– Что пялитесь? Думаете сглазить? Не надейтесь! С сегодняшнего дня я здесь самая красивая. Обо мне вы еще услышите!
Наложницы мало что поняли из её слов, однако тон, с которым Ребекка их произнесла, говорил о многом. Все невольно почувствовали ее превосходство над остальными.
Ещё с малых лет няня учила Ребекку:
«Не отдавай чужому то, что уготовлено судьбой тебе».
Эту фразу она сейчас часто здесь вспоминала. Уж если судьба и сыграла с ней злую шутку, то зачем отказываться от того, что по праву должно принадлежать ей.
«Если Бог закрывает перед тобой одну дверь, то обязательно дождись, чтобы он открыл для тебя другую»,– опять она вспомнила назидание своей няни.
«Я буду здесь первой, – решила для себя Ребекка, – ведь я достойна этого».
Атмосфера, царившая в гареме, могла вскружить голову любой наложнице. Это была атмосфера золотой клетки, которая сперва кажется неприемлемой для того, кого лишили свободы. Однако затем роскошь и праздность затягивали в своё ленное болото, постепенно превращая любую непокорную в послушное орудие плотского наслаждения султана.
Ребекка не составила исключения. Роскошные наряды, изысканная еда и тщательный уход прислуги окончательно пробудили в ней истинную женскую натуру со всеми её слабостями и недостатками. Она уже начала чувствовать в себе ту силу, которая способна превратить любого мужчину в послушное дитя. Это чувство вселяло в её душу уверенность и спокойствие, и потому, когда главный евнух повёл её на первую встречу с Мурадом, она спокойно пошла за ним.
Мурад сидел на кушетке, сплошь покрытой мягкими подушками. Перед ним стоял низенький серебряный столик с фарфоровыми блюдами, в которых были фрукты и сладости. Одет он был в роскошный кафтан, целиком расшитый золотом. Мустафа привёл Ребекку и, поклонившись, молча удалился.
Как только Мурад взглянул на неё, он понял, что её красота не подлежит никакому описанию. Много раз он пытался её представить себе, но такого очарования даже не мог вообразить. Ребекка сразу почувствовала, какое сильное впечатление она произвела. Взгляд Мурада красноречиво говорил ей об этом. В глазах уже немолодого мужчины заблестела юношеская игривость. Спина невольно выпрямилась, выпячивая грудь. Мурад встал и подошёл к ней вплотную. Она услышала его взволнованное дыхание и посмотрела ему прямо в глаза. От этого Мураду показалось, что он и впрямь погружается в бездонную синеву великолепных очей еврейки.
– Как зовут тебя, красавица? – спросил он с восхищением и легко прикоснулся к её нежной руке.
– Гёзал, – ответила она своим нежным голосом.
– Лучшего имени к твоим прекрасным глазам невозможно было придумать. Скажи, а правда, что ты умеешь петь прекрасные арабские песни?
– Арабский – это язык моего родного города, и если тебе нетрудно, мой повелитель, то я попрошу тебя общаться со мной на этом языке.
– Ты можешь со мной говорить так, как тебе угодно. Я же и без слов пойму тебя, – сказал Мурад уже по-арабски.
Приятная для слуха Ребекки речь из уст султана вызвала в ней положительные эмоции, и в её глазах появилась теплота.
Султан понял, что смог расположить её к себе, и продолжил опять по-арабски:
– В моём дворце ты не должна себя чувствовать пленницей. Ты свободна душой и телом. Если захочешь, то сегодня же можешь уйти отсюда, – не совсем убедительно произнёс султан, желая всячески угодить этой прелестной девушке.
Ребекка, которая отлично понимала, что это невозможно, сказала жеманно и обидчиво с чисто женской хитрецой:
– Зачем ты гонишь меня, мой повелитель? Может, я не нравлюсь тебе?
– Я вовсе не хотел тебя обижать, – заволновался Мурад, который клюнул на её хитрость, – мне просто показалось, что ты себя здесь чувствуешь неуютно.
– Ты прав, мой господин. Меня тяготит одиночество, но сейчас, рядом с тобой, это чувство безвозвратно исчезло.
– Со мной тебе никогда не придётся скучать, лицезреть твою красоту я готов вечно.
Это было почти признанием в любви, и хотя Ребекка не была искушённой в любовных делах, однако свою безоговорочную победу над этим, познавшим многих женщин, взрослым мужчиной почувствовала вполне.
– В доме моего похитителя у меня была служанкой арабка Фатима. Позволь, мой повелитель, привести её сюда, ко мне. С ней мне было бы не так одиноко.
– Твоё пожелание будет немедленно исполнено.
– Хочешь, я спою тебе? – решила прочно закрепить достигнутый успех девушка.
– Спой непременно, – искренне, почти по-детски обрадовался Мурад.
– Только я попрошу тебя не смотреть мне в лицо, когда я буду петь, – попросила смущённо Ребекка.