Постум отпил глоток хорошо разбавленного вина. Полдень ещё не наступил. Дел предстояло много.
Следующее дело касалось невозврата задатка.
Потребуется некоторое время, чтобы провести заинтересованных лиц в здание суда.
Война действительно приближалась. Постум снова взглянул на карту на стене. Постум проследил её маршрут. Дорога из Везонтиона в Августодун. Дорога, по которой отступал Постум и по которой теперь наступал Галлиен. Сегодня утром разведчики доложили, что вражеская конница достигла Дубрисского моста. Переправившись через реку, Галлиен через пару дней достигнет Августодуна. Постум решил отложить казнь христиан до осады города. Это должно было поднять боевой дух защитников.
Августодунум был готов к осаде. Требеллий не сумел справиться с религиозными волнениями, но собрал обильные запасы продовольствия. Галлиен собирался перекрыть акведуки, но в городе были колодцы, и, если бы они вышли из строя, воду можно было бы черпать из ручьев у подножия укреплений. Стены требовали лишь поверхностного ремонта.
Хотя они были построены давно, скорее из чувства гражданской гордости, чем по необходимости, они представляли собой массивное сооружение: высокие и широкие, с прочным бетонным цоколем, облицованным гладкими блоками песчаника. Не менее пятидесяти четырёх башен позволяли торсионной артиллерии и лучникам обстреливать все подходы. Реки Арру и Аккорон служили рвом с севера и востока соответственно.
Единственной слабостью были четверо ворот. Однако они были защищены фланговыми башнями, и, как только Постум прибыл, он приказал добавить зубцы к их декоративной надстройке. Поразмыслив, он не стал закладывать четыре портала в каждых воротах. Защита
Город никогда не должен быть пассивным. Угроза вылазки не даст осаждающим расслабиться и почувствовать себя в безопасности.
Стены тянулись на мили, окружая огромную территорию. Но солдат для их охраны было более чем достаточно. Восемь тысяч воинов, наблюдавших за южными перевалами через Альпы, собрались в городе под командованием Требеллия. Благодаря подкупленному бездействию Авреола почти вся кавалерия и более половины пехоты смогли избежать битвы при Везонтионе с Постумом. Всего для защиты Августодуна было около тридцати тысяч вооружённых воинов.
Галлиен мог сидеть за пределами Августодуна до тех пор, пока голод, чума или предательство не вынудят его снять лагерь и отступить.
Прокурор был готов начать свою речь.
«Скупость должна быть наказана, а жадность должна быть наказана. Добросовестность среди людей не может быть сохранена, если их не сдерживает страх».
Даже в разгар войны мужчины не прекращали тяжбы и погоню за наживой. Постум увидел, как его сын записывает. Он никогда не понимал увлечённости мальчика юриспруденцией. Мысли императора вернулись к прежнему руслу.
Голод мог настигнуть осаждающих раньше, чем ожидал Галлиен. Войскам, призванным Постумом из Британии и с Рейна, теперь было приказано собраться в Могонтиаке в Верхней Германии. Их должно было быть четырнадцать тысяч. Оттуда, под командованием наместника Лелиана, они могли двинуться на юг и перекрыть Галлиену доступ к припасам из Италии через Сумм Пенин.
Аналогичным образом, накануне Постум отдал приказ войскам из Испании пересечь Пиренеи. Тысяча легионеров, соответствующее количество вспомогательной пехоты, пятьсот союзных англов и пять тысяч всадников, большинство из которых составляли мавританские племена, должны были отправиться в поход.
Долина Нижней Роны. Как только они окажутся на месте, Галлиену станет крайне сложно получить помощь через южные перевалы Альп.
Последнее решение далось нелегко. Оно лишило испанский гарнизон всего войска. Постум знал, что как только они отступят, франки, загнанные ими в Пиренеи, выступят вперёд. Варвары уже разграбили Таррако. Теперь судьба этого города досталась ещё многим поселениям полуострова. Но это был вопрос приоритетов. Как только Галлиен вернётся в Италию – или, лучше сказать, после его смерти – Постум сможет возглавить армию, чтобы усмирить Испанию. Как и в случае с некоторыми болезнями, для поддержания здоровья на долгие годы необходимы определённые страдания.
«Кто откажется от задатка, пусть заплатит вчетверо. Так говорит закон. Без верховенства закона какая надежда у человечества?»
Как же эти галлы любят звук собственного голоса.
Сын Постума всё ещё яростно писал. Пусть болтают и строчат, а оборону оставьте тем, кто разбирается в военном деле. Августодунум был надёжной крепостью. Едва эта мысль зародилась, как коварно появилась другая. Сильван и Салонин могли бы считать себя в безопасности за стенами Колонии Агриппинской.