Искушение вспыхнуло — яркий маяк, на мгновение мелькнувший во тьме, — а затем раздался крик, и все пропало. Он подумает, что делать, когда все будут в безопасности. Пока же он мог заняться делом. У его раскаленной ярости появился выход — эти проклятые собаки. Дай Бог, он уничтожит всех до единой, прежде чем сбежит в лес как трус. Габриэль много кем был, но только не трусом.
Слева от него закричала Надира. Она отступала от злобно лающего ретривера. Ретривер присел, уши прижались к черепу, с оскаленных клыков капала пена.
Он бросился на Надиру. Она споткнулась и упала, подняв руки, чтобы защитить лицо. Пес прыгнул ей на грудь, собираясь вцепиться в горло, но не успел.
Габриэль бросился к Надире и сделав выпад, сильно размахнулся и с громким треском ударил зверя в голову. Ретривер упал на Надиру и замер. Габриэль пинком отправил в полет крадущегося терьера, который вскрикнул и шарахнулся в сторону. Он бросил деревяшку, наклонился и рывком поставил Надиру на ноги.
— Ты ранена?
Она покачала головой, ее глаза смотрели безумно. Платок на голове сбился. Ладони и локти были в царапинах. Брюки порвались на левом бедре.
— Он прокусил кожу?
Она поспешно поправила платок на голове.
— Думаю, нет.
— Тогда, за мной. — Габриэль сунул ей в руки одну из досок. — По моему счету, хватай Бенджи, залезай внутрь и закрывай двери.
— Но он…
Не было времени беспокоиться о возможном заражении. Не в случае реальной угрозы нападения собаки или смерти от нее.
— Не трогай его и не снимай маску! А теперь иди! Я позабочусь о собаках.
Его гнев разгорелся белой вспышкой ярости, которая выжгла тьму из сознания. Он помчался к погрузчику, крича на бегу как сумасшедший.
Немецкая овчарка и ротвейлер пригнулись и повернулись к нему, рыча, с их морд капала рыжая пена. Еще две шавки атаковали его слева.
Он бросился в середину стаи и, используя доску как дубинку, ударил одну собаку в ребра, другую — в подреберье, а последнюю — в голову. Собака обмякла и упала, потеряв сознание.
Остальные животные почувствовали запах крови. Габриэль отшатнулся назад: собаки с диким лаем набросились на павшую псину. В животе у него заурчало, но это дало необходимое время.
— Вперед!
Надира промчалась мимо собак и забралась на погрузчик. Она схватила Бенджи за руку и втащила его внутрь. Для Габриэля места не осталось. Он и не ожидал, что оно будет.
Он захлопнул дверь и повернулся лицом к собакам.
Ротвейлер двинулся вперед, опустив голову и зарычав, рыча, на его клыках и пасти блестела кровь.
— Давай, мерзкая, уродливая тварь! — Габриэль поднял дубинку. — Подойди и схвати меня!
Глава 20
Уиллоу
Уиллоу не могла отыскать Бенджи. В хаосе нападения все вокруг превратилось в скользящие тени и вспышки молний. Гремел гром, завывал ветер, дождь барабанил по крыше. Гроза бушевала так сильно, что Уиллоу с трудом могла что-то расслышать.
И над всем — крики и вопли ужаса, и собаки, подбегающие ближе, как безмолвные демоны из ада. Это походило на какой-то отвратительный, искаженный кошмар.
Круг распался. Теперь каждый защищался сам. Только Бенджи не мог за себя постоять. «Они — твоя ответственность. Позаботься о них». Уиллоу должна его защитить.
Она кружилась в поисках брата, выкрикивая его имя, вглядываясь в тени. Ей пришлось отскочить в сторону, когда огромная темная фигура пронеслась мимо, рыча и щелкая челюстями в нескольких сантиметрах от левой ноги Уиллоу.
Молния создавала эффект стробоскопа. С каждой вспышкой хаос на складе замирал, как в ярком свете лампы — собаки убегали, приседали, рычали. В следующей вспышке — люди становились спиной друг к другу, нанося удары прикладами винтовок, ножами.
Страх накрыл Уиллоу с головой.
— Бенджи!
Она почувствовала горячее дыхание на своей руке, запах мокрой шерсти и чего-то прогорклого. Чтобы не напугать зверя, Уиллоу медленно повернулась. Немецкая овчарка стояла примерно в трех ярдах, не сводя с нее глаз, с вздыбленной шерстью на спине и высунутым языком.
Лола еще в детстве научила ее, как вести себя вблизи незнакомых агрессивных собак. Она заставила Уиллоу практиковаться с Бенджи и Зией. Стоять неподвижно как дерево. Бенджи замирал на одной ноге и хихикал, пока не терял равновесие и не падал, ударяясь о Зию, и они оба валились на пол, истерически хохоча и пытаясь утащить за собой Уиллоу.
Сердце бешено заколотилось в груди. Она не могла думать об этом сейчас. Нужно сосредоточиться. Она должна выжить.
Немецкая овчарка зарычала, подходя ближе.