянул на самую высокую купюру в своей руке.
«Это заставляет вас смеяться...» Он сделал эффектную паузу.
Устав и горя желанием уйти, Баллиста очень сомневался, что грядущее окажет такой эффект.
«Постум ненавидит Галлиена. Он отрубил голову его сыну. Но он никогда не пытался помешать своим подданным принимать серебряные монеты, восхваляющие добродетели Галлиена».
Баллиста не подумал о словах и изображениях на монетах.
«Благочестие, Добродетель, Щедрость... всё это обычная чушь — мы видим их десятками. Заметьте, не так уж много таких золотых монет».
Не заподозрил ли паромщик что-то неладное?
«И снова, золота слишком мало, чтобы знать!»
Нет, это была просто подготовка к очередной вымученной остроте.
«Достаточно знать — о, это хорошая мысль, если можно так выразиться! О, ха-ха!»
Вежливо улыбнувшись, Баллиста размышлял, что делать. Если настоящий Второй Галльский флот и мавры не мчались на Авеннио, а возобновили преследование, лучше всего было бы уничтожить паром.
«Правда ли, что все эти восточные ребята трахают своих матерей?»
Попытки паромщика пошутить явно не ограничивались благоразумием, а может быть, даже и инстинктом самосохранения.
Но если паром будет уничтожен, что делать с его обслуживающим персоналом?
«Безжалостно», — сказал Максим. «Каждый из них — настоящий Эдип. Хотя от слепых толку мало».
«У вас забавный акцент».
«Конечно, я выступал на сцене до того, как вступил в кавалерию».
'Действительно?'
'Нет.'
Несмотря на всю раздражительность бригадира, Баллиста не мог заставить себя отдать приказ об убийстве паромщиков. К тому же, как только они сбросят тела в реку, их отсутствие и разбитая баржа привлекут внимание.
Ацилий Глабрион объявил, что колонна готова.
Баллиста любезно попрощалась с паромщиками.
Они ехали на юг. Луций Прокул знал тропу, которая отходила от дороги и шла на северо-восток, в горы, где соединялась с дорогой, ведущей из Колонии Валентия. Через два дня пути от этого развилки дорога раздваивалась. Там они могли выбрать между северным перевалом через хребет Матрона и южным, который шёл через Приморские Альпы – точнее, через дикие поместья самого Луция Прокула.
Потребовалось два дня упорного подъема, чтобы добраться до дороги.
На третий день они ехали по мосту через пропасть в
подножия горы Гаура и спустились в высокогорные долины к горе Селевк.
И там, в этом отдаленном месте, удача отвернулась от них.
Враг выстроился поперёк дороги. Три тысячи и более человек заполнили долину. В центре строя стояли четыреста высоких мужчин в кольчугах. Всю свою жизнь Баллиста знал знамя, реющее над их головами. Белый конь на зелёном поле – знамя химлингов Хединсея.
OceanofPDF.com
ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ВТОРАЯ
Гора Селевк в Альпах
Семь дней до сентябрьских календ
«Я ЗНАЛ, ЧТО ТЫ ПРИДЁШЬ».
«Что ты здесь делаешь?» — спросил Баллиста своего сводного брата.
«Человек должен быть где-то».
Когда стемнело, Баллиста с Максимусом и Тархоном отправились во вражеский лагерь. Они шли открыто, прямо по дороге к англам. Воин, стоявший на страже, бросил им вызов. Баллиста назвал своё имя: Дернхельм, сын Исангрима. Часовой привёл их в Аркил.
«Что случилось с твоими волосами?»
«Это история для другого раза», — сказал Баллиста. «Как вы здесь оказались?»
«Мы сражались с франками в Пиренеях, когда пришла команда. Офицер по имени Юлиан организовал поход в Галлию – четыреста наших воинов, тысячу из Седьмого легиона, ещё тысячу вспомогательной пехоты, столько же регулярной кавалерии и около четырёх тысяч мавров».
Аркил помолчал, размышляя.
«С самого начала было что-то странное. Юлиан знал о тебе ещё до того, как мы спустились с гор. Ночью прибыло не один гонец.
«Ты водил дружбу с ненадежным человеком».
Аркил снова остановился, обдумывая свои слова. Баллиста забыл о важности слов своего сводного брата.
«В любом случае, — продолжил Аркил, — Постум дал слово, что нас не позовут сражаться с нашими сородичами. Когда большая часть кавалерии повернула назад, намереваясь устроить засаду на вашу колонну, мы продолжили движение на восток с остальными войсками. Нам было приказано помочь Воконцию Приму, герцогу Альп, обезопасить проходы в Италию. Вот почему мы здесь с Юлианом, легионерами и частью мавров. Вспомогательные войска и остальная часть африканской всадников удерживают проходы к югу».