Бобби-Д много плакала. Она даже чуть было не уехала.
Мы получили твое письмо и были счастливы узнать, что все у тебя складывается удачно, хотя Хэнк рассказал, о чем ты написал ему. Он очень беспокоился, а когда Мэри попыталась успокоить его, сказал: «Хоть я присоединился к вашей семье позже его, так что имею право сердиться на него точно так же, как вы». Это правда, Санфорд. Он так и сказал. Но он заявил так, потому что имеет долю в наших доходах.
Я пишу тебе, потому что хочу, чтобы ты точно знал его слова. Особенно сейчас, когда дела идут все хуже и хуже.
Ты, говорил, что сможешь прислать нам хоть немного денег. Если можешь, пришли... Хотя Лаура сказала, что, если я отправлю это письмо, она разведется с нами. Она не хочет даже слышать о тебе. Да похоже, и Хэнк не слишком-то жаждет твоего возвращения. Так что прежде, чем вернуться, ты бы все же послал денег... Ты ведь помнишь, как все плохо получилось, когда ты уезжал...
А вчера мы устроили совет и решили, что не хотим, чтобы ты возвращался. Ну а если ты вышлешь денег, все может измениться.
Вот такие у нас дела. Так что можешь расценивать это письмо как официальное уведомление. Но в отличие от других (именно поэтому остальные и попросили меня написать тебе) я хотел бы услышать тебя снова и сохранить тропинку, по которой ты когда-нибудь смог бы, вернуться к нам. И еще я написал, потому что любил тебя по-настоящему. В сердце моем нет ненависти к тебе.
Искренне твой...
Письмо было подписано «Жозеф». А в нижнем правом углу были записаны имена всех мужчин и женщин их полисемьи.
— Санди?
— Я знаю, что они не примут меня назад. Мне ведь даже и пытаться не стоит, а? Но...
— Вставай, Санди!
— Но дети, — прошептал он. — Что будет с детьми?
С другого конца ангара донесся какой-то звук. Борт корабля, исчезающий в люке, серебрился в свете Стелларплекса.
На верхней площадке лесов стоял золотистый, тот самый, которого я и Ратлит подобрали на улице.
(Помните, как он выглядел?) Он и Алегра поднялись на леса, пока мы с Санди боролись за обладание перчаткой. Возможно, они хотели побыстрее улететь, до того, как Ратлит устроит им скандал, и до того, как я изменю свое решение и заберу ключи. Все корабельные приборы были проверены.
И тут я заметил, что лифт скользит вверх. Значит, еще кто-то хотел присоединиться к золотистому и его возлюбленной.
— Дети... — снова прошептал Санди.
Дверь лифта открылась, и кто-то шагнул в круг белого света. Рыжие волосы, золотое кольцо в ухе... Это был Ратлит!
Прыжками помчался он к люку корабля. Полоса желтого металла сжимала его талию.
Удивленный, я услышал, как золотистый закричал мальчишке:
— Залезай на корабль, брат! Мы отправимся в неизвестность.
И Ратлит ответил ему:
— Я отправлюсь вместе с тобой, брат. Поехали!
Их голоса эхом разносились по ангару.
Санди поднял голову, пытаясь разглядеть, что происходит наверху.
Когда Ратлит полез вверх по приставной лесенке, чтобы встать возле люка рядом с Алегрой и золотистым, тот помог мальчику, подхватив его за руку. Мгновение они стояли, глядя в глаза друг другу, потом Ратлит отвернулся и посмотрел вниз в ангар, на тот мир, который решил оставить. Не знаю, разглядел он нас внизу или нет.
Когда люк у них за спиной закрылся, корабль завибрировал.
Я отвел Санди назад в офис. Не успел я закрыть дверь, как страшная волна грохота обрушилась на меня. Я решил, что этот шум приведет Санди в себя. Что-то щелкнуло у меня в голове, но мелкие кусочки головоломки не желали вставать на свои места.
— Санди, нам надо идти! — позвал я.
— Как?
Видно, он пытался прийти в себя, но его сильно тошнило.
— Я не хочу никуда идти.
— Придется, так или иначе. Я не оставлю тебя одного.
Глава 9
Проводив Санди домой, я вернулся в пустой ангар.
— Мое лекарство. Пожалуйста, дай мне мое лекарство. Я должна получить лекарство, пожалуйста... пожалуйста... пожалуйста... — услышал я высокий, тихий голос, когда добрался до двери своего офиса.
Рывком я распахнул ее.
Алегра лежала на матраце в углу. Розовые глаза были широко раскрыты. Белые волосы разметались вокруг. Без галлюциногенов она казалась невероятно тощей. Никаких следов прежней красоты. Ее длинные ногти почернели, как у Санди после разборки деталей в графитовой смазке. У меня спина пошла мурашками от вида ее полупрозрачной кожи, покрытой толстым слоем многолетней грязи. Кожа вокруг рта натянулась, так что он напоминал старый шрам.