Я продолжал бороться с собой, пока мы с Хэдли шли по Аспен-стрит. Глаза так и шарили по сторонам, я провожал взглядом каждого встречного. Меньше всего мне хотелось напугать Хэдли своей злостью, но за этой яростью скрывался страх. Тот факт, что кто-то не пожалел времени и сил, чтобы сотворить с ней такое, не предвещал ничего хорошего.
— Ты скажешь хоть что-нибудь? — тихо спросила она.
Я сбился с шага и посмотрел на нее сверху вниз.
— Что?
— Мне нужно, чтобы ты что-то сказал. Что угодно. Наори на меня за то, что я вытворяю безумные трюки на велосипеде. Скажи, что мне нельзя ходить в походы в одиночку. Что угодно, только не это твое злобное молчание.
Я обнял Хэдли за плечи и прижал к себе. Вдохнул знакомый цветочный аромат ее шампуня. Понятия не имел, что это за запах, но он еще долго держался в комнате после ее ухода, оставляя невидимый след.
— Извини. Я просто прокручиваю в голове все возможные варианты.
— Ну а меня это пугает до чертиков, так что прекрати.
Я поцеловал ее в макушку, и мы снова пошли, но на этот раз я переплел свои пальцы с ее пальцами.
— Калдер, — прошептала она, глядя на наши руки.
— Я не собираюсь это скрывать.
Хэдли прикусила нижнюю губу.
— Ладно. Надеюсь, брат не заедет тебе по роже.
Ее будничный тон заставил меня усмехнуться.
— Уверен, ты меня подлатаешь, если он это сделает.
Я был готов принять удар или любое другое наказание, какое Хейз решит на меня обрушить. Хэдли стоила всего этого.
— Мужики, — проворчала она под нос.
Мы поднялись по ступеням к полицейскому участку, и я придержал дверь, пропуская Хэдли вперед. Оказавшись внутри, я снова взял ее за руку.
Помощник шерифа Уильямс поднял глаза из-за стойки регистрации и улыбнулся. Его улыбка стала еще шире, когда он заметил наши сцепленные руки.
— Привет, ребята. Чем могу помочь?
— Брат у себя? — спросила Хэдли.
— Должен быть. Сейчас наберу его. — Он взял трубку стационарного телефона. — Привет, босс. Тут твоя сестра и Калдер. — Секундное молчание. — Без проблем. — Он повесил трубку. — Говорит, проходите.
Я повел Хэдли через лабиринт рабочих столов к кабинету Хейза. Стучать не стал, просто открыл дверь.
Хейз оторвал взгляд от стопки бумаг.
— Привет, а что... — Он осекся, прервав фразу на полуслове, когда увидел наши руки. Затем его взгляд метнулся с моего лица на лицо Хэдли и обратно. — Ну ни хера себе.
Хэдли прыснула, и этот смешок тут же перерос в истерический хохот.
Хейз поднялся на ноги, с тревогой глядя на сестру.
— С ней все в порядке?
— День выдался тяжелый, — объяснил я.
Он продолжал изучать нас обоих, пока Хэдли пыталась взять себя в руки.
— Уж точно богатый на события. И когда это случилось?
— Примерно неделю назад, — сказала Хэдли, наконец справившись с приступом смеха.
Я притянул ее ближе к себе и посмотрел в эти арктически-голубые глаза.
— Но вообще-то, еще много лет назад.
Хейз выглядел так, словно наблюдал за игрой в теннис, переводя взгляд с одного из нас на другого.
— Не скажу, что ожидал такого, но если вы счастливы, то я только рад за вас.
То, что он не разозлился, сняло камень у меня с души, но ощущение огромной тяжести на плечах никуда не делось.
— Вообще-то, мы здесь не поэтому.
Что-то в моем тоне заставило Хейза насторожиться.
— Садитесь и рассказывайте, что стряслось.
Мы с Хэдли устроились в креслах напротив его стола, и обстановка мгновенно сделалась официальной. Хэдли впилась ногтями в тыльную сторону моей ладони. Я понимал, что первый шаг должна сделать она. Как бы сильно я ни рвался все рассказать Хейзу, Хэдли нужно было поделиться своей историей своими собственными словами.
Прошло пара минут. За годы работы Хейз научился терпению. Он знал, что людям нужно дать время, чтобы они нашли правильные слова и собрались с силами.
Наконец Хэдли подняла глаза и встретилась взглядом с братом.
— Кто-то меня преследует. Сталкер, наверное? — Она покосилась на меня. — Может, это слишком громкое слово.
— Вовсе нет. Кто бы это ни был, он самый настоящий сталкер.
Желваки на затылке Хейза заходили ходуном.
— Рассказывай с самого начала.
Надо отдать Хэдли должное, она так и сделала. Рассказала про свое второе «я», про комментарии троллей, про электронные письма и сообщения, и, наконец, про то, что произошло сегодня. Она не упустила ни единой детали.