Ааронт подозвал их к себе и указал на карту империи.
— Вы отлично справились с заданием. Если всё так, как вы говорите, то Хода нежити нам ещё пару веков не ждать. Плевать на Глаз и Альманах, от них больше мороки чем пользы. Я собираюсь произвести Блексворда в ранг капитана, а тебе Орин, я готов даровать скипетр главнокомандующего, никто не будет против — Ааронт похлопал старого друга и сына по плечу, а затем склонился над картой, расставляя чёрные флажки вдаль границы уэйстекских земель.
— Благодарю, лорд-протектор. Ни чего не понимаю, Ааронт. Почему мы не двинемся на помощь Амхаре, если Лоренц уже стоит у Кулдара? — Орин переставил несколько флажков вдоль тракта, собираясь предложить план действий.
— Вы оба должны знать. Уильям и Лайан мертвы. Погибли при битве за Кинхарт против Пэтрота. Его удалось отбросить и теперь корона венчает голову Хелены. — эти слова повергнули обоих в шок и трепет. В голове Орина тут же зазвенели колокола. «Кира. Адриана. Ариана» только три этих имени без остановки били по его ушам, а сердце застучало в первобытном страхе и ужасе.
— Как?! Когда?! Что случилось!? Этого не может быть! — Ааронт положил руку на плечо друга
— Твои родные живы. Не беспокойся. Гонец рассказал нам всё. Пэтрот бежал к Лоренцу, простить милостыни. — эти слова не успокоили СтоннКассела, наоборот он был готов бросить всё и хоть сейчас помчаться Кинхарт быстрее ветра. Он лично хотел удостовериться живы ли дочка с женою и сестра.
— Тогда нужно поскорее выдвинуться к Амхаре, чтобы дать бой Лоренцу! — воскликнул Блексворд, но Ааронт огорчённо покивал головой, вновь склонившись над картой.
— В этом кроется и вторая новость — сказал он, передвигая флажки назад, к границам
— Уэйстек отныне не протекторат. Теперь, мы вновь независимы, так же как Сайн-Ктор. — Блексворд потерял дар речи, а Орин во весь голос вспылил
— Предатель! Как ты смеешь нарушать клятвы в час великой нужды! — Тангер-старший повернулся к старому другу и спокойно сказал
— Меньше всего, Орин, я хочу, чтобы мы были врагами. Забудь об этой ратсреклятый империи, которая давным давно забыла про тебя и твою семью! Будь моим верным генералом и вместе мы сделаем Уэйстеке единим и только мы сможем противостоять великим угрозам! — в его голосе слышалась надежда на то, что Орин согласиться, переприсягнёт ему на верность, как старый друг, брат по оружию. Но Орин СтоннКассел горел от гнева и злости, пылал от праведного гнева и яростного безумства, что пеленою встало перед его глазами.
— Никогда я не предам свою семью. Не предам клятв верности, что произносил перед Наделастораном! Я видел в тебе героя! Видел брата, с которым проливал кровь! Героя, готовым отдать всё за страну! Теперь же, я вижу предателя. Ты, Имхьер и Эдэльмира, вы все предали нас! — Орин демонстративно стянул с себя плащ, отстегнул наручи и бросил их перед ногами Ааронта. Лорд Тангер с горечью и сожалением посмотрел на старого друга
— Иди если хочешь. Иди и не возвращайся, СтоннКассел! Ты должен был быть верен легиону и его долгу крови, а не жалкой империи, дни которой сочтены! Иди прочь, Изгой! Поди прочь, Белый Грифон! А если вернёшься, то я скрещу с тобою клинки и ты примешь свою смерть! — Орин плюнул под ноги Ааронту и вышел из зала.
— Это же неправильно, отец. Мы не должны бросать императрицу в столь тяжёлый час -
— Блексворд — Тангер-старший положил руки на плечи сына, приводя его в чувства. — Сын мой, забудь его. Он дезертир, глупец, живущий в разрушающихся руинах старого мира. Ты и я, как отец и сын создадим ту страну, в которой наш род будет править справедливо и мудро! — Блексворд покорно склонил голову и отец обнял его, преисполненной гордостью.
— Повинуюсь, отец -
— Не зря я подослал тех бандитов к твоей девчонке. Иначе бы ты сейчас предал меня, и мчался бы к ней — добавил его отец еле слышно. Но Блексворд услышал это, словно рёв армады драконов, во времена третьей эры. Лицо Исы мелькнуло перед ним. А затем, он схватил отца за груди и что есть сил ударил о стену крепости, завопив во всё горло.
— Повтори — прорычал Блексворд. Его отец лишь хрипло посмеялся
— Ты знаешь, что такое ненависть. Гнев. Это прекрасно. Но я твой отец и ты должен безукоризненно мне повиноваться! — позади них стояли стражники с обнаженным орудием и Блексворд понял, что может убить отца, но тогда и сам погибнет, бесславно и бессмысленно.