И никогда не стану.
Я ждала, скажет ли что-нибудь отец, но он промолчал. Это стало последней каплей. Больше я не проронила ни слова. Все равно меня никто не услышит. Я схватила сумочку и направилась к выходу.
— Хэдли, — окликнул меня брат.
Я проигнорировала его, вышла на улицу и быстро сбежала по ступеням крыльца. До внедорожника оставалось всего пара метров, когда чья-то рука перехватила мой локоть. Я резко развернулась, вырываясь из хватки.
— Что?!
Калдер примирительно поднял ладони.
— Воу, полегче, задира.
— Я туда не вернусь.
— Я бы тоже не вернулся.
Я растерянно замерла. Обычно он всегда принимал сторону матери и пытался меня урезонить. Но сегодня он просто шагнул вперед и крепко меня обнял.
На секунду я оцепенела от неожиданности, но потом расслабилась и прижалась к его груди, вцепившись пальцами в его фланелевую рубашку. В глазах закололо от слез, но я заставила себя не плакать.
— Мне жаль, Хэдс, — прошептал он мне в волосы.
— Почему она так меня ненавидит?
— Она тебя не ненавидит. Просто ей тяжело от того, какая ты сильная. От того, как хорошо ты знаешь, чего хочешь, и ни под кого не прогибаешься.
— Я больше так не могу.
Он едва ощутимо коснулся губами моего виска.
— Знаю. Может, вам обеим стоит сделать перерыв и побыть немного вдали друг от друга.
Какое-то время мы молча стояли в лунном свете. Калдер не выпускал меня из объятий, а я крепко держалась за его рубашку. Мне было страшно даже глубоко вздохнуть, чтобы не испортить этот момент. Но и полностью отдаться этому чувству было так же страшно. Жутко было поверить, что он окажется рядом, когда будет мне нужен.
Эта мысль заставила меня разжать пальцы и отступить на шаг. Я не могла смотреть ему в глаза.
— Спасибо.
— Хэдли, — хрипло выдохнул он.
— Увидимся в среду. — Я повернулась и пошла к машине. И ни разу не обернулась.
Но когда я отъезжала, то все-таки не удержалась и взглянула в зеркало заднего вида. Калдер стоял там, залитый лунным светом. Засунув руки в карманы, он выглядел чертовски одиноким и несчастным. И все же я нажала на газ. Потому что если я доверюсь Калдеру, а он меня не удержит... от моего сердца не останется даже осколков.
7 Калдер
Я стоял и смотрел, как красные габаритные огни растворяются в темноте. Дерьмо. Я прямо кожей ощущал, как от Хэдли волнами исходит боль. Глубокая, въевшаяся в самую подкорку скорбь. И я ни хера не мог с этим поделать.
Я с силой пнул камешек и повернулся к дому. Когда я поднимался по ступеням, Хейз открыл входную дверь и протянул мне бутылку пива.
— Подумал, нам всем не помешает.
Я буркнул в ответ что-то невнятное. Мне сейчас требовалось кое-что подразорительнее пива.
Хейз направился к плетеным креслам-качалкам на крыльце и тяжело опустился в одно из них. Я сел рядом. Мы молча смотрели на темные поля. Чернильно-фиолетовое небо сегодня было абсолютно чистым, и звезды из-за своего яркого сияния казались какими-то ненастоящими.
В груди болезненно екнуло. Мне следовало прыгнуть в ее внедорожник и уехать куда-нибудь к черту на рога, чтобы выплеснуть злость. Следовало помочь ей забыть весь тот бред, который на нее вывалила мать.
От одной мысли об этом у меня задрожали руки. Чертова борьба желания с собственным страхом и чувством долга.
— Ты там так громко думаешь, что у меня аж в ушах звенит, — голос Хейза ворвался в мои мысли.
— От тебя тоже шума полно.
Он усмехнулся, но звук вышел глухим. Совсем не тот раскатистый хохот, к которому я привык от друга, ставшего мне почти братом.
— Все только хуже становится. Я думал, когда с похитителем Эверли все закончилось, мама успокоится. Ослабит хватку. Но она, блядь, будто еще сильнее насела на Хэдли.
Хейз даже не смог произнести имя подонка, который украл Эверли. Бен был другом их детства, у которого сорвало крышу от одержимости. Но она выбралась и теперь в безопасности.
Я принялся ковырять ногтем край пивной этикетки.
— Это ее триггернуло. Сейчас твоя мать ведет себя как собака, у которой однажды уже крали кость. Теперь она ее ни за что не выпустит.
Он потер лицо ладонями и ненадолго замолчал.
— Я без понятия, как это исправить.
— Думаю, никак.
Хейз покосился на меня.
— Ты вообще видел Хэдли в последнее время? Между вами словно что-то изменилось.
И правда, изменилось. Та сцена на месте аварии открыла мне глаза на Хэдли. Я так зациклился на ее безрассудном поведении, что в упор не замечал, как сильно ей плохо.