Они выбежали к огромному залу, в котором дремали пауки, в центре пещеры виднелся проход из потолка, с которого свисала веревка. Но пауков оказалось несметное число, а уж они точно раздерут их на мелкие кусочки. Блексворд и Орин тихо и аккуратно, ступая с пятки на носок, шли к спасительному свету и верёвке, конец которой свисал из большого прохода. Стены освещались непонятными камнями бледно белого света, серые камень словно гудел под сном несметной рати пауков, пока два легионера медленно и аккуратно шли к веревке. Их единственному шансу на спасение.
Первым полез Блексворд, взбираясь по крепкой канатной верёвке, как по стене осаждённого замка. За ним полез Орин. Пауки же спали, лишь изредка издавая странные звуки, похожие на храп. Проход оказался похожим на колодец, по всей видимости, это и был колодец, правда, неудачный. Они поднимались, удерживаюсь за верёвку и опираясь ногам о каменные стены. Впереди, а точнее наверху виднелся свет, а вот внизу послышался визг восьмиглавых тварей, от которого они чуть ли не побежали по стенам. Когда они вылезли из колодца, они оказались в просторном зале, напоминавший тренировочную площадку. Внизу визжали пауки. Когда они вылезли, легионеры смотрели на них, выкатив глаза. Словно бешенные, она подхватили каменную плиту и закрыли проход колодца.
— Мрак! — выдал Орин, понимая, что сейчас перед ними стоит дюжина вооруженных бойцов. У одного из них он заметил свой клинок. «Изгой». Глаза Блексворда сверкнули бурей, когда он увидел, как один из ренегатов неуклюже держит его клеймору «Ису»
Стоило им похватать окованные железом посохи, как регенаты очнулись от оцепенения и накинулись на них стараясь взять в кольцо. Орин раскрутил свой посох так, что концы его стали расплывчатыми пятнами. Двое подскочили к нему, намереваясь медленными и широкими ударами зарубить его. Орин скользнул в сторону и провёл пять молниеносных ударов по двум противникам, ударяя чётко по голове или шее. Третий уже проводил колющий удар, Орин удирал сверху вниз, сбивая острое лезвие с направления, и перехватив ренегата так, чтобы его шея оказался сжата древком посоха, тут же дёрнул, ломая противнику шею. Ещё двое оказались более проворными, и старались атаковать одновременно. Раскрутившись, Орин прыгнул вперед. Конец посоха угоди бедолаге-ренегату в кадык, но СтоннКассел сразу же скользнул назад, ударяя другим концом посоха второму противнику в глаза.
Блексворд уже отбросил посох, когда свернул шею тому, кто владел его клеймора, и уже разворачиваясь на месте, взмахнул длинным клинком, вспарывая двум ренегатом животы. Двое успели отскочить и сейчас намеривались бежать, но Орин метнул Изгоя в беглеца, пробив того насквозь. Блексворд провёл колющий выпад, плавно и быстро, пронзая регенату меж рёбер. Осталось ещё трое. Тангер быстро сократил расстояние и разрубил ещё двоих пополам. Третий же уже намеривался бить в набат, но Орин метнул меч ренегата в его собрата, заканчивая эту схватку.
Внезапно пол, стены и потолок, заходили ходуном, а по всем залам пронёсся зловещий хохот.
— Они начали ритуал! –
— Тогда галопом! — прокричал Орин
Нужно ли было говорить, что Орин кое-как сумел понять, с чего это нежить решала ему помогать? Вурдалаки были мастерами подкрадываться неожиданно и бить исподтишка, а коли их много, то они со смелостью и открытый бой дадут. Пробегая по коридорам жилых этажей Зиккурата и библиотек, в коих насчитывалось сотни, если не тысячи древнейших томов, Орина и Блексворда встречали трупы. Окровавленные и обезображенные тела ренегатов, разорванные на части нежитью. Но как только мертвенные глаза бледнокожего монстра, из которых исходило зелёное свечение, обратили внимание на них, СтоннКассел уже тогда понял, что происходит что-то странное.
Машинально встав в боевую стойку, они уже были намерены рубить вурдалаков, оживших мумий и прочих тварей, но в нежить с каким-то интересом наблюдала за ними, пока один из мертвецов хрипло не произнёс.
— Нашу госпожу хотят принести в жертву Четвёртому. Ты — помогал ей, помоги и сейчас! — с Орин будто говорил не один мертвец, а сотни тварей, порождённых некромантией, и говорил они с мольбою. Сотни, нет, тысячи, даже сотни тысяч голосов прозвучали в его голове, а перед глазами предстала умирающая Эльнора. Орин кивнул, толи самому себе, толи тем голосам и как только немертвые увидели этот жест, они повели их за собою, повели через горы трупов, тех, кто служили Ненасытному.