Взбираясь на эту вершину, мы исступленно держались друг за друга, доказывая сами себе, что мы здесь, живые, и мы дышим. И когда нас наконец накрыло, это принесло с собой глубокое, абсолютное понимание: так было предначертано с самого начала.
45 Калдер
— Добро пожаловать в эпицентр хаоса, — сказал я Хейзу, выкатывая его на заднее крыльцо.
Школа закончилась пару дней назад, и у Берди с Сейдж в венах бурлила эта ранняя летняя энергия. Они с визгом носились друг за другом по двору, играя в какую-то чертовщину, правил которой я так и не понял.
Хейз ухмыльнулся и протянул мне кофе.
— Может, это поможет.
— Боже, очень на это надеюсь.
— А где Хэдли?
Я сделал глоток и едва не застонала от удовольствия.
— Поехала кататься с Тоби и Джинкс.
Хейз многозначительно выгнул бровь.
— И как ты к этому относишься?
Я опустился в одно из кресел, лицом к участку.
— Я хочу, чтобы она была счастлива. Лошади, скалолазание, сноуборд — это все часть нее. — Я поддел пальцем край крышки на стаканчике. — Я не хочу ее менять. Но это не значит, что я не торчу от страха...
— Потому что ты живой человек.
Я кивнул, глядя, как Берди закрутила какое-то подобие сальто.
— Думаю, Хэдли это тоже понимает. Мы оба приняли ситуацию. Она знает, что я буду психовать. Я знаю, что ей нужно жить той жизнью, которой она хочет. И мы оба стараемся сделать так, чтобы другому было хоть немного легче.
— Я рад за вас обоих, брат.
— Спасибо, дружище. — Я посмотрел на Хейза, своего друга буквально с пеленок. — Я люблю ее. Я сделаю все, что в моих силах, чтобы защитить ее. Все, чтобы помочь ей взлететь.
— Это хорошо, потому что если ты сделаешь ей больно, мне придется надрать тебе задницу.
Я так и прыснул со смеху.
— Ты можешь попытаться.
— И у меня получится.
Я сделал еще глоток кофе, пока Сейдж заходилась ультразвуковым визгом.
— Так ты расскажешь, какого хрена приперся ни свет ни заря в рабочий день?
Хейз откинулся на спинку кресла.
— Во-первых, хотел сказать, что Эван Гиббс больше не доставит Хэдли никаких проблем. — Уголки его губ дернулись. — И нам с тобой не придется пялить эти гребаные смокинги ради какого-то ублюдского бала.
— Что стряслось?
Хейз покачал головой, потирая подбородок.
— Сегодня объявился тип из филиала ФБР в Бенде. Хотел предупредить, что они берут Эвана под стражу. Оказывается, этот гад разводил людей на бабки по всей стране.
— Вот же дерьмо, — пробормотал я.
— Не то слово. Там все еще грязнее. Большинство контор, у которых он крал, были благотворительными фондами.
Я выпрямился в кресле.
— Думаешь, он собирался запустить лапу в фонд помощи вдовам и сиротам?
— Я бы от этого урода всего ожидал, но теперь хрен ему, а не шанс.
— С самого начала знал, что этот парень — конченый гондон.
— Преуменьшение века.
Хейз на минуту замолчал.
— Джеки пришла в себя.
Я проводил глазами Берди, которая повалила Сейдж на траву, и они обе покатились со смеху.
— Понятно.
Я не знал, что именно должен чувствовать. Внутри воевала целая куча противоречивых эмоций.
— Врачи считают, что со временем она полностью поправится.
— Она говорит?
Хейз заерзал на стуле.
— Я беседовал с ней утром. Заявила, что это был несчастный случай. Мол, она не справилась с управлением...
— Пиздеж, — прошипел я, подаваясь вперед.
Хейз поднял руку, пресекая все, что готово было вырваться из моего рта.
— Эта версия развалится. Показания Хэдли, экспертиза на месте аварии — все доказывает, что она несет чушь.
Я снова откинулся на спинку кресла, но внутри все было натянуто как струна.
— И теперь Хэдли придется таскаться по судам через весь этот кошмар, пока ее жизнь будут разбирать по косточкам. А что насчет остального?
— Включила дурочку. Говорит, знать не знала, что Хэдли вообще снимает какие-то видео.
Я покачал головой.
— И какого хрена я думал, что близость к смерти может ее изменить? Раньше ведь не меняла.
Хейз сжал мое плечо.
— Надеяться, что человек может измениться, — это нормально.
— Может и нормально, но тупо, когда тебе раз за разом доказывают, насколько у человека нет сердца.
— Она сядет, и надолго. Учитывая ее биографию, обвинение будет требовать максимальный срок.