Может быть, это длилось минуту, но мы смотрели друг на друга, я чувствовал себя так глупо, словно смотрю на богиню, хотя, так-то оно и было, а она, испуганная, вцепилась в меня, мёртвой хваткой и зажмурила глаза. Она открыла глаза и посмотрела на меня, а я вроде как простой и неприметный, но мне часто говорил, что я красив.
— Миледи, вы целы? — спросил я, опуская её на землю.
— Да. — лишь выдохнула она
— И кто же это у нас? — строгий голос Арена Кирвинга вывел молодых людей из оцепенения. Я припал на колени, Элина опустила взор, ожидая ответа.
— Пауль Дейн, рекрут тридцатого Красного Легиона! — отчеканил я. Арен спешился с вороной кобыл и жестом приказал мне подняться.
— Из обедневших? — спросил лорд Арен. Я глупо кивал в ответ, словно забыл все слова.
— Поздравляю легионер, ты будешь моим оруженосцем. — проговорил лорд Арен, похлопав меня по плечу и крепко пожав руку. Фрейлины подбежали к Элине и как няньки, окружив её, увели в сторону.
«И как судьба не повернётся?» подумал я в тот день. Я был безумно рад, похвалялся, радовался, словно совсем юное дитя, не подозревая, к какой пропасти это меня подведёт.
Так и прошло два года.
Вступив в совершеннолетие, я странно себя чувствовал. Казалось вот, я уже взрослый человек, готовый принимать любые решения. А от одного взгляда Элины голову сносило, как от бочонка медовухи. Я взрослел вместе с ней, был не только оруженосцем и впоследствии хорошим другом её отца, но и другом самой Элине. Но девушка чересчур боялась гнева отца, а я, как упрямый дурак и баран раз за разом был всё настойчивей.
— Почему мы не можем сбежать? На восток, в Хаэфил? Или на север, в Сайн-Ктор? Твой отец выдаст тебя за того, кому на тебя будет на плевать! А я буду с тобой всегда! — я продолжал наставить, а она отнекивалась.
— Нет, Пауль Дейн! Так нельзя! У меня и у тебя есть свои обязательства! Я не имею права ослушиваться отца, впрочем, как и ты! Поверь, я хочу быть с тобой, но не могу! –
Каждая наша встреча была в тайне, сын бедного дворянина и племянница советника. Каждый стих, который ей читал при луне, каждый букет вьюнков, каждая прогулка по саду, всё это могло стать роковым для нас, меня бы выпороли хлыстом, а её отправили в монастырь. Но я, как дурак, ослеплённой бравадой, не боялся, я боялся остаться без неё, без её запаха волос, без её цепкого взгляда. А чего боялась она, я не знал. Но я продолжал ждать.
И несколько месяцев спустя
Лорд Арен Кирвинг отправлялся на войну. Я тогда снаряжал лошадей, для лорда, и по глупости подслушал, как он прощался с дочерью и женой. Мать Элины, Лара, терпеть меня не могла, хотела выкинуть за шкирку из поместья, но я день за днём охранял их покой, и она ко мне привыкла. Словно как мачеха, она пожелала мне удачи, а Арен и Элина ещё несколько часов прощались, а мне как раз нужно было сунуть свой любопытней нос, куда не следует!
— Береги его и не дай ему погибнуть, иначе я тебя не прощу — шептала Элина. Её отец лишь кивал, нахмурив брови и поджав губы.
Он — генерал красного легиона, победитель битвы за Запад Империи! И она просила его, генерала и великого фехтовальщика, позаботиться обо мне, глупом мальчишке, который забыл кто он такой. Элина не говорила отцу, чтобы он берег себя, чтобы ОН вернулся, она просила вернуть МЕНЯ! Никогда более я не чувствовал себя так гнусно, стыдно и паршиво.
Она попрощалась со мной, лишь покланявшись мне в реверансе. Я поцеловал её руку и незаметно кивнул. Позже поехал на белом жеребце вслед за лордом Ареном. Никогда я не видел его таким злым. Он молчал, поэтому молчал и я. Когда мы приехали на южную границу, чтобы биться с горцами я рвался в бой.
Каждый бой мог стать для лорда Арена и меня последним. Южное солнце необычайно пекло, тем более в латных доспехах приходилось сражаться посреди пустынной степи. Как оруженосец я всегда был рядом с лордом, мы бились бок о бок, рубили и метали горцев, наши клинки затуплялись, и мы подхватывали клинки поверженных врагов. Кровь перемешивалась с песком, крики и лики смерти, лязг стали о сталь расходились на лиги от места битвы. Люди кричали от полученных ран, и крики их врезались в память со страшной скоростью. Парой мы просыпались по среди ночи и шли в бой и каждый день я просыпаюсь от кошмаров, которые преследуют меня уже много лет.