— И вы, ваше королевское величество, конечно хотите, чтобы мы вам помогли. Ну, к делу так к делу! — заявил Терон, ударив по коленям
— Значит так, юные лорды. У вас два пути, либо порешить всех тех, кто оспаривает мою власть, либо сделать так, чтобы они поддерживали меня. Решать вам, но, желательно, чтобы под моей властью оказались как можно больше людей, усекли? — старик ухмыльнулся.
— С чего начинать? — спросил Терон
— С убийств в ремесленном квартале. — старик оп очереди протянул близнецам руки. Скрепив всё крепкими рукопожатиями, близнецы поспешили покинуть «Буйную Баклажку»
Уже на выходе Терон почувствовал неладное. Близнецы синхронно пригнулись. Две стрелы просвистели над их головами. Корр моментально сумел направить магический источник и создал вокруг себя ауру огня, состоящую из тучи искр. Терон на это понадобилась минута, однако он решил не защищаться, а нападать. Оглядевшись, он заметил как тени показались в соседнем палисаднике, направив маги, он испустил две огненные стрелы. Послышался болезненный крик. Терон заулыбался. Магический поток заставлял его кровь кипеть, но руки начинали гореть, он терял контроль над пламенем. Корр повалили брата на землю, затем отскочил в сторону. Стрела болезненно вошла в плечо. Корр зарычал. Заставив камни, валявшиеся на земле, подняться и кучным строем полететь в силуэты, в тёмных одеждах. Вновь послышался свист стрел, но на этот раз закричали нападавшие. Аэйри вышла, когда двое ассасинов были мертвы, а один корчился от боли. Во дворе лежали несколько тел. Трое из них, были те, кто встречал Терона и Корра. Двое были из тех, кто напал.
Терон не мог потушить пламя, пламя звало его. Он хотел переливать жидкий огонь из руки в руку, повелевать им, заставлять его подкрадываться к врагу, когда тот не заметит опасности. Пламя охватывало его руки, всё выше и выше. Оно не обжигало тело и плоть, но сжигало одежду. Пламя. Огонь. Он звал его. Звал по имени. Он просил его высвободить. Просил обуздать. Терон потянулся к магическому истоку. Перед его глазами были лишь жаркие языки огня. Светло жёлтые, синие, кроваво-красные. Пламя хотело захватить его. Вскоре, он потерял сознание, когда Корр здорово приложил по голове.
— Прости, брат — прошипел он, обламывая стрелу, торчащую из его плеча. Не сделай он этого, Терон не совладал бы с силой и мог бы сжечь всю Амхару. Аэйри стремительно подлетела к близнецам. Корр наспех всё объяснил и сказал эльфийке следить за братом. Сам он принялся допрашивать ещё живого ассасина. Тот ничего не сказал. Он успел лишь вытащить колбочку и выпить её странное содержимое. Ассасин затрясся в предсмертной агонии, пена из его рта повалила водопадом. Корру оставалось лишь обыскать тела. При них он нашёл лишь странные значки с клыками змей.
Корр велел Аэйри приглядеть за Тероном. Взяв три значка с клыками змей, Мейстланд вернулся в «Буйную Баклажку» и безо всяких прелюдий и досмотров сел за стол рядом с воровским Королём, напротив которого сидели двое других представителей рода, который некогда не переведётся. Один из них был мускулист и высок. Волосы у него были рыжие, длинные, заплетённые в косы, на северный манер. Имелась негустая щетина, а черты лица образовывали еле заметный и грубый квадрат. Одет он был в роскошный кафтан медного цвета. Сидевший рядом носил чёрные камзол, с перчатками, до локтей. Второго можно было прямо назвать змеем. Худой, бледнокожий, в отличии от рыжего, кожа которого была чуть смугловато-желтой. Руки его похожи на две дорогущие трости, который держали лишь отмычки и пару кинжалов, волосы были коротко подстрижены и взъерошены. Корр выложил перед змееподобным обломок стрелы и значки. Старый Король Воров присвистнул, Рыжий напрягся, а Змей прищурил глаза и глянул на Корра, прожигая взглядом душу. Мейстланд ответил, так чтобы слышали все присутствующие, громко и со всей серьёзностью.
— Говорят, что у воров, тот, кто подставил гильдию, платит ушами, в данном же случае, ушами не отделаетесь. -
***
Терон очнулся через пять часов. Страх, первое, что он ощутил. Поначалу он не мог двигаться, мало-помалу, контроль над телом возвращался. Подрыгав ногами, потом руками, затем вовсе поёрзав на кровати, он разомкнул глаза. Аэйри спала рядом, устроившись на стуле. Корр, запрокинув ноги на край кровати брата, негромко похрапывал. Терон попытался встать, перед глазами вновь встало пламя и его языки, окутывающее его. С болью и стонами, он оглядел руки, волосы на которых были сожжены подчистую. В паники он потрогал лицо и макушку. «Моя прекрасная шевелюра на месте, боги, как же хорошо!»