— Ты чего? Когда башкой ударился то? Ты на Анкита насмотрелся, что геройствовать захотел? Ты что, дурак? Вал, мне помирать по приказу не охота! — Вал резко отложил миску, встал со скамьи и развернулся к брату
— Ты присягу давал? Давал. Клялся идти в бой, биться, смеясь смерти в лицо, клялся, что не предашь родину? Ты и я давали клятву, право нарушить её, и в помине у нас нет! Мы — легионеры Кинхарта, мы должны быть верны Кровогорью. — Вал редко злился, но слова брата заставляли его скрипеть зубами и сжимать кулаки до боли. Дэн демонстративно встал, выпячивая грудь, чтобы казаться больше брата
— А ты, небось, забыл, как мы с тобою в приюте росли? Забыл, как над нами издевались, что у нас родителей не было? Да нас граждане, которых мы поклялись защищать, за людей не считали, прохожие плевали нас, мешали с грязью. Я никогда не понимал, чего ты так в легион рвался, вот чем тебе здесь нравиться? В казармах вонь невыносимая, нужник общий, жалованье ни хрена не платят, да мы здесь как лапотники! –
Дэн подошёл к брату вплотную, между ними нарастало напряжение, которое электризовало воздух.
— Вал, забудь ты эту треклятую присягу! Давай убежим, а? Я знаю ребят, который тоже не прочь сбежать! Будем с тобою наёмниками, по всему материку бегать! Соглашайся, брат, иначе я сам уйду, а ты здесь помирай. — Вал незамедлительно ответил брату
— Ещё одно слово про дезертирство, и я тебя капитану сдам, и не посмотрю на то, что мы с тобой одной крови! — яростно выкрикнул Вал, толкнув брата. Дэн потерял равновесие и упал на спину. За пару секунд он опомнился, отряхивая грязь, встал и выкрикнул:
— Умрёшь, я тебя хоронить не буду! — плюнув ему под ноги, Дэн резко двинулся в сторону казарм. Вал не хотел орать на него, сгоряча, услышав такие речи, он не смог сдержаться. Сплюнув в сторону и грязно выругавшись, день был безвозвратно, как сказал бы Дэн — похерен.
Вал чувствовал, что всё, что твориться здесь, в будущем окажет влияние на весь материк, грянет то, что сможет изменить судьбу многих стран Зантара. Сюда двинется пятидесятитысячная армия под командованием мятежного братца императора, которого легионеры прозвали: Крамольником, то есть мятежником, бунтарём. А они — легионеры Кинхарта и Кровогорья, будут стоять насмерть. «Если Дэн будет подстрекать других, не миновать беды» думал Вал, когда очередная тренировка подходила к концу. Его вновь отправили в дозор, на этот раз с Сураной Стегон, чему Вал Маилаул был несказанно рад. С Сураной у них были, так сказать, тайные отношения. Знали об этом только Дэн, Айдан Анкит и Джорд Тебрил. Вал решил выждать момент, ещё пару дней, самое большее — неделя, он скажет её, что он хочет большего, чем интрижка или роман, и он всем сердцем надеется, что она ответ ему: «Да»
***
Уже немного поддатый от медовухи и вина, Пауль Дейн встал из-за стола и поднял очередную кружку. Гарет, уже не останавливал Пауля, лишь сидя поднимал кружку в ответ, на очередной тост
— За женщин! За тех, кто крутит этим мир как голове вздумается! –
— Хороший тост! — проговорил Гарет, пригубив пива, кидая взгляды в сторону Алетры, которая так же весело пила и играла в карты. И уже в сотый раз Пауль затевал одну и ту же историю, историю своей первой любви.
***
Я влюбился в неё с первого взгляда. Она отличалась от других придворных девушек. Он была высока, стройна, у неё были острые скулы, высокий лоб, молочно-белая кожа, длинная чёрная коса и красивые, приподнятые брови, с цепким взглядом голубых глаз, а край губ всегда приподняв в улыбке. Я смотрел на нее, не отрывая глаза, юные друзья и однополчане смеялись надо мной.
— Куда тебе, обедневшему дворянину, до племянницы СтоннКасселов! –
— Глупец ты, Пауль! Таким как она сразу выбирают жениха, чуть ли не с рождения помолвку устраивают. –
— Челюсть подними, лордишка. —
А я как дурак, продолжал смотреть на неё, но уже прикрыв рот, конечно. Был красный как рак, толи от стыда, толи от смущения. Всё думал, «может они правы? Я сын бедного дворянина, она племянница советника.» И что с того, что я сын бедного дворянина? Я Пауль Дейн! Сын Брома Дейна! А они были жалкими выскочками из столицы!
В тот день был смотр легиона. Мы, юные несмышленые легионеры, гордо подняли головы и смотрели на проезжающих мимо господ, юные легионеры, все поголовно желали стать их оруженосцами, но лишь десяткам выпадала такая честь. Эврадар СтоннКассел с сыновьями, лорд Арен Кирвинг и его дочка Элина. Все ни как благородные восседали на гордых и породистых жеребцах, подстать ездокам. Элина восседала в седле гнедой и бойкой кобылы, одетая в синие платье, с кружевным подолом. Я вновь жадно смотрел на неё, любовался ей и вмиг наши взгляды встретились. Её цепкий взор, словно у совы, уцепился за меня. Она застенчиво улыбнулась и зазевалась, как вдруг кобыла встала на дыбы и заржала. Наверняка бы Элина что-то сломала, упав на каменную площадь, если бы не я, который подскочил, бросив щит и меч, ловко поймал девушку на руки и отошёл от кобыл, которой уже знались другие юноши.