Конечно, часть людей в колонне пропала. Накануне вечером на перекличке трое эмесенцев и двое фракийцев без объяснения причин отсутствовали в знаменах. На марше всегда находились отставшие, и некоторые солдаты время от времени решали, что военная жизнь им больше не по душе, и дезертировали. Ещё более удивительным было то, что пропала пара из обоза Грата. Поскольку все погонщики мулов добровольно отправились в поход, скорее всего, их задержала какая-то болезнь или несчастный случай.
Путешествие не было таким уж трудным с тех пор, как они покинули виллу Витрувии. Двадцать пять миль в день: пешком, рысью,
прогулка, остановка в час, отдых в полдень, ранний разбивка лагеря –
Устоявшаяся рутина для конного отряда. Дорога по-прежнему была в порядке. Как только они спустились с возвышенностей, освободившись от густых лесистых склонов, пейзаж расширился, превратившись в обширные поля, окаймлённые густыми изгородями. Это была идеальная местность для конной охоты: гончие, преследующие добычу по наблюдению, быстрый конь, захватывающий дух галоп и азарт скачки. Неудивительно, что галлы были приверженцами этого времяпрепровождения. Галльские гончие и охотники славились по всей империи и стоили целое состояние.
Они проезжали мимо садов и виноградников, голубятен и прудов с рыбой. Тропинки, затенённые тополями, сходили с дороги и вели к аккуратным, выкрашенным в белый цвет фермам. Жнецы на полях не разбегались, а махали руками и выкрикивали приветствия. На перекрёстках стояли сельские святилища с приношениями на алтарях. Всё было упорядочено и мирно. Здесь, на открытой местности, не было неприступных убежищ, где багауды могли бы устроить свои логова. Все общины вдоль пути присягнули на верность Галлиену.
Городской совет Весунны настоял на определённых условиях. Они потребовали, чтобы Баллиста окружил город, построил своих людей, как для штурма, а затем официально потребовал от не имеющего стен и совершенно беззащитного города сдаться. Баллиста согласился на театральное представление. Он не винил советников за то, что они приняли все меры предосторожности. Если Галлиен проиграет гражданскую войну, Постум мог наказать тех, кто перешёл на его сторону, не оказав даже символического сопротивления.
«Ты опять съел лошадиный корм?» — спросил Максимус.
«Нет, это будут мулы», — ответил Баллиста, как и ожидалось. Эта шутка была издавна популярна среди кавалерии.
Максимус ждал с Тархоном под знаменем белого дракона. Дракона сопровождал новый знаменосец. Луций Прокулус рекомендовал
Молодой солдат, подходящий на эту должность. Пока что Эприус казался увлечённым, прекрасно осознавая, какая это честь – служить рядом с командиром экспедиции.
«Мы оставили тебе немного еды», — сказал Максимус.
«Это очень любезно».
«Ты становишься очень раздражительным, когда голоден».
Максимус передал Баллисте тарелку с жареным стейком и свежеиспечённым хлебом; раб Феликс продолжал угождать.
Баллиста сидела на складном табурете и ела.
Прежде чем он успел закончить, труба протрубила приказ снять лагерь. Призыв повторили по всем рядам. Сразу же лагерь окутал упорядоченная деятельность. Разжигали костры, скатывали постельное бельё, и начали складывать палатки. Это напомнило Баллисте одно из сложных механических устройств для определения положения звёзд –
множество шестеренок и циферблатов, все из которых движутся по отдельности, но сцепляются друг с другом в одном конце.
Солдаты, назначенные на утро сопровождающими, выехали легким галопом, по пути пережевывая свой паек.
Баллиста, продолжая есть, поднялся на ноги. Феликс убрал табуретку и положил её к палатке и другим вещам, которые нужно было упаковать.
Те, кто стоял на пикете в последнюю ночную стражу, поехали обратно, зевая и потягиваясь. Баллиста с удовлетворением отметил, что их товарищи по палатке оставили им немного еды. Экспедиция постепенно обретала всё большую эффективность и дисциплину.
Далеко за южным периметром разведчики под командованием Фабия уже рассредоточились парами по обе стороны дороги. Хотя сообщений о наличии в этом районе войск, верных Постуму, не поступало – более того, считалось, что их нет и по ту сторону Пиренеев, – лучше было действовать в военном порядке.
Баллиста закончил есть и отдал тарелку Феликсу.
Вместе с Максимом и Тархоном он направился вслед за своим знаменосцем и рабами к обозу.
Подпруга – Взять – Переломить. Погонщики мулов стояли по обе стороны от животных, закрепляя их грузы ромбовидной сцепкой. Взять
– Хорошо – Галстук. Традиционные крики эхом разносились по лугу. Мулы были с завязанными глазами, поводья перекинуты через голову, чтобы волочиться по земле. Они стояли спокойно, в пяти шагах друг от друга, длинной вереницей, тянущейся от кобылы с колокольчиком. Странно, как, когда повязки снимали, а поводья снова надевали на шеи, они продолжали плестись вслед за звенящим колокольчиком лошади, редко нуждаясь в чьих-либо подсказках или руководстве. Геродот был прав. Даже в животном мире привычка была главенствующей.